– Стой! Ни шагу больше! Я прожгу тебя насквозь, понимаешь!? … Оставь меня! Уничтожьте «Жреца»! Используйте ракеты и мины! Излучатели и плазма наполняют его энергией!

Берри остановился на полпути, а Кристал тем временем ощутила сильнейший толчок в спину. «Жрец» подбросил ее прямо в сторону офицера Патруля. Однако на пути к нему детонировала термо-ударная мина, которая больно и хлёстко ударила ее по лицу и рукам, оттолкнув немного обратно. Жар-люмено погасил большую часть поражающей волны, но не смог удержать на ногах. Она заметила, как Берри пытался остановить «Жреца», забрасывая его гранатами, но тот двигался так быстро, что шансов у офицера Патруля не было никаких. Огненная фигура сблизилась и резко вонзила руку в грудь Берри, пробив броне-скафандр насквозь. Он сгорел моментально, почти не издав ни звука. Кристал попыталась помешать ему, хоть и с опозданием, но нога «Жреца» коснулась ее лица и с болью оттолкнула к стене, как некую помеху. Она облокотилась на нее и заметила те самые узоры на ровной гладкой поверхности сплава. Сбоку от середины подиума находилась та самая дверь Танкройта.

– Вода! – крикнула она громко в нейро-эфир, подалась туда и обеими руками приложилась к ней.

Стена разошлась, впуская внутрь тонны скопившейся воды. Оставшиеся на ногах огненные фигуры, включая самого «Жреца» окатило, как с брандспойта. Вода с шипением и брызгами вмиг превратилась в пар, покрыв все пространство сцены белыми плотными жаркими клубами. Огонь-люмено враз потух. Горящие недавно фигурки теперь валялись у стены и корчились в судорогах. Кристал была среди них. Сильнейшая боль сотнями игл пронзила ее тело. Она, как и остальные посвященные, билась в жутких конвульсиях и кричала, едва не теряя сознание. Кожа на руках и открытых участках тела сморщилась, как у старухи. Боль ушла вместе с огнем-люмено так же очень резко, сменившись жутким и нестерпимым холодом. Возле нее лежал потухший «Жрец». Он стонал, изрыгая проклятия и сотрясаясь, как от сильной лихорадки. «Сейчас или никогда!». Кристал трясущейся рукой схватила фиант на его груди, сжала до боли в суставах пальцев и дернула на себя. Медальон оторвался от «цепи» и остался у нее в руках. Тот будто почувствовал, что его наглым образом ограбили. Он потянулся к Кристал, и перехватил ее левую руку с фиантом. Оба дрожали, как от сильнейшей лихорадки и не могли совладать. Кристал, будучи более мелкой, начала сдавать позиции. «Жрец» взобрался на нее сверху и ударил по лицу наотмашь. Фиант снова был у него в руках. Левую ладонь Кристал грубо прижимало его колено.

– Отступница! Позор Даркии и Раксеса! – прошипел на нее Шеферд каким-то не своим голосом, как только приложил сорванный фиант к своей груди. – Тебе тут не место!

– Как и тебе! – прошипела она в ответ, нащупала правой свободной рукой рукоять роторного пистолета на бедре, довернула ствол и выстрелила, не дожидаясь окончательного разогрева электромагнитной катушки.

Не до конца разогретый стержень с неприятным по звуку, каким-то сухим и давящим хлопком вылетел из ствола и вошел в живот «Жрецу» под углом в сторону солнечного сплетения. Он враз умолк, крякнул, словно подавился косточкой и резко сместил колено на горло Кристал. Она выстрелила снова, затем еще и еще. После четвертого хлопка, Шеферд дернулся, застыл на мгновение и медленно завалился на бок. Его рот открылся и с предсмертным стоном пеной пошла кровь. Кристал оттолкнула его в сторону, вырвала фиант и убрала его в свой комбинезон. Вокруг в плотном белом как молоко остывающем паре слышались шаги тяжелых ботинок. Она дрожащим голосом позвала Гаррисона, легла на бок калачиком и замерла. Ее сильно колотило от озноба. Со спины Кристал накрыла чья-то крупная тень. Кто-то медленно приподнял ее и обхватил руками в латах, прижав к такому же серо-серебристому бронированному телу.

– Тиши-тише, Тина-Кристал, это я, Гарри.

Лицо его в открытом забрале было грустное, глаза влажные. Кристал попыталась заглянуть за спину.

– А Берримор? … Он был тут рядом… Где?

Гаррисон покачал головой и сильнее прижал к себе девушку.

– Берри больше нету с нами… Все кончено.

Тяжелые переговоры

Орбитальный межзвездный шаттл «Гларос», оставив позади пояс астероидов, приближался к Ганимеду. На главной палубе на большой проекционный дисплей сыпалась многочисленная информация. Кристал не спала. Она не спала ни разу с того самого дня, с того самого вечера последней мессы кровавого Марсианского Культа. Она и не могла спать. Департамент охраны Марса лишился всего руководства и по ее личному приказу перешел временно под контроль Звездного Патруля. Это была вынужденная мера, иначе Марс рисковал погрузиться в хаос из-за отсутствия полноценной охраны правопорядка. Ее рейтинг после того самого рокового вечера медленно и верно пополз вниз. Тайные силы Ганимеда воспользовались ослаблением Марса. В Сидауене снова стало неспокойно, а сил правопорядка катастрофически не хватало. Марсу нужен был мир с Ганимедом любой ценой, а через него и потепление отношений с Би-Проксимой. Игры в свободу и независимость окончились, наступили суровые будни. Кристал все это знала, а потому и спешила на Ганимед, чтобы договориться о мире, если это возможно. Однако с каждым новым километром приближения к финальной точке пути надежда таяла. Она видела боевые корабли Федерации, тяжелые крейсера, подобный исполинским монументальным черным мрачным глыбам, на фоне которых ее роскошный но некрупный «Гларос» выглядел просто песчинкой. Присутствовал тут и многочисленный торговый флот. Конкурентная война с Марсом, казалось, вообще никак не повлияла на Ганимед.

«Но почему!? Почему они так с нами!? Бизнес у них процветает, и торговля идет!»

Грустные думы в уставшем и невыспавшемся воспаленном мозгу лишь усугубляли. В пазухе комбинезона лежал тот самый снятый в суматохе боя со «Жреца» фиант. Кристал прекрасно знала его силу и власть над людьми, а потому не спешила надевать на шею, как бы ей того ни хотелось. Она теребила медальон пальцами правой ладони, водила по канальцам, идеально ровным узорам, по его приятной тактильно поверхности до жаркого пота в руке, но сдерживала себя от того, чтобы нацепить на грудь. Для переговоров ей нужен был ясный ум и твердая воля. Подавляющий и порабощающий волю фиант сюда явно не вписывался.

Ее встречал орбитальный шаттл с дипломатическими знаками, которые отлично читались на ярком голографическом табло с его борта и просто «кричали» о том через сенсоры у нее на объемном экране. Кристал пожалела, что отказалась от сопровождения со стороны Патруля. С ним она бы чувствовала более уверенно. «Мало ли какие провокации меня ожидают