темную и прохладную гостиную, сплошь заставленную разномастными шкафами и гардеробами, многие из которых явно были здесь совсем не к месту. Фрида заметила ровный ряд картинок в рамках, украшавших стену. Лишь одна из них, самая крайняя, висела косо, и у Фриды возникло вполне понятное желание подойти и поправить ее. Но тут вернулась горничная, чтобы проводить ее к фрау.

Фрау фон Траттен, в элегантном вдовьем платье, сидела у стола, сплошь заваленного письмами и телеграммами.

Она, кажется, ничуть не удивилась, увидев Фриду, и даже вспомнила, не напрягая память, несколько случаев, когда они встречались.

– Так много надо сделать! – сказала она, жестом указывая на письменный стол. – Не хотите ли чашку кофе?

Фрида смотрела с восхищением на эту женщину, которая столь естественно выполняла роль гостеприимной хозяйки, будто и вовсе не было этой трагедии.

– Нет, благодарю вас, – ответила Фрида. – Прошу прощения за то, что я нарушила ваш покой в такой момент. Я была… была просто ошеломлена, узнав о гибели вашего мужа, и решила лично выразить…

Фрау фон Траттен, кивнув, молча ожидала, когда Фрида выразит свои соболезнования. Девушка смешалась на какой-то миг, но потом решилась все же:

– Я понимаю, как тяжело вам сейчас. И это главное, что хотелось бы мне сказать. Я понимаю, что мы фактически даже не знакомы друг с другом, и все же я позволю себе признаться вам, что всякий раз, когда я встречала вас с вашим мужем, вы производили на меня огромное впечатление. Надеюсь, вы простите меня. Это все еще мои американские манеры, от которых я никак не избавлюсь.

– Все в порядке, дорогая. Мне кажется, что большинство моих старых друзей что-то стали чересчур тактичными и поэтому боятся нарушить мой покой, – вы понимаете, о чем я это. – Она рассмеялась горьким сухим смехом, напоминавшим птичьи крики.

Фрида уже раскаялась в том, что пришла сюда, и искала лишь какую-нибудь увертку, чтобы заговорить наконец о том, что действительно интересовало ее. Продолжать этот салонный разговор было просто жестоко по отношению к фрау фон Траттен, но как сменить тему, этого Фрида никак не могла придумать.

– Странно, но сегодня утром мне нанес визит ваш друг, – решилась она все же. – Представляете, какое совпадение! Его зовут герр Радок… Гюнтер Радок.

Оторвавшись от груды бумаг, требовавших ее внимания, фрау пристально взглянула на Фриду.

– Так вы знакомы с Пага… то есть с Гюнтером, имела я в виду?

– Он просто нанес мне деловой визит. Порасспросил кое-что о программке моего концерта, которая была обнаружена у какого-то человека. В общем, кто-то что-то там напутал. Но вы действительно знаете его? Инспектора Радока?

– О, даже очень хорошо! Он и его семья работали здесь у нас многие годы.

«Так вот значит, как служил он генералу, – подумала Фрида. – В самом прямом смысле».

– Ну, я пошла. – Фрида посмотрела на свои наручные часы. – Не смею больше отнимать у вас драгоценное время. Мне просто захотелось лично выразить вам соболезнование. Я хорошо помню генерала, несмотря на то, что наши встречи были так коротки. Это действительно был прекрасный человек.

Фрау фон Траттен вздохнула.

– Да, он был таким. И очень любезно с вашей стороны, фрейлейн Лассен, что вы пришли сюда, чтобы выразить ваши чувства. Я вам искренне благодарна за это.

Она поднялась, исполненная спокойного достоинства, которое восхищало Фриду и одновременно заставляло ее стыдиться своей дешевой хитрости. Но она все-таки что-то узнала о Радоке. Ей теперь было известно, что хотя бы кое-что в его словах было правдой.

Фрау фон Траттен протянула руку. Фрида, с жаром схватив ее, посмотрела пожилой даме прямо в глаза.

– Можно мне спросить вас о чем-то? – молвила фрау фон Траттен.

– Конечно.

– Как вы узнали о смерти генерала… Августа?.. В газетах об этом ничего не было еще, вы сами знаете… Это Пага… то есть Гюнтер… сказал вам?

Фрида почувствовала, что краснеет. Она не учла, что ей могут задать подобный вопрос. И вообще, много чего не было предусмотрено ею.

– Да, – ответила девушка. Ее голос дрожал, потому что лгать она не привыкла. – Во всяком случае, мне кажется, что это от него услышала я печальную весть. Простите, если я сделала что-то не так. Может, я нарушила ваш покой?

Фрау фон Траттен улыбнулась, не разжимая губ, и пожала Фриде руку.

– Нет, вовсе нет. Очень мило с вашей стороны, что вы пришли, фрейлейн.

Та же горничная проводила Фриду до парадной двери. Снег уже перестал падать, и на улицах появились уборочные машины. Все кругом было белым и казалось хрустящим.

Девушка направилась к центру пригорода, чтобы найти такси. Поездка сюда была не напрасной. По крайней мере, она убедилась в правдивости хотя бы части той истории, которую рассказал падре инспектор. Но что ей делать теперь с полученной ею информацией? И не совершила ли она очередную глупость, нанеся фрау фон Траттен этот визит? У нее было такое чувство, что она далеко не все сделала правильно. Хорошо бы снова вернуться к своему роялю, как и советовал ей падре. Но она знала, что не сможет поступить так. Она считала, что ей необходимо поглубже вникнуть в суть того, что происходило вокруг нее. У Фриды всегда так было. Чем бы она ни занималась: училась ли ездить на велосипеде, играть на рояле или быть шпионкой, – ее неизменно отличали решительность и целеустремленность. Она должна достигнуть совершенства во всем, за что бы ни бралась, – таково было ее кредо.

Погруженная в свои мысли, она совсем не приметила высокого худощавого мужчину в, пожалуй, слишком уж модном пальто, шагавшего ей навстречу. Поскольку она шла прямо на него, ему пришлось сойти с тротуара прямо в снег, чтобы пропустить ее.

– О, простите! – спохватилась она. – Я словно вижу сны на ходу.

– Все в порядке, фрейлейн. – Прохожий вежливо наклонил голову в мягкой фетровой шляпе. – Прекрасный день для зимних грез!

Она улыбнулась.

– Да… Пожалуйста… извините меня!

Фрида торопливо пошла вперед, и поскольку она ни разу не оглянулась назад, то и не увидела, как повстречавшийся ей по пути человек подошел к вилле фон Траттенов и позвонил в дверь. Не заметила она и трехосного «мерседеса», ожидавшего его у края тротуара, и красноносого водителя, похотливо смотревшего на нее.

Глава 9

Тротуар не был очищен от снега, и Краль, поскользнувшись, как только вышел из автомобиля, чуть было не упал. Глядя вниз на лед, покрытый снегом, как на вражескую территорию, он думал об этих лентяях, городских рабочих по уборке улиц, которые