от полноценного участия? – спросила я. – Не находите, что здесь кроется несоответствие? Если я не страшна ни одной из вас, то и вам, Тиа, нет смысла договариваться со мной и помогать мне.

Тиа на мгновение зависла – с улыбкой на губах и ожиданием во взгляде. Видимо, она разработала план моего приручения и была так им увлечена, что эта простая мысль не приходила ей в голову.

– Я хотела бы уберечь вас от столь опасной схватки… – Она явно не ожидала такового ответа и не знала, что сказать.

– А что будет, если я откажусь? – Я внимательно посмотрела на нее. – Мы сегодня откровенны друг с другом, поэтому ответьте, чего мне ждать, если я откажусь?

– А вы откажетесь? – Тиа вдруг грустно рассмеялась, а мне подумалось, что, возможно, она впервые хотела провернуть тонкую интригу, но не получилось. Из-за того, что она просто не заметила небольшие неувязки в своем плане. – Я проиграла, потому что не все учла… Так ведь?

– Боюсь, что да… Я слишком уважаю вас, чтобы делать вид, будто поверила в то, что вы хотите уберечь меня от опасной схватки, – ответила я и подумала, что, похоже, вследствие своего обучения в спецслужбах, в интригах я более опасный зверь, чем Тиа.

– Что ж… – Тиа вновь рассмеялась с горечью в голосе. – Тогда мы будем соперницами. Я не объявлю вам личной войны, не унижусь до нанесения вреда вашей репутации, дурманящего зелья в напиток или тем более кинжала в спину. Но, конечно, с вашим даром помогать не стану тоже. Вам придется самой искать учителя. Только стоит ли отказываться? Это очень хорошее предложение. Зачем вам король Эрмиор?

– А вам зачем? – спросила я в ответ.

– Мне? – невесело усмехнулась Тиа. – Я принцесса, более того, я старшая принцесса. И по логике вещей, должна стать королевой. Только вот, знаете, Мариа, мне это не светит. Престол наследует мой брат, а я, как и сестры, окажусь при нем в почетном статусе, только вот не буду обладать ни каплей власти. Единственный вариант стать королевой – выйти замуж за короля. И… знаете, – она наклонила голову и испытующе посмотрела на меня, – я ведь, в отличие от вас всех, знакома с Эрмиором лично. Мы встречались с ним на приемах и балах… Так вот, на континенте нет короля достойнее, сильнее и… красивее. Можете считать, что я… влюблена в него… Впрочем, какая вам разница… – Тиа вдруг опустила взгляд.

И я поняла ее. Ее желания, чувства, мысли. Да, она несколько влюблена в Эрмиора. И мечтает стать настоящей королевой, делящей власть с сильным королем. Ее легко понять. И Тиа не злодейка. Если только она не гениальная актриса, способная мастерски притворяться, чтобы вызвать сочувствие и понимание у собеседника.

– Вот он – ваш дар, – вдруг подняла на меня глаза принцесса – глаза, в которых набухли слезы. – «Открывать двери»… Вы и открываете их, сами о том не ведая. Сегодня это были двери моей души… Я не буду вредить вам.

– Тиа, – я мягко наклонилась к ней и положила ладонь на сгиб ее локтя, – я не уйду с отбора по вашей просьбе. Но я предлагаю вам договориться по-другому. Мы не сможем весь отбор быть по одну сторону баррикад. Но мы можем быть союзницами какое-то время. А потом разойтись со взаимным уважением. Если, конечно, вы снизойдете рассматривать союз со мной…

Тиа грустно улыбнулась:

– А откуда мне знать, что ты предлагаешь искренне? – спросила она.

– Откуда? – удивилась я. Честно говоря, ответ казался настолько простым и логичным, что я не понимала, как Тиа не может сообразить. – Я могла бы согласиться на ваше предложение, а потом в самый неподходящий момент сделать по-своему, то есть нарушить договор. Это было бы выгодно мне – я взяла бы от вас все, что могу, а потом действовала бы в своих интересах. А так… есть смысл предлагать такой союз лишь искренне и честно. Пока можем, мы должны быть союзницами. А если когда-нибудь придется сражаться за короля, то перейдем к честной конкуренции.

Принцесса долго смотрела на меня, потом рассмеялась. Даже весело.

– Да уж! Я увидела твой дар, но не заметила ума. Пожалуй, ты умнее меня. Я принимаю это предложение. Хотя, прости, помогать тебе с магией не буду. Довольно того, что я открыла тебе глаза на твои способности… В любом случае есть смысл быть с тобой хотя бы относительно на одной стороне. Хватит того, что где-то среди нас соперница опаснее всех других…

Она помолчала, а потом спросила:

– Ты знаешь, что одна из девушек уже познакомилась с королем, упав с лошади посреди поля?

– Да, я слышала об этом, – ответила я. И внезапно ощутила, как неприятно обманывать принцессу, которой сама же предложила союз. Четыре месяца спецслужбы «отжимали» у меня такие муки совести, я научилась убеждать себя, что по-другому нельзя. Но противный червячок все равно ползал в глубине души.

А Тиа ведь даже не Эрмиор и не Дамар… Она оказалась куда слабее, чем я думала. И, возможно, станет мне подругой…

Это почти как обманывать ребенка. Я незаметно впилась ногтем себе в руку. Терпи, вот это самое противное, самое мерзкое, терпи, Маша. Ты согласилась на это.

– Я даже видела ее от ворот, когда приехала в Гаутдир, – повторила я свою легенду.

– Да… И вот она – самая опасная. Хотела бы я поговорить с ней…

– О чем? – скрывая настороженность, спросила я.

– О том, что использовать запрещенные приемы, – плохо! – резко ответила Тиа. – Я уже дважды беседовала с королем с момента приезда, но ведь не упала в обморок ему на руки! Однако, какие бы слухи обо мне ни ходили, не думай, ради бога, что я бы подлила ей яд, узнав, кто она! – принцесса помолчала, потом задумчиво спросила: – Ты не видела среди простых девушек, – она имела в виду графских дочек, баронесс и маркиз вроде меня, – кого-нибудь подозрительного?

«Лучше всего прятать тайное на самом видном месте!» – вспомнились мне наставления учителей, и я решила отшутиться:

– Пока нет. Кроме себя, конечно. Но все мои странности выяснились лишь сегодня, когда ты сказала про магический дар.

– Да уж! – улыбнулась принцесса. – Но хуже другое… – видимо, согласившись быть временными союзницами, она пользовалась возможностью поговорить о том, что ее волновало, с более умной собеседницей, чем ее подобострастные наперсницы. Теперь она понизила голос: – Эта девица приехала со стороны Малиты в первых закатных лучах…

– О чем ты? – старательно изобразив удивление, спросила я.

Тиа замялась. Потом сказала:

– Да, ты не знаешь… Вообще-то о предсказаниях рождения