него весьма любопытные взоры, и не только она. Но ее внимание было самым выразительным. Каждую минуту до слуха молодого лейтенанта доносился ее журчащий смех. Пожалуй, по обаянию с ней не мог сравниться никто, но Кирилл твердо решил закадрить блондинку, орудующую у костра с громадным половником.

У Светланы, так ее звали, были голубые глаза и просто осиная талия. Талию лейтенант усек в ту же секунду, как только она скинула штормовку. Светлана тоже с любопытством поглядывала на новенького, но была на редкость неразговорчивой. «Ничего, разговорю! – подумал Кирилл. – А после похода предложу подвезти до дома». Однако судьба распорядилась по-другому.

После обеда «матрасники» решили совершить радикальный поход. Путь лежал через ручей. Все миновали его без проблем, кто перепрыгнув, кто пройдя по жердочкам, а кто просто по воде, поскольку день был знойным, и только Лиана продемонстрировала свою крайнюю беспомощность, оставшись на берегу. К ней ринулись молодые люди, но она неожиданно протянула руки к Кириллу. Лейтенанту ничего не оставалось, как взять ее на руки и перейти через ручей вброд. Ее тело было мягким и горячим. При воспоминании о нем у Кирилла и по сей день начинает клокотать внутри. А тогда едва не помутился рассудок. Когда он опустил ее на землю, потребовались усилия, чтобы отлепиться от ее талии. Она сделала реверанс, лукаво улыбнулась и упорхнула вперед…

Вот как было на самом деле, вздохнул сидящий в самолете мужчина, с неприязнью отметив, что эти воспоминания хоть и слабо, но еще продолжают волновать душу. Неожиданно в кармане зазвонил сотовый. «На такой высоте? – удивился Кирилл, взглянув в иллюминатор. – Ах, уже снижаемся. Похоже, судьба решила преподнести очередной сюрприз».

– Да! – выдохнул Кирилл, приготовившись к новой неприятности.

– Привет! Это я. Как прошли переговоры?

– Олеся, ты? – не поверил ушам мужчина. – Наконец-то. Я уже не знаю, что и думать. Ты, наверное, звонила в Казань? Но меня там не было. Я летал в Москву. В данный момент нахожусь в самолете. Удивительно, что ты до меня дозвонилась. Словом, возвращаюсь обратно. Если говорить коротко, то вчера переговоры не состоялись. Мне пришлось срочно вылететь домой.

– Зачем?

– Из-за жены! – простонал пассажир. – Если бы ты знала, как она меня достала! По-моему, у нее окончательно сорвало крышу. Вот наказание!

– Что случилось? Объясни!

– Ничего не случилось. Я тебе уже говорил: ей приснился сон, что ее зарезали. Сразу после твоего звонка она позвонила и закатила истерику, что никакой это якобы не сон, а что ее действительно зарезали. Ты представляешь, какой бред? И с такой дурой я прожил двадцать лет.

– И ты сразу полетел к ней?

– А что мне оставалось?

– Ну и как она?

– Шизофрения чистой воды.

– Почему ты не сводишь ее к врачу?

– Ты разве не знаешь почему? Сначала она должна вступить в права… А врач никуда не денется…

5

Лиана с Тамарой сидели в гостиной на диване и потягивали из фарфоровых чашек кофе. Хозяйка была в шелковом халате, пушистых тапочках и с красной повязкой на голове. Ее взгляд был томным, вид – романтичным. У ее подруги, напротив, в лице читалась крайняя озабоченность. Она заметно нервничала и периодически поглядывала на часы.

– Да расслабься ты, – подала голос Лиана, заметив, что Тамаре не в кайф вся эта светская болтовня с церемонным поглощением кофе. – Успеешь домой. Посиди со мной.

– Мне сейчас нужно Алешку забрать из садика.

– Муж заберет, – отмахнулась хозяйка.

– И ужин готовить надо. У меня же нет поварихи, как у тебя.

– Муж приготовит, не волнуйся! – дернула бровью Лиана. – Он у тебя лучше всякой поварихи.

– Он, безусловно, лучше, – вздохнула Тамара. – Но ему, к сожалению, некогда.

– Ему некогда? – удивилась Лиана. – Да ну? Он же не работает! Он целыми днями сидит дома.

– Он не сидит. Он пишет докторскую.

– Тоже мне занятие для мужика. Знаем мы эти докторские.

Тамара нахмурилась и поставила чашку на журнальный столик. Лиане это не понравилось. Она презрительно хмыкнула и светски покачала головой:

– Ты совершенно себя не ценишь. Не ценишь и не уважаешь. Посмотри на себя в зеркало, во что ты превратилась. Из тебя сделали служанку! У тебя такой вид, как будто ты разгрузила вагон картошки.

«Хотела бы я посмотреть на тебя, когда у тебя будет трое детей», – с досадой подумала Тамара, а вслух произнесла:

– Что делать? Приходится работать. У меня же нет мужа-бизнесмена.

– Так заведи любовника! – выгнула брови Лиана. – Женщина – не лошадь. Она не должна работать. Она создана для любви, а не для работы. Если мужчина этого не понимает, с ним нужно расставаться.

– Даже если дети? – сощурилась Тамара.

– Даже если дети. Ты очень распустила своего Виталика. Он живет в свое удовольствие, а о тебя ноги вытирает. Запомни, мужчин нужно постоянно держать в ежовых рукавицах. А ты даже в нужное время не можешь поставить мужика на место.

– А ты можешь? – съехидничала Тамара.

Глаза Лианы блеснули всепонимающим светом.

– Ты думаешь, почему Кирилл до сих пор от меня без ума?

– Ты уверена?

– Конечно уверена! – возмутилась Лиана. – Я бы, как ты, не смогла. Однажды я почувствовала от Кирилла холодность и тут же дала понять, что такую, как я, он больше не найдет.

– А, ну да, конечно, я забыла, – иронично пробормотала Тамара и отвернулась к окну, чтобы Лиана не заметила усмешки.

Но Лиана уже ничего не замечала. Она блаженно закатила глаза и с полуулыбкой прошептала:

– Это было нечто! В тот день шел дождь, а мы с Олегом играли в бадминтон. Это очень красиво – бадминтон под дождем. Олег до сих пор от меня без ума, – расплылась в улыбке Лиана. – Из-за меня он так и не женился. Представляешь, у него после меня не было ни одной женщины.

– Ты уверена? – хмыкнула Тамара.

– Естественно! – воскликнула Лиана. – Он мне недавно об этом сам сказал. Для него не существует женщин, кроме меня. Но я ему никогда не давала надежду. Только в тот день, когда мы играли в бадминтон под дождем. Это было десять лет назад. Подумать только: прошло десять лет. А кажется, что вчера! У Кирилла тогда что-то не ладилось с работой, и он сорвался на мне. Но я его проучила. В этот день к нам должны были прийти гости на новоселье. Мы накрыли во дворе столы. Я надела голубую блузку с облачками и полупрозрачную плиссированную юбочку. А на голову надела венок из ромашек, в котором Кирюша меня увидел в первый раз. Когда я вышла к гостям, все обомлели. Кирилл потерял