платье и взъерошенные волосы вызвали у меня выдох изумления. Почему она работает сама? А где слуги и служанки???

Но тех не было. Нигде…

Чуть поодаль, в старом, выцветшем кресле, которое явно достали с чердака, полулежал Алексей Яковлевич. Он сильно похудел, лицо его было осунувшимся и где-то изможденным. Былая ослепительная красота поблекла. Его глаза были закрыты, будто аристократ дремал.

Я замерла, чувствуя себя неуютно. Мы с Настей, кажется, всё-таки оказались незваными гостями…

* * *

Наверное, стоило бы поспешно развернуться и уйти, но было поздно. Нас заметили дети. Они замерли, как вкопанные, и вдруг…

Даша первой узнала меня:

— Марта!

Она тут же бросилась ко мне, однако не в объятия. Остановилась в двух шагах, удивленно и внимательно разглядывая. Тут же ожили и остальные младшие. Никита всё-таки ринулся обниматься, испачкав моё платье грязными руками. Сердце защемило от неожиданно накативших чувств. Даже Танечка подошла, рассматривая меня с любопытством. Что удивительно, в её взгляде я больше не видела прежней апатии. Кажется, душевно ей стало лучше…

Старшие мальчишки нарочито остались стоять на месте. Но агрессии в их взглядах я больше не видела — скорее, смущение.

— Марта Михайловна! — наконец меня заметила и Эльза.

От её возгласа вздрогнул Алексей Яковлевич, лежащий в кресле. Похоже, до этого момента он спал. Открыв глаза, мужчина посмотрел на меня с удивлением. На мгновение лицо его вытянулось и тут же помрачнело. Он явно не был рад меня видеть.

Тут же Алексей поспешно поднялся, выровнял спину, словно в былые времена, и я заметила, как сильно он отощал. Некоторое время я разглядывала его, не имея сил отвести взгляд. Наконец, бывший муж коротко кивнул, здороваясь, развернулся и поспешно ушёл прочь.

Да, это было что-то…

Эльза подошла ближе и виновато посмотрела ему вслед:

— Извините, пожалуйста. Мы просто… не ждали гостей.

— Это ошибка курьера, — поспешила объяснить я. — Письмо о нашем приезде мы точно отсылали…

* * *

Через полчаса мы с Эльзой сидели за столом во дворе. Дети вместе с Настей весело играли неподалёку. Эльза выглядела уставшей, как всегда, но в глазах её теперь сиял задорный блеск, чего раньше я не замечала.

— Я вижу, у вас проблемы с деньгами, — осторожно произнесла я.

— Есть такое, — улыбнулась Эльза Васильевна. — Но, как видите, атмосфера в семье стала лучше.

Она указала на детей, которые, не заботясь о сохранности одежды, наслаждались подвижными играми.

— Ну, хотя бы с питанием у вас всё в порядке? — уточнила я.

— Да, — кивнула Эльза. — Не так богато, как раньше, но нам хватает…

— Так почему же Алексей Яковлевич… — я замялась. — Почему он так исхудал?

Не то чтобы меня интересовал его внешний вид. Скорее, я беспокоилась, чтобы семья не голодала. А Эльза, возможно, чего-то не договаривала.

— Алёша тяжело переносит потерю прежнего статуса, — пояснила она, опустив глаза. — Хроническая потеря аппетита. К нам больше никто не приезжает. Из прислуги, кроме привратника, который вас встретил, и пожилой кухарки, никого не осталось. Мы не можем позволить себе платить им жалование… Вот он и страдает, хотя я ежедневно убеждаю его нормально поесть. Но я не унываю, — она улыбнулась, доказывая искренность своих слов. — В конце концов, он смирится и привыкнет. Поверьте мне, Марта Михайловна, это уже совершенно другой человек…

— Неужели князь Яромир довёл вас до банкротства? — уточнила я осторожно.

— Нет, он этого не делал, — поспешила заверить Эльза Васильевна. — Дорога в высший свет для нас, конечно, закрыта, но, как оказалось, ещё до этого очень много из богатств семьи Разумовских были украдены.

— Правда? — изумилась я. — Но кем?

Эльза пожала плечами и скривилась.

— Трудно сказать. Кто-то из Алёшиных конкурентов. Они подкупали наших слуг и понемногу выносили всё ценное, особенно из тех мест, где редко проверяли. Конечно, никакого расследования не было. Разумовские теперь изгои. Никому нет дела до их проблем…

Эльза горько вздохнула, а я прикусила губу. Всё выглядело, конечно, довольно скверно. Я тряхнула головой, стараясь отогнать мрачные мысли, и посмотрела на детей. Они казались абсолютно счастливыми.

— Я вижу, у тебя получилось повлиять на детей весьма положительно, — заметила я.

— О, да, — улыбнулась Эльза. — Я дала им больше свободы. Учителям платить мы не можем, так что занимаюсь с детьми сама. Конечно, у меня нет того багажа знаний, который нужен Мите и Мише, но это лучше, чем ничего.

— Я как раз по этому поводу и приехала, — прервала её я, доставая из сумки небольшой тубус с документами.

— Что это? — удивилась Эльза, принимая его и открывая крышку.

Когда она вынула бумаги и пробежала по ним взглядом, её глаза широко распахнулись.

— Школа для девочек? Как это? — изумлённо спросила она. — У нас не было такой школы в княжестве!

— Теперь есть! — с улыбкой ответила я. — Два месяца назад состоялось торжественное открытие. Мы с Николаем стали основателями первой в Яковинском княжестве школы для девочек. Я записала Дашу и Танечку ученицами. Даша может начать уже в этом году. Танечка, когда подрастёт, пойдёт туда же. Для них проживание, питание и обучение будет совершенно бесплатным. Это мой подарок. Ты же знаешь, как Даша мечтала научиться всему необходимому! Она очень способная…

Эльза Васильевна смотрела на меня ошеломлённым взглядом ещё некоторое время, а потом наконец прошептала:

— Марта Михайловна, это так удивительно! Я никогда не думала, что такое возможно. Дашенька будет очень счастлива. Спасибо вам…

Я увидела, как заблестели её глаза от слез.

— Но это ещё не всё. Смотри дальше, — ответила я с улыбкой.

Эльза вытащила остальные бумаги, и на сей раз от изумления приоткрылся ее рот.

— Что? Обучение в лучшей гимназии столицы? Для Мити и Миши? — она впилась в меня изумлённым взглядом. — Но ведь это стоит целое состояние!

— Ничего, — ответила я с радостью. — Мы с Николаем приняли решение помочь этим детям. Ошибки отца не должны лишать их будущего. К тому же, несмотря ни на что, они мне не чужие…

Эльза Васильевна потянулась ко мне и крепко обняла. Смахнув слёзы, она поспешно вытерла щеки.

— Спасибо вам. Они будут счастливы. Просто счастливы! Это была их мечта с раннего детства.

— Да, Никита, когда подрастёт, тоже пойдёт туда же, если захочет. А если нет, в княжестве есть много других хороших и полезных школ. Ты только обязательно мне об этом напиши!

Мы ещё некоторое время болтали с Эльзой, а я чувствовала, что наконец обрела покой в душе. Судьба этих детей всегда волновала меня. Я часто вспоминала Дашу, мечтавшую учиться, Никиту, такого любознательного и милого, и даже старших мальчишек, которые,