А! Ой! — Испуганно подскакивает она, осматривается перед собой, поднимает булочку и начинает бережно её отряхивать, непонятно зачем.

— Деба, с тобой всё нормально?

— Задумалась немного, — смущается девушка.

— Выкладывай. В чём дело? Сама знаешь, я не отстану, пока не получу ответа. Оно тебе надо?

— Ну Арина… Ты всё равно не поймёшь.

— А ты расскажи сначала. — Говорю я и для пущей убедительности в серьёзности своих намерений откладываю приём пищи, показательно отодвигая тарелку.

— Ты так легко со всеми общаешься!

— Понятно. Снова ты о том же, — глаза невольно закатываются. Но Дебу уже не остановить. Она, словно пулемётная пушка, вываливает на меня слова, которые я уже слышала и не раз.

— … ты не боишься реакций, ответов. Ставишь свои условия! И ведь на них соглашаются! А если и не согласятся, то тебе как будто всё равно! Будто ты выше чьего-то согласия или одобрения. Это поразительно. Меня очень восхищает это в тебе.

— Слушай, ну умею я разговаривать, чтобы добиться нужных для себя результатов. И что с того? Это же не делает меня хорошим человеком и не возвышает над другими. У каждого свои пороки. Просто ты боишься быть услышанной, а я остерегаюсь другого.

— А чего ты боишься?

В голове проносятся всевозможные ответы: монстров, бегущих за мной, чтобы растерзать; непонятных чувств к Кристиану и их романтизации; жёлтого цвета; быть, наоборот, услышанной, ведь иногда я могу сказануть такого, о чём буду жалеть, стоит вспомнить одно только общение с Кристианом, когда мой язык оказывался дальше здравого смысла; навсегда застрять в этом мире. Но это всё не то. Слишком банальные или личные ответы. Поэтому я решаю и вовсе не отвечать на этот каверзный вопрос.

— А это уже секрет. Никому его не открою.

— Даже мне?

— Извини, Деб, но да. Даже тебе.

— Так не честно! — Дуется подруга, но я-то чувствую, что это не всерьёз.

Трапеза заканчивается. И вот приходится мне плутать в коридорах по вроде бы верному маршруту, если я смогла запомнить всё правильно. Поворот, лестница, ступеньки вверх… Передо мной оказываются те самые зелёные двери, о которых говорил Инир. Чем ближе я к ним оказываюсь, тем всё медленнее начинаю идти. Желание общаться с Иниром сходит на «нет» с каждым шагом, ведь я представляю, что он мне может сказать. И в который раз мусолить всё ту же тему я не хочу. Для себя я всё решила, а убеждать ещё кого-то в этом никакого желания, можно же потратить время с куда большей пользой. Например, я так и не дошла сегодня до библиотеки. А ведь хотела! Да и нужно, наконец, хотя бы попытаться нарыть информацию об этих чудищах и о своём магическом проклятии, раз Кристиан отказался мне помогать, несмотря свою на инициативность незадолго до этого.

Я легонько толкаю дверь и захожу внутрь. Приглушённый свет, стены цвета дверей, несколько диванчиков по периметру. На одном из них сидит Инир в очень напряжённой позе.

— Я думала, здесь будет больше народу, — разбавляю я тишину своим голосом, чем даю знать о своём появлении на месте.

— Я всех выгнал. — Говорит Инир куда-то в пол и только после этого поднимает голову, разглядывая меня.

Он поднимается с нагретого места и подходит ближе ко мне. Утыкается носом в мои волосы и громко вдыхает их аромат. Я тоже прикрываю глаза, пытаясь хоть немного насладиться этим моментом спокойствия и безмятежности.

— Как же я скучал, — шёпотом произносит эльф. Так и хочется ответить что-то ехидное, но приходится сдержать порыв. Сразу сходу ссориться — такая себе встреча. А ведь он сам куда-то затерялся на эти несколько дней, я была, где и всегда, занималась тем же, чем и обычно. А вот Инира не было! И тут он признаётся, что скучал. А кто раньше мешал появиться в радиусе моего присутствия и прекратить страдания, если таковые имеются?

— Да. Я… тоже.

— Присядем? — Берет меня за руку Инир, отрываясь от волос, и заглядывает в глаза. Для этого ему приходится отойти чуть дальше, чем он планировал, и даже немного пригнуться.

— Давай.

Эльф подводит меня к дивану, и я занимаю место без всякого сопротивления. Он садится слишком близко, что совсем на него не похоже.

— Я долго думал. Ты даже не представляешь насколько, — усмехается он. — Перебирал в голове все последствия, любые твои ответы, вспоминал каждое твоё слово.

— И к какому выводу пришёл? — Немного подталкиваю я Инира к конкретике. Все эти сопли, безусловно, приятны, но хотелось бы услышать чёткий его вердикт, что он там себе надумал. Стоит ли мне волноваться по этому поводу? Или всё отпустить и жить дальше? А то и на Кристиана засмотреться.

Ой, тьфу ты! Опять этот противный человек появился в моей голове, путь даже и в контексте шутки.

— Я готов подождать. Я… я не хочу тебя терять… не готов отпустить. Если ты дашь ещё шанс нашим отношениям, то обещаю, что буду стараться ради тебя. Никаких родственников, никакой спешки. Только ты и я. А когда будешь готова, то перейдём на следующий этап наших отношений. Я ради тебя готов на всё. Ну или практически.

— А на что не готов? Давай сразу обозначим границы.

— Ты… надеюсь на твоё понимание… я не могу… ну… очень личную связь иметь… телесную… Иначе меня могут не принять в родных краях. Там всё узнают. Поймут. Это чувствуется…

— Можешь не объяснять, — прекращаю я страдания Инира, которому явно неловко говорить по теме секса. — Узнают, так узнают. Тогда нечего будет узнавать. Я тебя поняла. Уважаю, принимаю, хорошо. — Мотаю я головой из стороны в сторону, подсознательно не соглашаясь и понимая, что проблемки-то будут. У меня точно.

— Ты серьёзно? — С надеждой смотрит на меня Инир. Причём впервые с начала движения к дивану.

— Да. Но… — Только я хочу поднять тему того, что мне-то как справляться с этой проблемой? Замолкаю. Инира только нагружу своим вопросом, а решения проблемы не появится. Придётся терпеть, страдать или искать другие варианты, исследуя реакции своего тела на различные действия. В крайнем случае, поступлю как последняя шл… Но об этом и думать не хочу. Надеюсь, что и не дойду до этих мыслей.

— Но?

— Ничего. Без всяких «но». Значит, без телесной связи. Договорились.