как ее назвать то, в чем они приносят воду. Она меньше стопки для водки. Миллилитров тридцать – это какой стакан?

За эти дни пришло понимание – спасения нет. Я заложник системы. Раб.

Мечтаю покончить с собой. Больше не верю в то, что выберусь. Думаю девушку из соседней палаты тоже посещают такие мысли. Ее насилуют более шести дней. По началу она кричала, вырывалась, пыталась что-то доказать Лордам – ебанутому мед. персоналу. После перестала. Наверное, ей, как и мне хочется умереть.

Как позже я выясню, девушку зовут Сара. Нам вместе удастся сбежать. Она выйдет первая, расскажет своему мужу о том, что здесь творилось. Вскоре за мной приедет отец. Он долго будет извиняться за то, что позволил мне пережить ужас дважды. Я никогда его не прощу.

На стене я выцарапывал ногтем дни, которые провел в клинике. Сбился со счета, когда мне дали тройную дозу таблеток за то, что я «плохо» себя вел.

Жизнь преподнесла щедрый подарок, когда Мэг – главный лорд-издеватель над пациентами – ушел в отпуск. Без него остальные работники психушки не измывались над нами. Тогда я и помог Саре сбежать. Она вытащила меня, когда протрубила на всю Канаду о том, что в клинике делают с людьми.

Я не думаю, что в других психушках заботятся о пациентах. Для меня, что психологи, к которым меня пытается затащить Рейвен, что те, кто работали там, где я «лечился» – одинаковые изверги.

Не хочу быть овощем. Хотя и сейчас мало, чем от того состояния отличаюсь.

Я виноват перед своей маленькой девочкой.

Я не могу простить себя.

Запомни меня, Стейс. Запомни, как того, кого нельзя подпускать к себе. Запомни как ошибку, которую нельзя совершать в будущем.

Перед возвращением Рейвен я дал себе обещание не попадать в одну ловушку дважды. Дал себе слово быть с девушкой осторожным. Я не знал ее секрет. Не знал, что она порывалась мне сказать много лет назад. Я облажался.

Мне так жаль. Я не могу выдержать собственной ошибки.

Чувство вины продолжает припечатывать меня к плитке. Это жутко давит. Никому не могу доверять, кроме Кайдена Ригхана.

Пока не знаю, как себе помочь. Но обязательно это выясню.

Скоро все разрешится…

Стейси

– Ноги совсем не слушаются. – Смеется бабушка, когда я гляжу на нее через экран телефона.

Отец с Сарой, Терри и Розой отлично устроились в Онтарио.

– Когда ты последний раз выходила на улицу? – Сочувственно спрашиваю я.

– Как приехали в конце лета, так я и не выходила.

Мне жаль – это фраза никогда не опишет того, что я чувствую, когда вижу маму мачехи. Каждый новый звонок дается все труднее, нам обеим.

– Как дела у Кайдена? Когда будем отжигать на вашей свадьбе?

– Ты обещаешь поправиться?

– Ради свадьбы своей внучки я заставлю ноги ходить!

Роза всегда была для меня, как родная бабушка.

– Не знаю, будет ли свадьба. – Опускаю глаза, продолжая думать о Ригхане и наших отношениях. Даже не знаю, что нам делать.

Пожилая женщина ахает и берется за сердце.

– Поссорились?

– Есть немного.

В груди больно щемит, когда вспоминаю с какими бешеными глазами на меня кричал тот, кого я люблю больше жизни. Возможно, мы оба неправы. Зачем-то боремся друг против друга.

– Сти, – ласково зовет Роза, пытаясь вернуть мой взгляд к экрану, – я сейчас в таком положении, когда уже ничего не решишь. Мне восемьдесят пять лет, в моей жизни было разное. Знаешь, о чем я жалею больше всего?

– О чем?

Меня потряхивает, хотя я даже, не знаю, чем поделится бабушка. Становится не по себе от одного осознания, что человек передом мной уже в конце своего пути. Розе мало что доступно из того, чем может воспользоваться другой человек. Чего стоит обычное умение переставлять ноги. Для моей бабушки это ценная вещь, поскольку она уже лишена ее.

– По молодости я была очень горделивая. Легко обижалась и вычеркивала из своей жизни людей. Я была так сосредоточена на себе, что не заметила, как осталась одна. Вспоминаю дорогих мне людей и жалею, что их нет рядом. Я была во многом не права. Ссоры – это такая мелочь. Они не стоят того, чтобы терять человека, Стейс.

Кайдену бы не понравилось, что бабушка сократила мое имя. Так позволено называть меня только ему.

– Вы ж мои дети, не ссорьтесь.

Они были друг для друга целым миром.

Но одна ссора разрушила миры обоих.

Связь прерывается, когда кто-то в очередной раз пытается до меня дозвониться. Пару часов назад, когда я включила телефон, до меня пытался дозвониться Ригхан. Я не взяла трубку, слишком уж обижена была. Последний час меня достает один и тот же неизвестный номер. Теперь снова вызов от Кайда.

– Бабуля, я тебе перезвоню.

– Сти, только не ссорьтесь. Ты обними его, поцелуй, поговори. Нежно как-то скажи о том, что тебе не нравится. Мужчины не любят, когда на них давят.

Кажется, я и правда сглупила. Была слишком резка с Кайдом, наговорила ему утром лишнего. Я не хотела, чтобы Ригхан уходил. Когда он вернется, я обязательно положу ему голову на грудь и скажу, что люблю. Люблю больше жизни!

– Хорошо. Я сейчас же поеду к нему мириться. – Решение приходит моментально.

– Умница, давай. Кайдену передавай привет!

Мы прощаемся. Я сбрасываю звонок и мчусь на второй этаж, в нашу спальню. Теплые бордовые колготки, худи с номером «66», что перепала мне от любимого мужчины, мини-юбка в тон колготкам. Собираю высокий хвост и понимаю, что похоже была одета пять лет назад. В день, когда губы Ригхана впервые коснулись моих.

Так символично.

Второпях выбегаю на улицу и завожу машину, что оставил мне отец. Сначала заеду за кофе, а потом пулей в офис к Ригхану!

На автомате доезжаю до своей любимой кофейни. Я часто здесь бываю, поэтому меня знают все работники. За стойкой уже встречает Делла – девочка с голубыми волосами, очень напоминающая Дороти.

– Привет! У вас так красиво! – Изумленно оглядываю обстановку в кафе. Часть помещения украшена новогодним декором. Неоновая вывеска в бело-красных тонах «С Рождеством!», гирлянда и средней величины прозрачные шарики над барной стойкой.

– Готовимся. – Улыбается Делла. – Тебе, как обычно?

– Да, мне кофе с сахарным печеньем и миндальным молоком. А моему будущему мужу, – дополняю заказ любимым напитком Кайда, – горячий шоколад с мятой.

– Отлично! Пять минут. Кстати, – останавливает бариста, когда я собираюсь сесть за стол рядом с незнакомой девушкой, изучающей меню, – приходи завтра, приготовлю