чтобы лишить его равновесия и высвободиться, повалился вместе с ней на песок. Подмял под себя.

Лавьен тяжело дышала, но не билась, не сопротивлялась. Она запросто могла ударить его коленом по уязвимому месту. Но не ударила.

Не ударила…

Рей вскинул руку. Гонг загудел. Ургламы закричали. Будгра пронзительно свистнул.

Большая Мать спустилась с возвышения, опираясь на увитый цветами посох, и двинулась к ним, но Рей не торопился вставать.

— Ты любишь меня? — Он заглянул Лави в глаза.

— Хочешь, поклянусь Сумраком?

— Нет. Зачем? Я тебе и так верю.

Он склонился и впился в губы Лави долгим жарким поцелуем. Она обвила его шею руками.

Ответа правдивей и быть не могло.

— Ты победил! — пропела Мать, перекрывая шум и гам. — Сильный воин достоин сильной женщины. Согласна ли ты, Бьёрг Пепельная дева, взять в мужья человека Рейнара по прозвищу Мухомор?

— Да, — прошептала Лавьен. — Я согласна!

— Силой ветра и духом бури нарекаю вас единым целым. Будьте счастливы!

Прошлое. Леда. Королевский парк

— Я его ненавижу! Ненавижу! — Лави с яростью пнула ни в чём не повинное мраморное изваяние, изображающее летящего сеферида с мечом в руке. — Он вечно надо мной издевается! Творит гадости!

— Не гневайся, милая, — увещевала Ширайни Луум. — Принц это перерастёт. Когда-нибудь. К тому же… все мальчики его возраста такие.

— Какие «такие»? — набычилась Лави. — Прыщавые? Вредные?

Бабуля привлекла её к себе и усадила рядом н бортик фонтана.

— Вредные, — подтвердила она. — Очень вредные. Но за вредностью кроется интерес.

— Интерес? — удивилась Лави. — Сильно сомневаюсь, что я ему интересна!

— И очень зря. — Ширайни обняла её за плечи. — Мальчики порой не знают, как заявить о себе. А твой принц рос без матери.

— Поэтому он такой дикий?

— Скорее всего.

Лави нахмурилась.

— Но я тоже росла без матери! И ничего, не одичала.

Ширайни выразительно вскинула бровь.

— Не ты ли пришила спящего принца к постели?

— Кто тебе рассказал?

— У меня свои источники.

— Пришила, — вздохнув, призналась Лави. — Но он первый начал!

— Не сомневаюсь, — рассмеялась Ширайни Луум. — Вы стоите друг друга.

Лави глянула с опаской.

— Ты… накажешь меня за шалости?

— Нет.

— Пожалуешься отцу?

— Хуже. — В фиалковом взгляде Ширайни заплясали лукавые искорки.

— Хуже? — напряглась Лави. — Что может быть хуже нотаций отца?

— Я возьму с тебя обещание.

— К-какое обещание? — с тревогой вопросила Лави. А ну как бабуля затребует, чтобы она безропотно терпела все выходки принца-гадёныша? Ну уж нет! Ни за какие коврижки!

Ширайни Луум посмотрела серьёзно.

— Обещай, если принц когда-нибудь сделает шаг навстречу — ты дашь ему шанс.

Лави улыбнулась с облегчением.

— Обещаю! — заявила без всякой опаски.

Ясное дело, принц-гадёныш никогда такого шага не сделает. И держать слова не придётся!

Глава 43

Настоящее. Стылое море

Вдоль берега тянулся огромный ледник. Рей расположился на самом верху с ополченцами и наблюдал, как ладьи медленно движутся по серо-стальной, подёрнутой дымкой воде и пристают к льдисто-голубой кромке припая.

Сомнений не оставалось — Драксус готовил высадку. Возможно, именно здесь вырастет новый лагерь смерти. Чудовищный оплот страданий, где безумный чародей попытается возродить некогда великую, а ныне порядком потрёпанную армию. Сокрушительные набеги ургламов, ночные вылазки ишидари, неумелые, но яростные атаки ополченцев — всё это сделало своё дело: лагерь за лагерем, отряд за отрядом, Драксус слабел. И силы его таяли.

Рей не медлил — выступил на север сразу, как узнал о приближении загадочных кораблей, что шли под флагами Инарии.

Рей подозвал Танмара.

— Готовь своих, — бросил коротко. — Атакуем, как только начнут разворачивать лагерь.

— Слушаюсь, — так же коротко ответствовал друг и, дав коню шпор, поспешил выполнять приказ.

Время шло на минуты.

План они проработали заранее, и у каждого отряда имелась особая задача.

Даже самое сильное войско уязвимо во время десанта — этот непреложный факт вдалбливали в Ордене, и Рей накрепко его запомнил. Осталось выждать и не упустить тот самый момент, когда вражеское войско разделится: половина останется на ладьях, а другая перекочует на сушу.

Ополченцы ударят по лагерю, ургламы — по кораблям. Ишидари поднимут шторм, и Драксус окажется в ловушке.

Рей не сомневался — это сработает. И это сработало.

Некролиты не ждали нападения. Не успели среагировать. Танмар смял их мощным прямым ударом, а Рей отрезал пути к отступлению по суше. Ургламы с яростным рёвом обрушились на ладьи. Будгра рубил мачты в щепы. Гар Зулум вспарывал распухшие животы кадавров острым кинжалом. Натрог крошил врагов и швырял за борт одного за другим.

Корабли, не успевшие пришвартоваться, попытались отойти, но ледяная вода вздыбилась — исполинские волны низверглись на палубы, разметав к Шемесу весь уцелевший флот. Порождённая магией ишидари буря взревела, требуя новых жертв. Смерчи взвились от земли до неба.

Люди с победными криками били кадавров почём зря. Некролиты спешно рассредоточились и пустили в ход зловонную разрушительную волшбу: ополченцы падали, задыхаясь. Раздирали себе горло. Выли, катаясь по земле в попытках сбить невидимый, разъедающий плоть огонь.

Рей пришпорил коня и подскочил к одному из чародеев. Мощный удар, и некролит рухнул с рассечённым горлом. В атаку тут же ринулся другой падший, но заметался, поражённый цепью молний… каждая искра которых была Рейнару знакома и близка.

Лави…

В хаосе боя Рей не видел её, но знал, чувствовал — она рядом. И её сердце бьётся в такт с его собственным.

И тут он заметил его.

Высокий. Статный. В расшитом чёрно-золотом балахоне до пят и глубоком капюшоне, некромант стоял на возвышении поодаль и плёл заклинание. Тёмные сполохи трещали на его ладонях. Сизый туман клубился у ног.

Драксус!

Не теряя ни минуты, Рей рванулся к нему. Некромант атаковал.

Земля сотряслась, и порыв раскалённого чародейского ветра обжёг лицо. Казалось, сам воздух вот-вот расплавится. Боевой конь взоржал и встал на дыбы, ошалев от беснующихся тут и там сполохов. Удержаться в седле не вышло, и Рейнар упал, основательно приложившись спиной и локтем, но тут же перекатился: Драксус обвалил на него заледенелые глыбы. Осколок мёрзлой земли распорол щёку. Но могло быть хуже. Много хуже…

— Сучий сын, — рыкнул Рей и, обнажив меч, ринулся вверх по склону.

Рывок сквозь