чего ожидать дальше, хотя была почти уверена, что у Сариэль не останется иного выбора, кроме как следовать протоколу и вызвать Nox.

Однако Сариэль поступила иначе. Она отмерла и, быстро пересекая комнату, заключила Вири в объятия.

— О, Древние, я так волновалась, — прошептала она ей на ухо.

Вири почти обмякла от облегчения. — Прости… я никогда не хотела, чтобы ты нашла нас здесь. Я знаю, в какое трудное положение это тебя ставит.

— Не бери в голову, — сказала Сариэль, отстраняясь. Её голубые глаза метнулись к Риву, черты лица напряглись, когда она осознала, кто — и что — он такое, но она быстро вернула внимание к Вири. — Все тебя ищут. Капитан Фэрроу поднял на ноги весь Nox: половина приказана искать пропавших детей, другая — искать тебя.

Вири поморщилась, но ответила:

— Им не найти нас там, куда мы направляемся.

По крайней мере, в этом был один плюс в путешествии в смертоносный лес.

Сариэль долго смотрела Вири в глаза, а затем тихо сказала:

— Я не стану просить тебя не делать того, что ты задумала. Я знаю, что это бесполезно — как и доверяю тому, что есть причина, по которой ты здесь именно с ним.

Взгляд Сариэль снова скользнул к Риву, и на этот раз Вири тоже обернулась. Он стоял, напряженный, как камень, с совершенно пустой маской на лице, бесстрашно глядя на Магистрата. К счастью, в его взгляде не было той открытой враждебности, которую он питал к ней, но было очевидно: он не хочет находиться в её присутствии. И это неудивительно, учитывая, кем они были: правой рукой Жнеца-Жреца и высокоморальным лидером города, которая когда-то была охотником. Двое людей, которые никогда не окажутся на одной стороне баррикад.

За исключением этого момента.

— Причина есть, — подтвердила Вири. — Прошлой ночью ты сказала мне, что никакая цена не будет слишком высокой, если это поможет найти Жнеца-Жреца. — Она кивнула в сторону Рива. — Это и есть цена того, что я смогу это сделать. У меня нет времени объяснять, но обещаю: всё, что я делаю, направлено на то, чтобы остановить его.

Губы Сариэль сжались, словно она боролась с желанием сказать, что имела в виду совсем другое, но затем она вздохнула:

— Какими бы ни были твои планы, просто будь осторожна.

— Всегда, — ответила Вири, зная, что это именно то, что нужно было услышать её опекуну, и молясь, чтобы она смогла сдержать своё слово.

Сариэль собиралась добавить что-то еще — возможно, спросить, что Вири и Рив вообще делали в её кабинете, — но их прервал стук в дверь. Прежде чем кто-либо успел отреагировать, вошла Мира, углубленная в бумаги у себя в руках:

— Мы кое-что забыли на совещании…

Глава Гильдии Охотников резко остановилась, заметив Вири и Рива. Её смуглые черты лица вытянулись от шока.

Сердце Вири подскочило к горлу, но не только из-за неожиданного прихода наставницы. А из-за того, что прямо за её спиной возникли двое стражников Nox.

Одного взгляда хватило им, чтобы понять, на кого они наткнулись. Они оба бросились вперед, и Вири поняла, что им с Ривом придется пробиваться с боем.

Но этого не произошло.

Мира метнулась вперед, перехватывая стражников Nox. Бумаги разлетелись во все стороны, и меньше чем через четыре движения оба стражника лежали на полу без сознания.

Её нефритовые глаза пронзили Вири, а голос в голове прозвучал резко и предостерегающе:

— У тебя пять секунд, прежде чем я подниму тревогу. Используй их с умом. — Она прищурилась. — И не заставляй меня жалеть об этом.

Волна благодарности накрыла Вири от осознания всей серьезности того, что только что сделала её наставница, и того доверия, которое Мира проявила, не требуя ответов.

— Спасибо, — хрипло выдохнула она.

— Отблагодаришь меня, сказав что-нибудь хорошее на моих похоронах. Я, может, и могу принять тот факт, что ты следуешь какому-то полубезумному плану по спасению детей, но Дарик убьет меня за то, что я позволила тебе сбежать, — сухо отрезала Мира и мотнула головой в сторону двери. — А теперь иди. И готовься к самому долгому допросу в твоей жизни, когда весь этот бардак закончится.

Вири кивнула. Она не удержалась и бросилась вперед, чтобы обнять наставницу. Никогда прежде она не была так благодарна за то, что у Миры сердце охотника, готовое нарушать правила — и законы — ради того, что должно быть сделано. Или, в данном случае, позволить Вири это сделать.

Было столько всего, что Вири хотела сказать и Мире, и Сариэль — столько важного о кометах, о жертвоприношении и о плане уничтожения обелисков. Как и хотелось выкроить момент, чтобы убедиться, что Сариэль знает о Джессалин, и успокоить её тем, что Сорен уже вышел на поиски. Но каждая минута промедления — это ещё один шанс для Брэдана добраться до Хранителя первым и обречь их всех. Поэтому, как бы тяжело это ни было, она заставила себя сделать шаг к двери, обернувшись лишь раз, чтобы послать воздушный поцелуй Сариэль, которая поймала его и прижала к сердцу.

Это был последний раз, когда Вири видела их. Она и Рив поспешно покинули кабинет, перейдя на бег, как только миновали пустующий стол Галена и направились к выходу со стеклянными дверями. В коридорах уже толпились люди — члены совета и главы гильдий, закончившие заседание. Некоторые из них вскрикивали от изумления, узнавая Вири и Рива, что тут же привлекло внимание двух охранников Nox, ожидавших снаружи — вероятно, напарников тех самых стражников, которых вырубила Мира.

Вири выругалась, когда стражники Nox бросились в погоню, выкрикивая приказы остановиться. Она заставила себя бежать еще быстрее, чувствуя, как сердце колотится в груди. Она пронеслась через двери, Рив следовал по пятам, и оба они помчались по внутреннему тоннелю Саммита к порталу, в то время как позади всё еще раздавались яростные крики преследователей.

Но Вири и Рив были быстрее, а их отчаяние — сильнее. Сделав мощный рывок, они достигли магической арки. Вири прыгнула первой, настроив портал прямо на шумный рыночный квартал. Она ждала ровно столько, сколько потребовалось Риву, чтобы появиться следом, а затем, ухватив его за руку, прыгнула в портал снова. Она была уверена, что кто-то из множества суетливых покупателей активирует портал следом за ними — это помешает Nox проследовать к их настоящей цели: самому южному порталу верхнего города.

В тот момент, когда Вири вылетела с другой стороны, яркий солнечный свет обжег ей глаза, заставив зашипеть от боли. Появление Рива было менее драматичным, хотя он тоже