со мной уже бывало. До того, как генерал харпийского государства сам явился за мной, он несколько раз назначал сундук золота за мою голову. В первое время смельчаки находились, но когда во все стороны империи разнеслась весть о том, какой страшной смертью они погибали, то даже за два сундука ко мне больше никто не являлся.

Правда, однажды один дурачок, нахрюкавшись в грязной таверне, взял нож и пришел к моей башне.

— Выходи, Валериан! Я тебя убивать буду! — прокричал он во всё горло, отвлекая меня от очень ответственного занятия.

Я готовил зелье под названием «Нерушимая верность» для одного ревнивого принца. Он собирался в боевой поход и боялся, что за время его отсутствия красавица жена изменит ему с одним из придворных.

— Мне нужно золото, Валериан, поэтому я не побоюсь отрезать твою…

Договорить он не успел. Я выбросил в окно, находящееся на сорокаметровой высоте, один из своих чугунных котелков. На следующее утро в трактире заплатил гробовщику, и тот без лишней суматохи забрал труп несчастного с пробитой головой и похоронил на отшибе кладбища.

В этот раз я тоже не намерен щадить тех, кто хочет моей смерти. Поэтому пусть только сунутся, и весть о их страшной гибели разнесётся по всей империи.

Я спускался с крыльца лечебницы, когда подъехали люди из тайной канцелярии. Поздоровавшись, объяснил, как найти палату профессора. Они забежали внутрь, и через пару минут вышли охранники нашей службы безопасности.

— Мы отвезём вас домой. как Кирилл велел, — тоном, не терпящим возражения, заявил один из охранников.

— Везите, — устало кивнул я.

Скоро на учебу, успею лишь часик вздремнуть. Придётся для восстановления сил использовать свои зелья, а то вырублюсь на первой же паре.

Дед с Димой сидели в гостиной с чашками крепкого кофе с коньяком. Похоже, для них тоже выдалась бессонная ночь. Увидев меня, они не стали ни о чём расспрашивать. Ещё успеем поговорить.

Поднявшись к себе, я скинул грязную прожженную местами одежду и повалился на кровать. Уже засыпая, позвал к себе Шустрика, которого отправил домой сразу после того, как приехал Попов с дедом и Димой. Шустрик возник рядом со мной на подушке, прощебетал так, будто успел по мне соскучиться и, свернувшись калачиком, сразу уснул. Вот теперь всё хорошо. Можно выдохнуть и расслабиться.

* * *

С самого утра к нам заявился глава тайной канцелярии Роман Дмитриевич Демидов. Он уже побывал в лечебнице и поговорил с профессором. Теперь пришёл мой черёд.

Мы прошли в гостиную. Дед порывался присутствовать при беседе — так мягко обозначил допрос Демидов, но глава тайной канцелярии был категорически против присутствия в комнате лиц, не имеющих отношения к делу, и велел никого не впускать.

— Расскажите, как вы узнали, где держат Щавелева? — спросил он, когда мы опустились в кресла друг напротив друга.

Вот это вопрос! И как мне на него ответить? Похоже, Демидов сам не прочь прибегнуть к ментальной магии, поэтому его не проведёшь. Если соврешь, только хуже себе сделаешь.

— Мне помог Тайган, — вынужденно проговорил я.

— Кто такой этот Тайган? — заинтересовался Роман Дмитриевич, вытащил из нагрудного кармана блокнот и ручку и что-то отметил.

— Следопыт.

— Продиктуйте его адрес и телефон, — велел он.

— Не могу.

— Почему? — нахмурил он брови.

— Сам не знаю, — пожал я плечами.

— Где и когда вы с ним познакомились?

— В сегодня ночью в моей лаборатории на территории нашего особняка, — я решил говорить правду, но лишь маленькими порциями.

Он удивленно вскинул брови.

— А как он прошел на территорию особняка, если у вас здесь организована серьезная защита? Даже магический купол имеется. Ни одна птица не сядет на дерево в саду без ведома вашей охраны, а они мне доложили, что никого посторонних не было.

— Дело в том, что Тайган может пройти куда угодно. Для него нет препятствий, — улыбнулся я.

Демидов же помрачнел. Видимо подумал, что смеюсь над ним, но я не торопился раскрывать карты.

— Этот Тайган занимает высокий пост? У него обширные связи?

— Насчёт поста — не думаю. А по поводу обширных связей… Хм, возможно, — кивнул я, вспомнив про Нарантую.

Интересно, можно назвать обширными связями близкое знакомство с шаманкой, жившей почти тысячу лет назад, и являющейся тринадцатой женой Великого монгольского хана? Скорее, да, чем — нет.

— Так, давайте с самого начала, а то я не совсем понимаю, — Демидов замолчал, постукивая ручкой по блокноту, и через пару минут продолжил. — О том, где содержится профессор Щавелев вы узнали от мужчины по имени Тайган, который каким-то образом пробрался в вашу лабораторию….

— Он не пробрался, а я сам попросил его позвать, — пояснил я.

— Ага! — воскликнул он, будто нащупал правильный путь. — Кого вы попросили? Вашего начальника службы безопасности?

— Нет, Нарантую.

Демидов недоверчиво посмотрел на меня и, прежде чем снова сделать запись в блокноте, уточнил:

— Наран… кого?

— Шаманку Нарантую, — терпеливо пояснил я и взглянул на часы. Я уже опаздываю на учебу. Надеюсь, первой парой будет не Фармакология.

— Понятно, — кивнул он, хотя по виду было ясно — ничего ему не понятно. — Шаманка Нарантуя, значит… Хм… в первый раз слышу такое интересное имя. Где вы с ней познакомились?

— Она сама явилась ко мне.

— За средством? Что её беспокоило? — быстро спросил он. Было видно, что ему надоела ходьба вокруг да около, но я не собирался облегчать ему жизнь.

— Беспокоил муж, который не хотел оставить её в покое.

— И вы помогли ей?

— Да, конечно. Иначе она не стала бы мне помогать.

— И… каким образом вы ей помогли? — напрягся он.

— Провёл ритуал, с помощью которого отвязал душу её мужа от тела, — как можно более туманно пояснил я.

— Погодите-ка, вы признаётесь в убийстве? — вытаращился на меня Демидов.

— Нет, не признаюсь. Его убили довольно давно, но привязанная душа никак не могла обрести покой. Я помог, — с довольным видом улыбнулся я.

— Вы помогли… духу? — казалось он сам не верит в то, что слышит.

— Да. Если точнее — монгольскому хану Алтан Хасару. Его гробницу я ненароком не так давно открыл.

— А Нарантуя — это жена хана? И она тоже дух?

— Совершенно