потому как поворот правый, но за ним следом сразу идет левый. Я внутри, справа. Практически по обочине меня пытается пройти одна из «альф», не знаю, кто именно за рулем, слишком все быстро происходит, некогда смотреть. Чуть отпускаю напарника на выходе из первого и сразу ныряю внутрь, закрывая калитку для преследователя. Удается, хоть и не отыграл позицию, но свою сохранил. Проходим второй поворот как по рельсам, один за другим. Ускорение, машина чуть виляет кормой от избытка крутящего момента, но ее даже ловить не требуется, контроль полный. На долю секунды отпускаю газ и вновь плавно добавляю, машина рвется вперед, и я сажусь на хвост Фрэнку. В зеркалах мелькают морды «альф», но теперь уже поздно, не пропущу.

К концу четвертого круга отрыв до ближайшего соперника составлял уже пару секунд, субъективно, конечно. Во время такой гонки точно осознать отрыв нереально. В зеркалах кроме сильной тряски только пятно автомобиля преследователя. Фрэнк не отрывается, хотя и хочет, видно, как нервно ведет машину. Зря он нервничает, может ошибиться, и тогда плакал дубль. Еще пара кругов. Шины начинают проявлять беспокойство, появилось чуть заметное скольжение задней оси, но пока все под контролем. Пит-стоп еще не скоро, нужно держать машину. Кажется, я перемудрил с составом резины. Да, я ведь один из поставщиков, «Goodyear» также принадлежит мне, вот и делают резину для гонок такой, как я хочу. Но сегодня я выбрал слишком мягкую. Хорошо еще, что на пит-стопе поставят жесткий вариант, это чтобы наверняка хватило до финиша.

Тридцать два круга пролетели как один. Отрывы давно увеличились, кто-то вставал на дозаправку, кто-то шины менял, а кто и гонщика. Мы с Фрэнком, потеряв немного темп, шли, как и после старта, первыми. Но вначале тридцать третьего круга, сначала у него, а затем, да практически сразу, у меня лопнули шины. У того и другого рванула правая передняя.

– Вот это провал, твою дивизию! – буквально заорал я, пытаясь, удерживая машину фактически на трех колесах, поддерживать хоть какую-то скорость. Выходило, мягко говоря, не очень. Круг, казалось, не закончится никогда. За два поворота до заезда на пит-лейн нас обоих проходят соперники на «Альфа-Ромео». Они обслужились десятью кругами ранее, но у них еще будет пит-стоп, резина не выдержит такого темпа, уж я-то знаю. Поэтому мы с Фрэнком и тянули так долго, чтобы максимально обезопасить второй отрезок.

Замена резины прошла довольно быстро, правда, из-за проколов на обеих машинах нам пришлось заезжать одновременно, поэтому на выезде с пит-лейна я оказался секундах в пятнадцати позади напарника. А вот теперь газу!

За время нашей с Фрэнком остановки вперед прошли шесть машин, но представляли опасность лишь две. Фанхио и Фарина шли в хорошем темпе. Мы хоть и были сейчас быстрее, но все же отыгрывали отставание крайне медленно. Спустя шесть кругов догнав напарника, я решил выжать из машины все, пусть даже и не выдержит двигатель. В одном из поворотов я жестко прошел Фрэнка, буквально чудом не отправив его в отбойник. Тот даже руку поднял, показывая недовольство. Ну, а что еще делать, если он не нагоняет лидеров. Мой темп был явно выше, потому как, пройдя напарника, я быстро начал отрываться. Машина просто летела. Благодаря жестким шинам на втором отрезке можно было не думать об износе.

Четверых я прошел всего за два круга, слишком велика была разница в скорости, но вот лидеров на «альфах» мне было не достать. Я не видел их ни в одном повороте, ни на одной прямой, это означало лишь одно – между нами минимум полминуты. Пит-стоп у них будет, к гадалке не ходи, иначе постигнет та же участь, что и нас. Уверенно нарезая круг за кругом, я вдруг содрогнулся, поняв, что осталось всего двадцать кругов, а раз противника я не вижу, значит, они так и не заезжали за новой резиной.

Только подумав об этом, я вдруг заметил впереди суету. Что там было, не разглядел, но думаю, кто-то вылетел с трассы. Круг спустя проезжая это же место, я разглядел на обочине одну из двух «Альфа-Ромео» лидеров. Уж не знаю, кто именно, но думаю, одним соперником стало меньше. А спустя еще два круга я вдруг увидел выезжающего с пит-лейна второго гонщика команды «Альфа-Ромео». К первому повороту, я был от него всего в двух десятках метров, поэтому смог по цветам нового шлема определить Маэстро. Значит, сошел его напарник, что ж, будем догонять. К этому моменту я как-то позабыл о Фрэнке. Поглядывая в зеркала, с сожалением заключил, что парень явно бросил бороться. Видимо, расстроился, что упустил лидерство, и сдал. Жаль, но, к сожалению, есть такие гонщики, быстрые, ловкие и стабильные, но только в условиях прессинга. Когда непосредственная угроза исчезает, они расслабляются и делают ошибки, детские ошибки. Я, кстати, тоже иногда этим грешу. Но у меня чуть другая проблема, я просто отвлекаюсь на посторонние мысли.

Фанхио не стал бы в моей истории многократным чемпионом просто так. Этот парень еще попьет у меня кровушки в будущем. Но надо сейчас и прямо здесь показать, что если он и выиграет титул в этом году, то легким ему этот выигрыш не покажется.

В быстрых поворотах «Альфа» была удивительно устойчива. Фанхио держал траекторию так, словно шел по рельсам, как трамвай. Решил ловить его в медленных. Есть тут пара таких, что нужно оттормаживаться аж до пятидесяти километров в час, иначе не впишешься и вылетишь с полотна.

Я – рискнул. В тех самых медленных «эсках» я стал ломать траекторию, нарочно кидая машину из стороны в сторону. Фанхио уже давно бросил затею атаковать всеми силами. Сейчас он полностью переключился на оборону позиции. До финиша шесть кругов, у обоих ещё есть время для маневра, но я продолжал атаковать. К предпоследнему повороту на нашем пути я шел бок о бок с противником. На выходе на стартовую прямую я занял внешний радиус, опасный и сложный для пилота. Фанхио, уже выйдя из поворота, пытался блокировать меня, но я все же с ним поравнялся. Сложность была только в одном, хватит ли у меня духу на то, чтобы попытаться удержать машину на внешней стороне апекса. Это невероятно тяжело, шины на пределе сцепных свойств, представляю, как они сейчас пищат, мне-то не слышно, но я представляю себе этот звук. Фанхио необычайно корректен, ведь одно движение рулем в мою сторону, и… кувыркаться я буду долго, короче. Но чемпион не был бы чемпионом, если бы дал себе волю так поступить.