Не дожидаясь ответов, он первым вышел в центр Алтаря и положил руку на стеклянный купол, укрывающий какой-то артефакт. Украшение. Из меди.

Не торопясь подходить, я стрельнула взглядом в Даркхана. Мы вошли по разные стороны Алтаря, как полагается, и потому оказались напротив. Железный Клык только кивнул и первым из нас сложил ладонь на руку Элиона.

— Ай! Жжется! — провозгласил тот с упреком и, уже зыркнув на меня, рявкнул: — Ну, чего встала? Твоего холода не хватает, а то эта огненная глыба тут все спалит к проклятому Улдрошу!

Если Элион ругался и торопился, значит дело и впрямь было на грани. А может, он просто ощущал ответственность, что именно по его воле мы сюда явились. Хотя интерес, безусловно, был у каждого. Общий.

— Не переживай, Теневой Владыка, — ответила я напевно. — В нас всех есть частицы сил друг друга. А моей в ладони Даркхана более чем достаточно, так что терпи, недолго осталось быть Талгаару раздробленным.

Тот лишь фыркнул и стиснул зубы от боли. Я наконец подошла и положила руку поверх руки Даркхана. Зеркала по периметру вспыхнули. Вместо отражений они показали столицу. Карнака. И то, что он делал прямо сейчас.

— Это предупреждение? — спросила я Элиона. — Что говорят нам зеркала? Чтобы мы отложили договор?

— Это просто факт, Сейра. Что с этим делать, решать нам, — отмахнулся тот. — Под колпаком венец Единого Талгаара? Правильно понимаю?

Даркхан кивнул:

— Ритуал Карнака нам не помешает. Мы уже в Алтаре. А то, что дальше… мы примем.

Зеркала показывали вулкан — сердце Улдроша, столицы Пламенного Шата. Карнак стоял на самой вершине и раскрывал объятия горячим струям пара. Они поднимались из самого жерла и овивали его фигуру тонкими прозрачными косами. Рядом стояла Морвенна и с азартом смотрела на кипящую лаву.

В ее руках был поднос из черного монолитного обсидиана, на котором угадывались те самые «ингредиенты» для исполнения пророчества.

— Ты же не отправил ему свою кровь? — хмуро поинтересовался Элион. Даркхан покачал головой. Я сказала:

— Его кровь в Очах Истины…

Элион посмотрел свирепо:

— Я сказал их уничтожить! Карнак получит власть над всеми нами!

— Коронуйте Сейру завтра до полудня, — рыкнул Даркхан. — У Талгаара тоже есть сила! В конце концов, у него есть артефакт из тройственного сплава.

— Если Улдрош поднимется прямо сейчас, боюсь, у нас нет в запасе и часа! — раздраженно сказал Элион. Я почувствовала, как напряглась ладонь Даркхана, и сплела наши пальцы. Он глянул на меня с благодарностью и спокойно ответил:

— Его сознание в моей голове, Элион. Его сущность… в моем теле. Наша сила уже начала действовать.

— Что мешает ему вернуться? — парировал тот. — Мы даже не знаем, как ритуал Карнака отразится на тебе! Если бы не Очи Истины…

Элион посмотрел на меня с упреком и покачал головой. Хорошо, что он не знает, что я отдала его почти добровольно. Но я не могла по-другому. Оставалось надеяться, что у Сарриса с Торном был план, как освободить Рианон. Рассчитывать на милость владыки даже с его слов не приходилось.

Морвенна по очереди бросила в жерло искусственную «кровь Даркхана», зеркальную крошку Элиона и задержалась на кристалле. Ее лицо исказилось злорадной ухмылкой, и она накрыла его ладонью. Очи потемнели в цвет ее длинных черных ногтей. Отражение дрогнуло. Под ладонью Элиона забрезжил тусклый золотой свет.

— Держитесь крепче, — сказал он. — И ожидайте худшего. Но нам нужно завершить ритуал.

— Ритуал завершится лишь с первым лучом солнца, — напомнил Даркхан. — Нам нужно выждать ночь в одном пространстве

— Это если повезет.

Морвенна бросила Очи Истины в жерло. Я перевела взгляд с Элиона на Даркхана. Оба были сосредоточены, но я не ощущала вины. Отдав артефакт Саррису, я поступала по совести. А сейчас…

На первый взгляд, ничего не произошло. Морвенна с Карнаком переглянулись и застыли над вулканом, явно ожидая результата. Ладонь Даркхана напряглась. Мы с Элионом перевели взгляд на него.

— Сохраните венок, — спокойно сказал он, но бороздки между его мышцами налились алым. — Во что бы то ни стало. Колпак из прочного стекла выдержит и удар, и разрушение, и…

Он дернулся, словно получил удар в плечо. Я крепче сцепила руки. Элион смотрел на него не моргая. Колпак покрылся прозрачными волнами света. Наши руки тоже засветились. Даркхан встряхнул свободным плечом и как можно ровнее продолжил:

— Как только свет спадет, вы уходите. Вместе. Забираете венец и звтра коронуете Сейру — как можно раньше. Венец, медальон и твое зеркало на щеке, Элион, войдут в связь — все три области Талгаара будут под огнеупорным отражающим куполом. Это даст вам время…

— А ты? — спросила я. — Кто защитит тебя?

— Оружию не требуется защита, но если вам придется защищаться от меня… не жалейте силы.

Наши взгляды застыли на лицах друг друга. Внутри меня поднималась буря: это не выход, это не то решение, которое нас устраивает! Это неправильно и нечестно! Да, мы правители, на нас бремя холода, равнодушия и расчета, но и наша броня может расколоться от неверного шага, а жертва не принести должного ответа.

Он считал мой протест и сказал мягко:

— Я вернусь к тебе, владычица. Обещаю. Ты — самый главный стимул, чтобы вернуться.

Я только сглотнула горечь: это наш последний разговор. Он знал это с самого начала, но все равно пришел и отдал мне венец. Свою последнюю защиту.

В груди поднялась буря чувств: злость, смирение, усталость, — но я не успела возразить. Зеркала Алтаря отразили извержение вулкана. Карнака с Морвенной уже не было, остался только факт: Улдрош принял их дар и теперь пробуждался.

Свечение на стеклянном колпаке погасло, мою руку обожгло, и я едва удержалась, чтобы не отпрянуть. Элион стиснул зубы. Даркхан прохрипел:

— Держим…

Он раскалился. Его тело налилось лавой, глаза вспыхнули, дыхание замедлилось, и из груди с каждым тяжелым вдохом вырывался тихий рык. За его спиной послышался хруст костей.

— Даркхан… — взмолилась я. — Как тебе помочь?

— Ждем ответ от Алтаря, — процедил Элион, его рука уже дрожала. Даркхан прогромыхал:

— Возьми его за руку, ему нужна защита.

Я стиснула ладонь Элиона, и он благодарно кивнул. Сила медальона перетекала по нашему стихийному кругу. Даркхан скривился. На его лбу запульсировала вена, мышцы на шее напряглись, на ключице выступила новая чешуя. Он не сдержал гортанного рыка и дернулся в сторону: его будто разрывало на части изнутри, и он сам не знал, куда от этого деться.

Извержение вулкана на стенах оттеняло его огненный облик, но вмиг оно сменилось тенями. В Алтаре сгустилась