Ты уже большая девочка и достаточно взрослая, чтобы позаботиться о себе.

Горечь подступает к горлу, но я сдерживаю свои горячие, гневные слова. Я забочусь о себе с шести лет. Я убирала за ней беспорядки и кормила нас обоих, будучи взрослой, которой она должна была быть, но я не напоминаю ей об этом.

— Да, Елена.

— Я должна идти. Мой урок йоги начинается. Я позвоню тебе на выходных.

Линия обрывается, оставляя меня в болезненном молчании и ненависти.

* * *

— Ты в порядке? Тебе нужно опереться на меня?

Мы медленно идем по кампусу. Я качаю головой и морщусь, от боли.

— Честно, со мной все в порядке. Мне дали обезболивающее для головы, а колено лишь немного поцарапано.

Приближается комендантский час, и студенты бредут в сторону общежития. Люди смотрят в нашу сторону, а другие перешептываются, когда мы проходим. Этого достаточно, чтобы мое беспокойство усилилось, а ладони вспотели.

Мой взгляд встречается с парой зеленых глаз.

Илай.

Он с Келланом, и мы идем с противоположных сторон к зданию общежития.

Он смотрит на меня таким пристальным взглядом, что меня это пугает. Возможно, он разочарован тем, что я не сломала себе шею. Я уверена, что это доставило бы ему какое-то болезненное удовлетворение.

Наклонив голову, я сгибаю плечи и концентрирую внимание на земле. Я не поднимаю глаз, пока мы не доходим до нашей комнаты.

— Тебе не нужно беспокоиться о тренировках группы поддержки, — говорит Лейси. — Я позволю тебе взять перерыв на несколько дней, прежде чем ты вернешься к делу.

Я открываю дверь нашей комнаты и чуть не спотыкаюсь о что-то на полу. Пальцы хватают меня за руку, удерживая, пока я покачиваюсь.

— Ты в порядке?

Лейси отпускает меня.

— Я думаю да, — мое внимание переключается на гигантский букет белых цветов, лежащий у моих ног. Я хмурюсь, наклоняюсь и ищу карточку, но ничего не нахожу.

Лейси закрывает за нами дверь.

— Лилии? Серьезно? И как, черт возьми, кто-то их сюда затащил? Дверь была заперта. Могу поспорить, что охрана, помогла им.

Подняв букет, я несу его к своей кровати.

— Что с ними не так?

— Они напоминают мне похоронный букет, когда умерла моя бабушка, — она вздрагивает. — Они были повсюду.

— Может, они от Майлза? — вытаскивая телефон из кармана, я отправляю сообщение.

Я: Спасибо за цветы:) Как ты оставил их в нашей комнате?

Он отвечает сразу.

Майлз: Цветы?

Я: Лилии.

Майлз: Они не от меня. Может быть, у тебя появился тайный поклонник?

Мой незнакомец? Мог ли он чувствовать себя виноватым в случившемся?

Найдя в сумке телефон от него, я сжимаю его пальцами.

— Я собираюсь принять ванну.

Лейси поднимает взгляд с того места, где она сидит на краю кровати, строча сообщение.

— Кричи, если почувствуешь слабость или тошноту.

— Я уверена, что со мной все будет в порядке, — захожу в ванную, закрываю дверь и запираю ее на замок.

Я включаю воду в и добавляю много пены для ванны. Пока ванна наполняется водой, я включаю телефон и нажимаю на ссылку, ведущую в облако. Мои фотографии здесь, как он и обещал. Я чувствую резкое облегчение, когда вижу, что мое лицо осталось не в фокусе.

Это действительно я?

На вершине гроба раскинулась женская фигура. Мое обнаженное тело выставлено на всеобщее обозрение, и эта мысль пронзает меня стрелой чего-то темного и запретного. Я вижу блестящую влагу возбуждения между раздвинутыми ногами и тугими вершинами сосков.

Он сделал это со мной. Возбудил мое тело. Меня это взволновало.

Я помню, что ощущала его рот. Его ласкающий язык посылал в меня кусочки удовольствия. Я закусываю губу, глядя на изображение, внутри меня снова пробуждается коварный нуждающийся рокот.

На один краткий момент я не играла по правилам. Я не была той девушкой, которая опускала голову и усердно работала. Я сделала что-то другое. Что-то смелое. Я отклонилась от учебы и упорного труда. Я выбрала острые ощущения от того, чего не должна была делать.

Я рискнула.

Мне нравится.

Хватит ли мне смелости снова встретиться с ним лицом к лицу?

Илай

— Итак, ты собираешься нарисовать фреску? — пальцы Лейси цепляются за блокнот, который она держит.

— Такова была сделка, — я протягиваю руку. — Это оно?

— Зачем тебе это нужно?

— Не твое дело. Тебе нужна фреска или нет? — между нами повисает вопрос, и я на секунду задаюсь вопросом, появляется ли у нее совесть. Но затем она пожимает плечами и кладет блокнот мне на ладонь.

— Нужна. Знаешь, я понимаю, кто она для тебя.

Я замираю и медленно поднимаю взгляд, чтобы встретиться с ней.

«Что тут можно понимать?»

Она видела, как я выходил после комендантского часа? Арабелла рассказала ей, что делала, и Лейси догадалась об этом?

— Она твоя сестра.

Напряжение в спине ослабевает.

— Сводная сестра.

— Одно и то же.

— Нет, не совсем, — если бы она была мне настоящей сестрой, я бы, черт возьми, даже не думал о том, что хочу сделать с Арабеллой.

— И поэтому ты ее ненавидишь? Отец вписал ее в свое завещание, сократив вдвое твое наследство?

Я фыркаю.

— Я ненавижу всех, Лейси. Разве ты этого не заметила?

— Ты не ненавидишь меня.

Я выгибаю бровь.

— Действительно?

— Ни за что. Твой член не врет, Илай.

Я хватаю ее руку и прижимаю ее к передней части своих штанов.

— Что мой член говорит тебе сейчас, Лейси?

Она сжимает его, и хмурится, когда у меня не встает, а затем поджимает губы.

— Я объясню, чтобы тебе не пришлось больше выжигать клетки мозга. Ты не можешь позволить себе потерю. Есть причина, по которой мы однажды трахались, и я не вернулся, чтобы повторить этот опыт.

— Потому что у меня есть парень.

Я похлопываю ее по щеке.

— Конечно. Вот в чем причина. Спасибо за дневник. А теперь отвали, — я начинаю закрывать дверь.

— Подожди! Фреска?

— Ты успеешь ее сделать к своей дурацкой вечеринке.

Я закрываю дверь перед ее носом и поворачиваюсь, шлепая блокнотом по ладони. Хочу прочитать его, но мне нужно поработать над скульптурой до комендантского часа. Я кладу блокнот под кровать вместе с другим, хватаю толстовку и выхожу из комнаты, убедившись, что дверь за мной заперта.

* * *

— Ты пристально смотришь.

Мой взгляд останавливается на Келлане.

— Что?

— Я сказал, что ты смотришь… как извращенец.

— Нет, — но мой взгляд возвращается к тому месту, где Арабелла сидит спиной ко мне рядом с Майлзом в нескольких рядах от меня. По настоянию Келлана мы