и посмотрев ему в глаза. – Вот это, – я указываю пальцем в экран, не отрываясь от него, – никак.

– Это – по высшему разряду, – с паузами произносит он. – Стильно. Дорого.

– Скучно, – добавляю я.

– Поставить бильярдный стол? – усмехается он.

Я представляю вышеупомянутый в его огромном кабинете и чувствую, как внутри поднимается знакомое воодушевление.

– Ты серьезно? – кривится он, прочитав все в моем взгляде.

– Представь только! – взбудоражено произношу я, подскакивая с дивана. – Зеленое сукно, темное дерево, мощные резные ножки, – расписываю я, разводя руками и прохаживаясь вдоль дивана. – По стене на полтора метра от пола деревянные рейки в цвет, под потолком отреставрированная лепнина в духе этого места. Новые деревянные оконные рамы, узкие подоконники, экраны на батареи, тяжелые темные шторы, лианы живого плюща по стенам… На громоздком столе старая советская лампа с тянущимся змеей белым проводом, большая хрустальная люстра и граненый графин на стальном подносе. И ты. Уверенный, надежный, самодостаточный, знающий себе цену, – величественно заканчиваю я свою речь. – А паркет надо сохранить, – говорю я уже обычным тоном, встав прямо и перестав рисовать свои фантазии в воздухе. – Он крепкий, теплый и прослужит еще черте сколько. – Я пружиню на месте и добавляю: – Не скрипит даже. И это будет намного дешевле и быстрее.

Холодный довольно долго неотрывно смотрит мне в глаза. Потом переставляет ноутбук на диван, достает телефон и звонит кому-то по громкой.

– Да, Анатолий Анатольевич, – мгновенно отвечает девушка.

– Яна, я передумал, – сообщает он. – У моей помощницы другая идея. Будем реализовывать ее.

– Э-э-э… – теряется Яна. – Но…

– Никаких но. Катя, – подняв на меня взгляд, передает он мне слово, – озвучь.

– Тебе правда понравилась идея? – спрашиваю я у Холодного, закончив создавать Яне головную боль.

– У меня нет цели подкатить к тебе, так что да. Правда. У брата нюх на людей, я давно заметил.

– Спасибо, – смущенно бормочу я.

– Так, не расслабляться. Первое задание. Нужно составить отчет по делу. Но сначала, заполни и подпиши договор. И учти, пункт о неразглашении там, как и ты тут, не для красоты. Если хоть слово из того, что ты узнаешь и услышишь в этих стенах их покинет, следом выйдешь и ты. А вот куда именно, будет зависеть от тяжести проступка. Вполне вероятно, что в СИЗО, – стращает он.

– Я поняла, – серьезно и собрано отвечаю я.

– Умница. Иди за мой стол, там удобнее. И сделай копию с паспорта.

Закончив с формальностями в двух экземплярах, мы приступаем к рутине. Я сижу за столом Холодного и печатаю под его диктовку, после чего структурирую и распечатываю документ и фотографии, на которые он указывает. Запечатываю в непрозрачный коричневый конверт и, оставив на столе, ухожу на обед.

Когда ровно через час возвращаюсь, застаю Холодного в компании Миши и еще одного мужчины лет пятидесяти.

Миша расплывается в улыбке и подмигивает мне, а Холодный кивком головы отправляет меня куда подальше.

Скупо кивнув незнакомому мужчине, я молчком прохожу в кабинет шефа и, оставив дверь открытой, без зазрений совести подслушиваю.

– Вы уверены, что она сбежала? – спрашивает Анатолий.

– Да, я абсолютно уверен! – раздраженно отвечает незнакомый мужчина. – Она уже выражала недовольство моим решением, но, как мне казалось, в конечном итоге приняла его. Свадьба через неделю. И она должна состояться. Найдите эту неблагодарную дрянь, я заплачу любые деньги.

– А говорят, волшебное слово – это «пожалуйста», – насмешливо отвечает Анатолий. – Нет. Волшебное слово всегда только одно.

– Деньги, – уже спокойнее хмыкает мужчина. – Михаил был прав, с вами легко иметь дело.

– Считайте, я уже занялся. Подпишем договор, – произносит он и я опрометью кидаюсь к его столу.

Нахожу уже подготовленный распечатанный договор, беру лежащую рядом кожаную папку и простую синюю ручку, не вписывающуюся вообще ни во что, морщусь и тороплюсь к мужчинам.

Мило улыбнувшись, я передаю папку мужчине и замираю рядом с ручкой наготове, протягивая ее в нужный момент.

– Хорошее помещение, – напоследок отмечает мужчина. – Добротное.

– Я сейчас, – шепчет Миша, склонившись к моему уху.

Становится щекотно, и я прикусываю уголок нижней губы, скрывая улыбку. А когда провожаю Мишу взглядом, замечаю, как его брат закатывает глаза.

– Не заставляй меня составлять доп соглашение, – строго произносит Анатолий, когда мужчины выходят.

– Что я не так сделала? – обиженно бурчу я.

– Никаких свиданий в офисе, Катя. Все личное остается за дверью, поняла меня?

– Так точно! – гаркаю я, вытянувшись по струнке.

И тут дверь снова распахивается и словно на крыльях врывается Миша, сияя белозубой улыбкой.

– Я не при чем, – переведя взгляд с одного на другого, брякаю я. – Оно само.

– Оно? – кривится Миша.

– Личное, – дополняю я, и он возвращается к своему образу влюбленного юнца.

– Пять минут, – раздраженно цедит Анатолий и оставляет нас наедине.

– Привет, – бархатным голосом произносит Миша, вразвалку приближаясь ко мне. – У меня для тебя кое-что есть.

– Судя по твоему хитрому взгляду, это ты сам, – фыркаю я, а Миша громко смеется.

– Нет, – отвечает он, подойдя ко мне почти вплотную. – Но да. И это тоже.

Он достает из-за спины небольшой пакет и вручает его мне. И только я заглядываю в него, становится понятно, что это новенький телефон.

– Нет! – ахаю я. – Миша, это слишком дорого!

– Я не хочу писать тебе мелом на асфальте. Считай, это подарок для меня.

– Спасибо, – с чувством говорю я и, мельком взглянув на дверь в кабинет Анатолия, привстаю на цыпочки и целую его в щеку.

– Там моя визитка. Купишь симку, напиши, – приватно говорит он, склонившись надо мной, а по моим рукам бегут мурашки. – Мне пора в офис.

Он сам целует меня в щеку, проведя ладонью по руке, и уходит, а я убираю свой подарок в шкаф и захожу в кабинет шефа, встав в дверях.

Глава 4

– Пропала молодая женщина, – говорит Анатолий, вставая из-за стола.

Я замечаю в принтере распечатанную фотографию, которой точно не было, подхожу и достаю лист. Холодный идет к