Перебирая идеи в голове, я пью жутко сладкий до противности кофе и смотрю в окно на утренний город, который проснулся и шумит привычным гулом ранних пробок, гомоном толпы, куда-то спешащих людей, въедливыми повторяющимися мелодиями из расположенного рядом популярного торгового центра.

«Сирене нравился такой ритм жизни и этот вид. Она всегда хотела переселиться из безмятежного Даствуда в крупнонаселенный район с высотными зданиями, разветвленным метро, блестящими магазинами, шумом и светом».

Думаю, что в принципе, переехав из родного города, она исполнила свою мечту.

«Опять же без моей помощи».

Так, хватит этих мыслей. Чем больше думаю о Сирене, тем хуже. Потому что все сильнее хочется приехать к ней и забрать к себе силой, что будет полным дном. Заставлять девушку насильно быть с собой – такие истории меня не прельщают.

«Интересно, через какое время я найду себе оправдание, что и подобные поступки для меня – не такое уж и дно?»

Так, стоп.

Я тащусь с кружкой обратно в спальню, чтобы найти телефон. Ночью я его выключил, когда на меня посыпались звонки от Алека. Он либо хотел узнать, чем закончился мой побег за Сиреной, либо оторваться на мне за драку в его коронном клубе. А я точно не хотел обсуждать с ним ни первое, ни второе в своем дурном настроении, понимая, что сорвусь на нем.

Но уже начался новый день, и я не собираюсь прятаться от мира, отключившись полностью от связи.

И первыми на меня ожидаемо сыплются сообщения друга, разделенные на три этапа его настроения.

Сначала все в таком стиле.

Алек: «Гребаный ты мудак, устроил мне тут».

Алек: «Скажи спасибо, что я тебя отмазал перед копами, урода кусок».

Алек: «Я решил вопрос с этим типом – он не будет писать заявление, немедленно благодари меня, щенок».

Я усмехаюсь.

Потом тон меняется.

Алек: «Ну что у вас там? Вы вернетесь? Вдвоем? Один? Мне ждать?»

Алек: «Я все понял, удачно потрахаться и все такое».

Как бы не так.

И под конец – непривычно серьезно-сдержанное.

Алек: «Хирш, нам бы с тобой встретиться. Есть что обсудить. Набери мне, как сможешь».

Допивая кофе, я уже готов ему позвонить: только из-за последнего сообщения. Вежливый Алек Брайт – это всегда скорее настораживает, чем радует. За все время я так привык к его обычно раздражающей манере общения, что, когда он начинает говорить как нормальный человек, я чувствую сигнал, мол, случилось что-то сродни Армагеддону.

Но пока я добираюсь до изображения зеленого телефона рядом с его контактом, он опережает меня ответным звонком.

Не глядя на экран, я принимаю вызов и тут же спрашиваю:

– Что за катастрофа у тебя, Брайт?

– Брайт?

Стоп, это вообще не его голос.

Я разворачиваю экран телефона к лицу и понимаю, что поспешил с выводами. Мне звонит не Алек, я вижу чей-то чужой номер, которого нет в моих контактах.

– Кто это? – уточняю я, решив не извиняться за свою оплошность перед неизвестным собеседником.

Переживет, кем бы он ни был.

– Не узнаешь? Или успел удалить мой номер?

Тянущий гласные звуки акцент. Я знаю, кто мне звонит. Но еще лучше знаю – мне с этим человеком говорить точно не о чем. Я надеялся, что мы все решили и он меня понял, кстати, он так и написал, но, видимо, до его мозгов не дошло.

– Что надо, Юсуф? – Я с трудом вспоминаю странное имя, потому что по привычной кличке – Чувак – больше не хочется к нему обращаться.

С Чуваком у меня были дела в прошлом, о которых хочется забыть. С Юсуфом – у нас вообще нет тем для разговоров.

– Немногого, Кей. Лишь каплю справедливости в этом мире.

Забавно от него такое слышать. По справедливости, он должен сидеть за решеткой.

«Возможно, там же должен находиться и я сам».

– Конкретнее?

– Ну знаешь… все довольно просто и давно обкатано в нашем мире, – мурлычет Юсуф мне в трубку. – Когда человек увольняется с работы, он либо находит себе замену, либо должен отработать, пока ему ищут замену, – распространенная практика, не находишь?

Я точно был наивен, когда думал, что так легко отделался от этого дерьма. Твою мать, только этого мне не хватает для полного счастья – разборки с Чуваком, мол, что я там должен, а что – нет.

Я понимаю, к чему он ведет.

Поэтому сразу обрубаю:

– Заканчивай, я на такое не ведусь. Разводи других идиотов.

– Кей, дорогой. – От обращения меня тянет блевать. – Ты должен отработать прежние заказы в удвоенном количестве за свое кидалово. Второй вариант – придется отдать нехилую сумму, которой я лишаюсь за твой уход. Я ведь могу и кое-что шепнуть копам о тебе анонимно и представить доказательства.

Ни первое, ни второе.

Я уже никогда не подпишусь на подобное дерьмо, зная, насколько опасен «Окси». К тому же я не уверен, а получали ли таблетки от меня люди, которые действительно нуждались в них? Или мне «повезло» только с Дастином, а остальные просто использовали лекарство как дурь?

Мне даже не хочется узнавать, скорее всего, меня ждет еще большее разочарование. Как в принципе и угроза ареста, если я сунусь в это вновь, когда Штаты до сих пор стоят на ушах в связи с новыми расследованиями и арестами.

Второй вариант кажется менее опасным. Но на самом деле это чистый шантаж. Даже если я найду сумму, через некоторое время с меня начнут тянуть вдвое больше, почувствовав аппетит. В итоге я опять буду работать на Юсуфа, хоть и в ином формате, отдавая ему деньги, чтобы он не подставил меня.

Но он охрененно ошибся, решив поиграть со мной в подобные игры.

Я бываю порой достаточно внимателен – и у меня есть все основания полагать, что Чувак сам давно жрет таблетки, естественно, не имея ни законного рецепта, ни реальной нужды. Мне не составит труда сдать Юсуфа куда нужно, а анализы продемонстрируют следствию прямые доказательства его вины.

Меня разводит не сильно умный торчок, и в его интересах никоим образом не провоцировать меня на какие-либо ответные действия.

– Отвали, гондон, – сразу предупреждаю я. – Иначе огребешь проблемы.

– Значит, нет?

– Правильно понял.

– Грустно, конечно, – не меняя тона, продолжает он, и я готов уже сбросить вызов, чтобы не тратить время на тупого барана. – Но я переживу и это предательство от тебя. Успокою себя тем, что хотя бы трахну одну горячую девочку по имени