В этот раз она не собиралась их раскладывать, просто хотела чем-то занять слегка дрожащие руки, чтобы не выдавать посетителям своего волнения.

– Видел, как сейчас вижу вас, – признался Никита, сидящий рядом с Лестратовым за ее гадальным столом. – И это было очень странно.

Над их головами едва заметно покачивалась лампа под кружевным абажуром. В ее тусклом свете в глазах юного оборотня то и дело вспыхивали зеленые искры. Три упитанные кошки, громко мурлыча, терлись об его ноги – наверное, чуяли дальнего родственника. Никита старательно отодвигался от кошек, но они упорно продолжали атаковать его щиколотки.

– Ты предупреждала меня о масках комедии дель арте, – напомнил гадалке Гордей. – Но не говорила, что это будут демоны, охотящиеся за обскурумом.

– Я и сама понятия не имела, – пожала плечами Феофания, продолжая тасовать старинную колоду. – Говорю же, карты лишь дают нам подсказки. Все остальное мы должны выяснить самостоятельно.

– Я бы выяснил, если бы у меня было хоть чуточку больше информации, – сказал Лестратов. – На нас напали демоны, но, как выяснилось позже, колдун Черного Ковена к этому не причастен. Блоншер ничего не знал о происходящем. Мне даже кажется, что эта история не имеет отношения к Черному Ковену и их замыслам.

– Возможно, ты прав, – кивнула гадалка.

– Нам удалось сорвать их планы, но обскурумы – это другое, – продолжал Гордей. – Совершенно иной уровень! Кто может ими интересоваться? У кого хватает могущества управлять Арлекином и Коломбиной? И потом, раз уж эти двое появились на сцене, то вполне могут объявиться и другие маски…

– Тут я мало чем могу вам помочь, – призналась Феофания, откладывая колоду в сторону. – Слышала лишь, что к обскурумам проявлял интерес очень богатый и беспринципный человек – Ипполит Германович Бестужев, но к нему вам не подобраться. Он – председатель дворянского собрания Санкт-Эринбурга, и в его распоряжении целая армия телохранителей. Среди них есть те, кто обладает некоторыми… не вполне человеческими способностями. Планы Бестужева не известны никому, кроме него самого. Хотя… – Она задумалась. – Есть тот, кто способен вам помочь. Особо приближенный. Можно попробовать с ним пообщаться, но сразу предупреждаю, этот молодчик – настоящая заноза в… одном месте. Упрямый, самоуверенный, плюющий на любые авторитеты. Он вроде бы неплохой парень с непростой судьбой, но как же с ним сложно общаться!

– О ком это ты? – нахмурил светлые брови Гордей.

– Об одном молодом колдуне из Клыково. Зовут его Денис Чернокнижец.

– Ой, – поморщился Никита. – Знаю его. Вы правы, тот еще фрукт.

Одна из кошек бесцеремонно взгромоздилась Легостаеву на колени и попыталась лизнуть его в щеку. Никита приобнял ее и начал почесывать толстое пушистое брюшко. Кошка блаженно зажмурилась и громко замурчала.

– Кстати, Чернокнижец давно обещал мне помощь в одном деле. – Феофания взглянула на статую, прикрытую толстым клетчатым пледом, стоящую в углу гостиной. – Но до сих пор так и не удосужился здесь появиться. Если вам удастся притащить его сюда, думаю, я сумею его разговорить.

– Удастся, – кивнул Гордей. – Но как мне его узнать?

– По странным фиолетовым глазам, – мрачно усмехнулась гадалка. – Только прошу, постарайтесь обойтись без рукоприкладства. Гаденыш может быть очень опасен, особенно когда на него нападают в открытую. Но если поговорить с ним по-хорошему, убедить, тогда он может вам помочь.

– Я попробую, – выдохнул Гордей, поднимаясь из-за стола. – Но обещать ничего не могу. Канто должен мне за уничтоженную машину, а он сейчас как раз где-то в Клыково. Если что, привлеку и его.

– Будьте осторожны, – предупредила Феофания. – Коллекционер обскурумов – богатый и влиятельный человек. Если перейти ему дорогу, он сильно осложнит жизнь всем нам. Но его планы вызывают у меня очень серьезные опасения… И только Чернокнижец может знать, что именно замышляет этот тип.