Гости сердечно обнялись, и как ни в чем не бывало уселись рядом, непринужденно болтая и похлопывая друг друга по плечу. Похоже, они были хорошо знакомы.

— Кто это? — прошептала Гермиона на ухо Бильбо, выставляя на стол еще один кувшин с элем.

— Гномы. Похоже, приятели Гэндальфа.

— Ты уверен? Гномы — они маленькие, в красных колпачках и живут в саду... Мерлин, что я несу...

Когда дверной колокольчик снова затренькал, девушка жестом остановила Бильбо.

— Не трудись дядя, в этот раз открою я, — улыбнулась она.

В прихожую с серьезным выражением на лицах синхронно ступили двое молодых, совсем еще короткобородых гномов. И расплылись счастливыми улыбками при взгляде на Гермиону.

— Фили, — представился тот, что казался старше. У него была короткая светло-русая борода и волосы, заплетенные в замысловатые косички.

— И Кили, — сверкнув белозубой улыбкой, отозвался младший — черноглазый и совсем еще безбородый.

-... к вашим услугам, леди! — закончили они хором, низко кланаяясь Гермионе.

Гермиона невольно улыбнулась. Эти двое говорили точь-в-точь, как Фред и Джордж.

— Эмин, — назвала она себя.

— Но Гэндальф сказал нам, что это дом уважаемого хоббита Бильбо Беггинса, — забеспокоился Фили, и тут же получил от брата тычок под ребра.

— Так и есть, господа, — улыбаясь, объяснила Гермиона. — Свое оружие и инструмент можете сложить здесь, — добавила она, указывая на большой кованый сундук.

Кили и Фили радостно загрохотали своим скарбом, при этом не переставая с интересом коситься на уходящую девушку.

— Прекрати! — вдруг зашипел Фили.

— Что?

— Ты пялишься на нее!

— Тебе показалось, братец!

— А вот и нет! И где сейчас твои глаза?

— А вот и да! Твои глаза там же!

Кили отвесил брату душевный подзатыльник.

— Кили, Фили, хватит прохлаждаться, — гаркнул Двалин, высунувшись из дверей столовой. — Нужно вынести этот стол в гостиную, а то все не поместимся!

— Что это значит, мистер? — забеспокоился Бильбо. — Неужто мало еще гномов в моем жилище?

Словно в ответ, колокольчик затрезвонил снова. На этот раз явились сразу пятеро. Дори, Нори, Ори, Оин и Глоин, назвались они.

Бедный Бильбо был бледен, и Гермиона даже могла поклясться, что у него дрожали руки.

— Брось, дядя, — улыбнулась она. — Где твое знаменитое хоббитовское гостеприимство? Эти гномы — веселые ребята!

И со смехом пошла отпирать дверь, когда громкий стук возвестил о прибытии очередных гостей.

Трое гномов с оханьем ввалились в прихожую и растянулись на полу у ног Гермионы. Девушка, смеясь, протянула им руки.

— Бифур...

— Бофур...

— И Бомбур, к вашим услугам, прелестное дитя!

Тут в дверной проем всунулась голова Гэндальфа, увенчанная остроконечной шляпой. Волшебник выглядел крайне довольным. Он тепло улыбнулся Гермионе.

— Надеюсь, опоздавшие голодными не останутся? — спросил он.

— Нет, мистер Гэндальф, — хохотнул Двалин. — Ведь Бомбур-то явился только сейчас. И то хорошо, а то от припасов нашего уважаемого хоббита уже остались бы только воспоминания!

А в гостиной уже творился сущий переполох. Фили и Кили, усадив Гермиону в кресло, чтобы ее ненароком не затоптали другие гномы, самостоятельно и споро выставляли на стол тарелки, кружки и всевозможную снедь из хоббитовской кладовой, а Двалин и Балин наполняли кувшины элем и портером. При этом все двенадцать гномов беспрестанно смеялись и гомонили все разом. Похоже, они давно не виделись и спешили поделиться всеми новостями сразу.

Наговорившись, они запели одну за другой развеселые застольные да шуточные песни, притопывая башмаками в такт, да пристукивая кулаками по столу. Похоже их очень развлекала тихая истерика, в коей прибывал хозяин дома.

Гермиону охватило веселое возбуждение. Она раскраснелась от выпитого эля, и теперь смеялась и хлопала в ладоши, слушая гномов.

Наконец, все было съедено, посуда перемыта и убрана на буфетные полки. Гномы, попыхивая трубками, говорили о делах, о пещерах и рудниках и о чем-то таком, что было непонятно и Бильбо, и Гермионе.

Она сидела у камина, глядя на танцующее пламя, на подлокотниках ее кресла деловито устроились Кили и Фили.

За разговорами никто не заметил как за окном стемнело. Зажглись звезды.

Тихий стук в дверь заставил всех замолчать. Гномы многозначительно переглянулись.

Гермиона поднялась и вопросительно посмотрела на Гэндальфа. Волшебник, улыбаясь, кивнул ей.

Она отворила дверь и обнаружила на пороге высокого важного гнома в меховом плаще. Он взирал на нее жестким суровым взглядом стальных глаз. Это был сам Торин Дубовый Щит, вожак гномьей компании, Король-Под — Горой.

* * *

— Вот теперь-то вся компания в сборе! — радостно возвестил Гэндальф. — Ты задержался, друг мой, — обратился он к Торину.

— Я заблудился. И скружил в обход тракта, да не один раз, — недовольно произнес гном. — Полагаю, меня здесь накормят ужином?

Гэндальф подмигнул Гермионе.

— Эмин, дитя мое, налей гостю эля, а потом мы потолкуем. Надо же нашему уважаемому Бильбо, наконец, узнать, какая роль ему уготована в нашем плане. Кстати, я бы не отказался от стаканчика красного вина.

— Гэндальф, ты обещал мне четырнадцатого члена отряда, и что я тут вижу? Мистер Беггинс больше похож на бакалейщика, чем на воина.

— Торин, я думаю, сегодня ты получишь не одного, а сразу двух членов для твоего отряда, — хитро прищурился волшебник.

— Я надеюсь, ты не думаешь, что я возьму в отряд человеческого ребенка? — вскинулся король, испепеляя взглядом сидящую в кресле Гермиону. Та густо покраснела и приготовилась огрызнуться.

— Эмин — не ребенок, — возразил маг. — По случайности пришла она в наш мир. И у нее в этом путешествии свои резоны. Она ищет дорогу домой, и мне открылось, что ей суждено пройти путь к Эребору вместе с вами. В его конце она обретет искомое.

— Дядя, она умеет колдовать... — заговорил Кили, обращаясь к Торину.

— Она волшебница, как Гэндальф... — вторил ему Фили.

— Она может быть полезной для нас! — заговорили другие гномы.

Но король только упрямо тряс головой.

— Я не буду нести ответственность за эту женщину, волшебник! — прорычал он. — Она не