вытащила руку из сумочки и постаралась принять непринужденную позу. Мы сидели и ждали. Что ж, по крайней мере, в ожидании на скамейке я могла поболтать со старой подругой.

– Как у тебя дела, Рейвен? Нравится в Атланте?

– Да тут, как везде, есть и хорошее, и плохое. Кручусь как могу, лишь бы подзаработать… и в тюрягу не попасть! – рассмеялась она. – Я ведь уже там побывала. И ни за что туда не вернусь. Что угодно сделаю, мать родную продам, но за решетку больше не пойду! Легкой мою жизнь не назовешь, но ничего, было бы желание, а заработок всегда найдется. Главное – федералам на глаза не попадаться, сечешь?

– Воистину! – откликнулась я.

Мы болтали, сидя рядом на скамейке, еще несколько минут. Я рассказала, как сбежала от Гленна и как украла личность Стефани. В убийстве признаваться не стала, но сказала, что хочу подставить Трента – свалить на него кое-какие свои делишки. Рейвен кивнула.

Наконец Трент вышел из дома. После полета он переоделся, но волосы, густо смазанные гелем, все так же блестели на солнце.

– Вот он! – прошипела я, схватив ее за руку. Трент повернул направо. – Пошли!

Мы встали и последовали за ним на расстоянии. Далеко идти не пришлось. Трент свернул к бару на углу и вошел внутрь. Так я и знала! Все угадала верно: он наверняка живет один, и тип вроде него точно не станет скучать дома в субботу вечером – так что нетрудно было догадаться, чем он завершит день.

– Таблетки при тебе? – спросила я у Рейвен, пока мы шагали вдоль витрин к бару.

– Конечно! Я же профессионал. – Она широко улыбнулась. – Вот увидишь, часа мне хватит. А ты, Джаззи, пока найди себе мотель. Когда сделаю дело, я тебе напишу.

И она исчезла. Темнело, становилось прохладно; в самом деле, пора было найти себе ночлег. Открыв в телефоне карту, я нашла мотель неподалеку, а затем вызвала «убер». Такси оказалось всего в двух минутах – прелесть жизни в большом городе – и домчало меня в мотель почти мгновенно.

Завтра мне оставалось подготовить еще одну улику – еще одно доказательство фиктивного путешествия Стефани в Атланту, – так что перекрашивать волосы было еще рано. Впрочем, краску для волос я достала и поставила у раковины в ванной. Скоро она понадобится.

Присев на край кровати, я нервно ждала известий от Рейвен. Она провозилась чуть дольше часа, но ненамного.

Готово! Завтра будет страшно маяться животом. Не то что из дому – из сортира выйти не сможет. И ты права, до чего же мерзкий тип! С первого слова начал ко мне клеиться и хотел тут же затащить в постель. Какой-то таракан двуногий.

* * *

Ты чудо! Спасибо! Теперь сделай мне последнее одолжение. Хочу сделать несколько снимков себя на фоне города, чтобы показать, что я здесь была, – но снимки должны быть со спины. Поможешь мне завтра? Лучше всего возле какой-нибудь достопримечательности.

* * *

Пожалуй, тебе подойдет Олимпийский парк столетия. Встретимся там завтра в полдень. Туда все туристы ходят, непонятно почему – место отстойное, просто дурацкий парк с олимпийскими кольцами и фонтанами. Зато все сразу поймут, что ты в Атланте.

Я поставила ей «сердечко» и написала: мол, завтра все обсудим.

Глава 42. Жасмин

Воскресенье после полета

Воскресное утро началось с сообщения от Роберта. До чего же настырный чувак!

Клуб любознательных спешит поинтересоваться: как прошла первая ночь с Трентом? Умоляю, ничего не скрывай!

И в конце рожица-эмодзи, означающая вопрос. Для Роберта надо было создать впечатление, что пока все идет отлично, а также дать понять, что сегодня Трент весь день просидит дома. Это так и есть – спасибо пилюлям Рейвен, – но полиция должна решить, что он не выходил, потому что с утра до ночи кувыркался в кровати со Стефани. Так что я написала:

Пока все хорошо. Трент хочет провести со мной весь день, чтобы лучше узнать друг друга.

В ответ Роберт прислал несколько сердечек и написал:

Гип-гип-ура!

Мой план сработал отлично! Пока что Роберт уверен, что его подруга влюблена и счастлива.

Час спустя пришло сообщение от нового персонажа – женщины по имени Диана.

Готовы встретиться? Буду через час.

Кто это и зачем Стефани собиралась с ней встречаться? Ладно, неважно. С ней обойдусь, как и с прочими, – буду тянуть время и держать на расстоянии.

Извините, встречу придется отложить. У меня кое-что произошло. Всю неделю меня не будет в городе.

* * *

Как отложить? Это что, шутка?

* * *

Никаких шуток. Напишите через неделю.

Телефон начал звонить. Снова и снова. На экране высвечивалось имя Дианы. «Ну нет, сестренка, извини!» Я не брала трубку, и в конце концов она успокоилась.

Остаток дня я собирала «материал» для следующих посланий Роберту. Для начала прогулялась пешком в окрестностях дома Трента. Зная, что он лежит дома больной, я ничего не опасалась и обошла район под названием Пичтри-Виллидж вдоль и поперек. Неподалеку нашлась кофейня под названием «Персики и крем». Почему, интересно, в Атланте все про персики? Я заказала два латте, поставила их на столик у окна и сделала несколько фоток повыпендрежнее. Как будто двое пьют кофе за одним столом. Кружки в этой кофейне фирменные, яркие, разрисованные персиками, – тем лучше, их легко узнать.

Дальше съездила на такси к месту работы Трента и сфотографировала снаружи здание с логотипом Эн-би-си. На обратном пути остановилась возле универмага, купила самую аляповатую кружку, какая там только нашлась, с надписью «ПРИВЕТ ИЗ ЖАРКОЙ АТЛАНТЫ!», ее тоже щелкнула и отправила фотку Роберту. Еще одно доказательство, что Стефани здесь была и переписывалась с ним отсюда.

Наконец в Олимпийском парке я встретилась с Рейвен, и она пофоткала меня со спины на фоне фонтанов, хорошо известных каждому, кто знает Атланту. Волосы у меня выглядели совсем как у Стеф: тот же цвет, та же длина, примерно та же прическа. Я даже поработала над ними плойкой, чтобы немного вились, как у нее, и еще надела ее кремовый плащ и шляпку.

Все задачи, для которых требовалось изображать Стефани, были выполнены. В тот же вечер в мотеле я перекрасила волосы в радикально черный цвет и постриглась как можно короче. «Прощай, Стефани! – прошептала я, смывая в унитаз остриженные пряди. – Мне больше не нужно быть тобой».

Встав перед зеркалом, я поворачивалась так