и порвется. Мне кажется, что это будет дешевле, чем тратиться на моющее средство, — азиат взглянул на дернувшуюся связанную овчарку, а затем с размаху влепил по ней палкой.

Овчарка заскулила, дернулась еще раз и тут же снова получила палкой по спине.

— Заткнись! — раздраженно рыкнул Чону.

— Надо посчитать, что дешевле выходит, — недовольно буркнул Сынхён.

— Даже если она порвется, пятен и крови будет меньше. Помнишь как с тем бульдогом было? Мне даже потолок пришлось отмывать. Злая собака.

— Ла-а-а-адно, — кивнул Сынхён, прошел в угол помещения и достал сложенную пленку. — Давай расстелим.

Азиаты взяли сверток, быстро его расстелили под собакой, захватив часть стены рядом.

— Ну, что? Начали? — спросил Чону, крутанул палкой и влепил по собаке.

Та заскулила, задергалась, но азиатов это особо не беспокоило.

Процесс был рутинным. Удар, слегка повернуть, еще удар. Обойти и еще удар.

Со стороны, рядом со скулящим, воющим существом, многие бы назвали этих двоих живодерами. Бесчувственными тварями и просто отбитыми на голову психами, но…

Двое азиатов, в их понимании, не били собаку.

Они готовили мясо.

Подготоваливли скотину, перед забоем.

Чтобы мясо было сочнее, мягче, его надо было заранее как следует отбить. А уже потом…

— Ты-та-та-та! — затараторил один азиат, по руке которого пришелся удар второго. — Ты смотришь куда бьешь, Чону?

— Прости, я немного увлекся, — произнес тот.

— Слушай, ты в последнее время начал часто «увлекаться», — произнес Сынхён. — Еще немного и я начну думать. что тебе нравится, как они скулят!

— А в этом есть что-то плохое? — удивленно поднял брови азиат, глянул на скулящую из последних сил овчарку и влепил ей еще раз по ребрам.

Напарник закатил глаза, тяжело вздохнул и уже хотел было скомандовать, чтобы тот закончил уже с животным, чтобы приступить к разделке туши, но тут…

БУДУМ!

Дверь выелетела во внутрь и с грохот впечаталась в пустую клетку рядом. В помещение тут же влетел Алексей.

В форме, с пистолетом без патронов и перекошенным от злости лицом.

Морды в гору, руки в пол! — заорал он и не замедляясь ни на шаг, подлетел к опешевшему азиату и влепил ему ногой в живот, отчего тот отлетел и впечатался в стену.

Алексей перевел взгляд на второго азиата и заорал:

— Кому сказано! Пристрелю!

Растерявшийся Чону, присел, прижал ладони к полу и поднял голову, уставившись в потолок.

— Насяльника! Мы ничего не делать! Насяльника… — начал он изображать из себя недалекого азиата.

Алексей глянул на скулящую овчарку на крюке, потом на окровавленные палки и с злостью посмотрел на азиата.

— Насяльника, мы работать… Нам сказала делать — мы делать! Паспарта забирать! Кушать совсем не давать!

Алексей, что прекрасно слышал их разговор, подошел к азиату, глянул на пистолет в руке, а затем перехватил его за ствол и направил ручку на лицо Чону.

Нет, Алексей не предлагал ему взять оружие. Он просто примерялся.

Замах, и… удар, пришедшийся на переносицу азиата ручкой пистолета.

— Ах, тыж сука… — без всякого акцента взревел азат, свахтившись за лицо и пытаясь остановить кровь.

Алеша же подошел крюку, снял с нее собаку, у которой уже не было сил сопротивляться, а затем развязал ее.

— Как же тебя, хорошую, угораздило, — с обидой произнес он и поднял взгляд на второго азиата, что сидел у стенки и с опаской поглядывал на полицейского. Алеша показал ему пистолет, который держал за ствол и произнес: — Дернешься — тоже нос на ухо смотреть будет! Понял?

— Понял, насяльника… Понял! — закивал тот.

Глава 15

Прохор осмотрел заготовку и кивнул.

— Сойдет, на, — буркнул он и подошел к точильному кругу.

Лев устало бросил на пол кувалду и опустив руки упал пятой точкой на небольшой пенек, что притащил для ручек кузнец.

— Блин, слушай, а много заплатят за эти инструменты? — спросил парень, устало глянув на кирки и лопаты, что стояли в углу.

— Посмотрим, — буркнул Прохор, включил двигатель и принялся плавно обтачивать получившуюся заготовку.

— По любому мало, — вздохнул парень и глянул на колонку, что стояла у входа.

— Чтобы брать много, надо чтобы тебя знали, твою работу видели, на, — проворчал Прохор. — А у нас в копилке — одна кольчуга, да вот… Инструменты, на.

— Репутация, запись, очереди, оверпрайс ценники на услуги, — хмыкнул Лев. — Все, как везде.

— Такова жизнь, на, — хмыкнул наставник, повертел заготовку и принялся обтачивать другую сторону. — Не бывает больших денег просто так.

— Ну, блин скажешь, тоже… — фыркнул парень. — Вон, сидит какой-нибудь менеджер высшего звена в корпорации. Получает миллионы, а не делает ни черта.

— Любит вы, молодые, рассуждать, про то, чего не знаете, — усмехнулся Прохор в бороду. — Ты видишь как он сидит, слышал где-то сколько получает. А сколько он работал и что ему пришлось пережить? Он где-то учился. Он работал. Он делал лучше и больше чем остальные.

Тут кузнец обернулся и глянул на задумчивого подмастерье.

— Все видят победы, успех. Никто не видит работу, никто не видит неудачи и провалы, — произнес он, осмотрел деталь и бросил ее Льву.

— Ну, нет. Это же тоже видно, — поймал парень железку и повертел в руках.

— Видно, но видеть не хотят, — проворчал кузнец. — Насаживай и давай вон ту кирку поправим.

Парень подошел к верстаку, взял черенок и насадил вилы на место. Он задумчиво глянул на кузнеца и произнес:

— Слушай, а ты не думала барабанщиком стать?

Прохор удивленно глянул на парня и крякнул.

— Что? У тебя чувство ритма есть.

— Чего?

— Ну, ты заметил, как мы работали? — спросил парень и кивнул на колонку. Он подхватил заготовку и подошел к горну, куда тут же ее сунул. — Ты в ритм попадал! Ну, в ритм барабанов.

— Случайно, — обрезал Прохор.

— Да, но… — тут парень заглянул в горн, прикинул цвет металла и произнес: — А давай проверим!

Кузнец недовольно нахмурился, поджал плечами и произнес:

— Как собрался проверять?

— А вот так, — Лев достал телефон, подключенный к колонке и включил трек. — А теперь давай работать!

Парень схватил клещи и отодвинув кирпич в сторону, достал заготовку. Дойдя на наковальни, он