— Джона Бальмунга? — пожал плечами я. — Наемного убийцу из Авалона? Или чьего-то там цепного пса… Королевского, герцогского, графского… Что-то такое, наверняка.

— Джон Бальмунг — Убийца Драконов, — сообщил мне Розен и подкрутил ус.

— А я — учитель высшей квалификационной категории, — в тон ему парировал я.

Опричник хмыкнул и с немым вопросом посмотрел на Караулова. Тот развел руками.

— Мы с Талалихиным и Козинцем его едва упаковали! Если б Поликарпыч его не обколол всего, как подушечку для шитья — еще бы вырвался, гад! Колись давай, дорогой наш Георгий Серафимович, с какого-такого счастья нас дернули с Кавказа сюда, в дивные Полесские дебри? — майора то ли не посвятили во все нюансы, то ли он дурил мне голову! — Я вчера только сменил здесь Нейдгардта, письмо от князя не распаковал… Но это всё похоже на дурную шутку: враг такого уровня, в каком-то заштатном городишке, нападает на учителя, который поднял шумиху в сети по поводу модельного агентства!

Опричник ходил туда-сюда по допросной комнате и вещал. Караулов то краснел, то бледнел, пытаясь сдержать то ли поток брани, то ли — дикий хохот. Я почесал затылок и с некоторой жалостью поглядел на Петра Розена. Вообще-то он был вроде как мой ровесник! Это опричный майор-то! Да и судя по его способностям к телекинезу, которые он продемонстрировал, заворачивая Бальмунга в каркас из арматуры, пока дюжие опричники лупили его по голове ногами, а доктор пстрикал и пстрикал своим инъектором. В общем — мощный парень этот Петр Розен… Но — неинформированный.

— Тут такое дело… — я постучал когтями по столешнице, а потом прокашлялся, и дым пошел у меня из ноздрей. — Случается, господин опричный майор, что учитель — он не только учитель. Оно ведь как бывает — наследственность нас к одному обязывает, а душа — она к другому лежит!

И облизнул острые как кинжалы зубы. И подмигнул побледневшему Розену горящими драконскими глазами.

— Однако, я думал — светлейший князь вам обязательно даст знать о здешней ситуации… Да и вообще — оно вроде как логично, что Убийца Драконов пришел убивать дракона, — приняв позу задумчивого философа, рассуждал я. — Но я наш дракон. Домашний. Я за всё хорошее против всего плохого!

— Бубхош бурзум багронк! — внезапно на черном наречии выругался опричник и с грохотом уселся на стул. — А-а-а-а, чтоб меня! И ты, Караулов, это знал, и мне, морда твоя сыскная, не сказал⁈ Так и поседеть можно!

— Отвыкай, Петенька, мебель собирать до того, как инструкцию прочитаешь! — наконец не выдержал и заржал сыскарь. — Твои эти шашни с Ордой до добра не доведут! Это урукам можно — по наитию, с кардом в руках и с дикими криками вопросы решать! А мы с тобой, Петенька, в первую очередь госслужащие, государевы люди, и только во вторую — героические бойцы с мировым злом! Системность в нашей работе нужна! Почитал бы документики — и дракона бы не просмотрел… Уа-ха-ха-ха, «слона-то я и не приметил», ха-а-а!

— Дичь какая-то, — потер лицо ладонями Розен, растрепав свои роскошные усы. А потом спросил: — А вот это вот обличье — оно что, так просто приходит и уходит?

— Ну, не так, чтобы просто, — чешуя начала втягиваться, а когти — обретать человеческие очертания. — Но вполне реально. Слушайте, у меня уроки завтра и экскурсия на мини-ТЭЦ! Дайте жизни, а? Мне хоть часа четыре поспать надо!

— Так… — майор переглянулся с Карауловым. — Кто-нибудь еще тебя убивать сегодня придет, как думаешь?

— Ну… — я не удержался и начал загибать пальцы: — Этим троим бошки оторвал, у того кишки выпустил, тех из окон повыбрасывал… Хм! Еще один был, но я его пинками по лестнице спустил. Двух муравьи сожрали. Или трех? Одного в унитазе смыть хотел — не получилось… Есть еще парочка, но я не думаю, что они прям сегодня решат меня добить. Они вряд ли в одной команде с Авалоном. Так что нет, не думаю. Наверное, сегодня попыток больше не будет.

— Оно как-то сразу от сердца отлегло, — признался Розен. — А ночевать-то ты куда пойдешь? У тебя ж окна выбиты! Нет, завтра все поставят, оно все по страховке покрывается, но… Может — тут останешься? Постелим тебе в какой-нибудь камере… Мы и сами так ночуем, если вместо одного тюфяка три положить — вполне удобно! Заодно под присмотром будешь!

— Рядом с Джоном? По соседству? — поинтересовался я. — Когда за ним приедут, кстати?

— Завтра. Обещали спецборт завтра прислать, утром. Так что мы спать точно не будем — а вдруг отбить его попытаются?.. — пояснил Розен. — У эльдарской внешней разведки полно спящих ячеек, и знать не будешь, когда напорешься.

— То есть, против спящих ячеек вам и спящий дракон лишним не будет? — поинтересовался я. — Давайте уже, стелите мне в камере. Буду действовать на нервы Джонни своим безмятежным видом.

— Ага. Может, он арматуру расшатывать перестанет и лучше себя вести будет! Уж больно ловко ты раковинами швыряешься, — кивнул опричник. — Думаю, произвел на него впечатление.

А сыскарь Караулов достал из кармана мой «Черепанов» и положил его на стол.

— Конечно, таких патронов, как у тебя, мне достать не удалось, но «Майскую грозу» я тебе зарядил, — сказал он. — Они мало того, что ужасающей останавливающей силы, так при касании еще и долбят до пятисот вольт единоразово. Против таких вот боевых магов, как твой Бальмунг, а еще — против регенераторов, метаморфов, зоотериков и прочих — штука эффективная. Ты ж у нас аристократ, тебе оружие дома хранить можно… Пользуйся привилегией.

— Он еще и аристократ, — вздохнул Розен. — Где там та папочка лежит? Караулов, куда ты ее сунул, дай почитаю! А то мало ли, какие еще подробности вскроются!

— ХО-ХО! — сказал дракон.

— Ха-ха… — ухмыльнулся Гоша.

Но, кроме меня, их никто не услышал. И это было хорошо.

Глава 15

Смотровая комиссия

— Шайзе… — Ингрида Клаусовна явно чувствовала себя не в своей тарелке. — С вами неудобно работать, Георгий Серафимович. То есть, вы хороший учитель и работник безотказный, но всякий раз, обращаясь к вам, я чувствую себя идиоткой. А я, между прочим, директор школы!

— Потому, что у вас нет на меня рычагов давления? — поднял бровь я. — Вы думаете, что раз у меня имеются деньги, и я не живу от зарплаты до зарплаты — могу вас не слушаться? Вы же учитель в первую очередь и должны понимать, что, кроме денег, есть и другая мотивация для работы! Послушайте, мы, в конце концов, заключили