ценного слуги. Да я и сам бы едва ли на такое пошел бы на твоем месте, что уж тут. И потому я очень благодарен за это предложение. Но какой же второй вариант?

— Он тоже довольно прост. Я введу тебя в Род, ты получишь мою фамилию и станешь полноправным Николаевым-Шуйским. Ненаследным, разумеется… И так как в данный момент в Роду всего два человека — я да Петька, то традиционный способ с выдачей за тебя замуж кого-то из родственниц, не получится осуществить, уж не взыщи, — усмехнулся я. — Но это решаемо — жить и я, и ты планируем долго. Поженим в будущем меж собой наших потомков, и образуется необходимая кровная связь. Ну и с Петей и его детьми такую же петрушку устрою, кстати…

Он вновь задумался, но на этот раз ненадолго.

— Выбираю второй вариант, — заявил он.

— Уверен, друг мой? — уточнил я. — Назад пути не будет, и после этого уже ни о каком собственном Роде речи…

— Аристарх, Николаевы-Шуйские уверенно идут к тому, что бы стать Великим Родом, — перебил меня мой вассал. — Учитывая, что в нем будете ты и госпожа Хельга — это два гарантированных Мага Заклятий. Плюс Петя, который тоже имеет все шансы достичь этого ранга… В ближайший век, если нас всех не убьют в этой войне, Николаевы-Шуйские станут одним из самых могущественных Великих Родов Империи, а следовательно и мира. А какие перспективы у моего гипотетического Рода Смоловых? К концу жизни дай бог дорасти до того уровня, на котором сейчас находится наш нынешний Род? Я предпочту быть частью чего-то действительно великого, чем прозябать в лучшем случае на вторых ролях. И позиция Главы самостоятельного Рода… Почему-то я уверен, что оставшись вашим вассалом мне придется куда реже склонять голову, чем став Главой собственного Рода.

— Не буду скрывать, дружище — я очень рад твоему выбору, — выдохнул я.

Всё же очень не хотелось лишаться столь полезного соратника и управляющего. Его таланты неоспоримы и неоценимы для меня лично и Рода в целом. А оставлять столь полезного человека, не просто человека, но и моего, пожалуй, единственного друга, в качестве простого слуги мне не хотелось. Я сам очень ценю вопрос личной свободы и возможности делать свой выбор, и лишать Петра возможности решать свою судьбу самостоятельно… Пока он был для меня просто магически приведенным к покорности слугой, вчерашним врагом, что устроил мне и мои людям смертельную ловушку и намеревался нас всех прикончить — это одно. К врагам, особенно таким, из числа тех, что бьют исподтишка и в спину, прикидываясь союзниками, у меня жалости и снисхождения нет. Я могу проявить благородство к противнику, что честно сражался, но проиграл и оказался в моих руках. Бывают такие враги, которых сложно не уважать, и с которыми ты в иных обстоятельствах рад был бы завести дружбу. Нечасто, но и такие бывают… И к таким можно относиться с уважением и обходиться с ними достойно.

Но таких в этом мире я пока почти не встречал. Устроившие резню в оккупированной ими губернии японцы, такого точно не заслуживали. Да и Цинь у меня добрых чувств не вызывал, учитывая резню, что они устроили на захваченных землях и призыв ими инфернальных тварей, которые в случае победы устроят в Хабаровской и Магаданской бойню, что бы там не думали и не планировали по этому поводу глупцы, их призывающие.

Но Петр давно уже стал для меня другом. Да и был он теперь совершенно иной личностью, нежели прежде — от старого себя он сохранил, в основном, лишь память и навыки. И держать друга на положении раба меня тяготило. Я подсознательно опасался, что если предложу ему свободу, он выберет уйти от меня и моего Рода, и потому оттягивал этот вопрос. Последней внутренней отговоркой был факт того, что Николаевым-Шуйским нужен свой Архимаг — даже не столько ради силы, я и сам способен был сражаться с чародеями этого ранга, став Старшим Магистром, но ещё и ради статуса. Теперь же причин оттягивать этот разговор не было — и я рад, что он сделал именно такой выбор.

Возможности полноценно, со всеми официальными бумагами от бюрократической машины Империи, оформить его принятие у нас сейчас, по понятным причинам не было. Как и времени на все эти проволочки — но я составил и заверил своими подписью и печатью Главы Рода необходимый документ. Теперь, фактически, он уже был членом Рода — остальное было пустыми формальностями, что можно будет соблюсти позже, в более подходящий момент. Так же я снял с него все те запреты и ограничения, что были на Смолове прежде — разумеется, это никак не сказалось на его личности, возврат к прошлому для него был невозможен, да он его и не желал. Взамен он принес все необходимые официальные клятвы мне и Роду — не как вассал, как новый член семьи, принятый со стороны.

В тот же день я вновь встретился с Хельгой. Девушка уже была в курсе всего происходящего и своего назначения в мою эскадру. Разумеется, подобному повороту она была только рада. И на следующий день, когда весь собранный в Магадане флот выдвинулся вперед, навстречу надвигающейся буре войны, её эсминец был в числе моей небольшой эскадры. А сама девушка находилась на моём «Змее».

— Судари и сударыни, — вошел в кают кампанию приданный нам маг Астрала, отвечающий за связь с командованием. — Пришел приказ срочно ускориться — враг не стал ждать и атаковал силами нежити и регулярной армии по всему фронту!

— Началось… — спокойно, даже как-то философски заметил сидящий неподалеку командир абордажной команды крейсера.

Максим Мамаев

Вернуть Боярство 12

Глава 1

— Картечью! Картечью заряжайте, сучьи дети! — проревел взбешенный капитан. — Посеребренной, из освященных запасов, самой дешевой — не вздумайте трогать зачарованную огнём или, упаси господь, молнией! И не стрелять до моего приказа! Левый борт, к вам это не относится — заряжайте разрывными, готовьтесь бить по скоплению пехоты! Рубка, перенаправить девяносто процентов маны на верхний полукупол барьера, и начинайте потихоньку готовить Огненный Дождь! И помните, вы мне головой ручались, что он уже готов! Не приведи господь получится как на предпоследних тестовых испытаниях — сгною на дежурствах! Нужники у меня чистить до конца кампании будете всем составом! Аристарх Николаевич,