ли не обвинения в том, что я никто и права не имею за честь свою и доброе имя постоять. Я может и сирота, но не холоп безмолвный. Так что хотите беседы беседовать, я не против. А если решили мальчишку строптивого на место поставить так это не со мной. Решите наплевав на все условности и поправ честь разобраться со мной по праву сильного, так делайте — но без этих келейных разговоров. — вот теперь Белов уже собственное раздражение от происходящего не скрывал.

— Предупреждаю Алексей. — голос Леонида был уже рокочущим — следи за словами и палку не перегибай.

— Так и Вы повода не давайте — огрызнулся, не сдержавшись Белов.

— Нда умеешь ты Алексей кровь свернуть — с задумчивым видом проговорил Глава, рассматривая парня — Не каждый справиться, но тебе удается.

— На том и стоим. Сироту каждый обидеть норовит

— Конечно обидишь тут тебя. — вздохнул Леонид Игоревич, делая рукой, предупреждающий знак Анатолию, что вскинулся что-то сказать Белову.

— В общем так. За разговор Лидии я знаю. И признаю, что повела она себя невместно и слова произнесла, что воспитанной девушке говорить без дозволения старших никак нельзя. Да и при позволении не стоит без весомой на то причины. А посему я как глава рода Белых приношу тебе извинения за слова её. — и настолько было это неожиданно что и Алексей, и Анатолий в первый момент неверующе уставились на него. Прям если со стороны смотреть, то можно было картину писать «Приплыли».

Осознав сказанное Анатолий сжав зубы, не имея возможности спорить со словами Главы своего Рода отвернулся снова к окну. А Алексей, внимательно посмотрев на Главу Белых решил не усугублять сложившуюся ситуацию, хотя по этому поводу и хотелось сказать нечто иное, но в итоге все-же переборол себя и не стал лезть в бутылку, поэтому склонив голову в неком полупоклоне, уверенно и без всякого подобострастия извинения принял.

— Принимаю со всем уважением Ваши извинения Леонид Игоревич. И искренне надеюсь, что Лидия не будет больше себе позволять подобные выходки в мой адрес.

— Ну уж с этим то я думаю мы разберемся и приличия никто нарушать больше не будет. Полагаю, что на этом Ваш конфликт исчерпан? — Леонида явно тяготила вся эта ситуация, да и не могло ему по определению нравиться извиняться за какую-то пигалицу. Но тут уж заведено так — каждый несет ответственность за Род, а Род отвечает за каждого. И вот приходиться ему. уважаемому человеку, главе одного из основных родов уезда извиняться перед сопливым мальчишкой. Как бы ему это и не нравилось. Да еще и за такую-же соплюшку. В чем точно Белов не сомневался, так это в том, что после сегодняшней беседы, если уж раньше наказана Лидия не была, то теперь шансов выхватить пару ударов ремня у нее точно появилась твердая возможность. С явным облегчением от того что неприятная ситуация разрешилась Леонид Игоревич позволил себе расслабиться, не ожидая продолжения неприятного разговора.

Поэтому произошедшее далее, было для него совершеннейшим и неприятнейшем сюрпризом. Когда заговоривший в ответ Белов произнес совершенно не то что он ожидал.

— По той ситуации с оскорблениями что случились в классе у меня более вопросов нет.

— То есть по какой-то другой ситуации вопросы есть? Я правильно тебя понимаю? — намек глава рода уловил в один момент. Как и натурально ошарашенный Анатолий, которому оставалось лишь рот открыть для антуража — насколько комично он в этот момент выглядел.

— К моему великому сожалению есть у меня к данной особе еще вопросы — не смог не добавить в голос сарказма Алексей. — И вопросы как бы не серьезней чем по первому случаю.

Снова, как и недавно переглянувшись со своим почти безмолвным напарником Леонид Игоревич откинулся в своем кресле и внимательно посмотрел на Алексея.

— Ну хорошо Алексей, удивляешь снова, и как понимаю далеко не факт, что приятно. Излагай что на этот раз произошло? Неужто все-таки снова оскорбила?

— Нет оскорблений больше не было — мельком Белов увидел, как у сидящего напротив мужчины разгладились складки между нахмуренных бровей — Была попытка сговора с другим моим одноклассником с целью спровоцировать меня на дуэль, и во время этой дуэли подбросить мне запрещенный предмет или отравить.

Произнесенное Беловым обвинение было точно для остальных неожиданным. До того что Леонид Игоревич на пару секунд даже растерялся.

— Подожди. Ты сейчас серьезно? — изумление его было как показалось Белову неподдельным.

— Абсолютно серьезно Леонид Игоревич. Клянусь честью, что всё сказанное мной правда.

— Ты же понимаешь, что это уже не детские шалости и не бунт гормонов, на которые можно списать глупость? — голос старшего Белых был предельно серьезным, а он сам напряжен, да и взгляд стал намного сосредоточенней и более цепким.

— Именно поэтому я сейчас и говорю это Вам. — Алексей решил, что лучше этот нарыв вскрыть сейчас, а там будь то будет. — И говорю прямо и честно, что оставлять без ответа эти действия я не намерен. — на эти слова сидящий напротив Глава Рода поморщился.

— Ты с угрозами тут потише. Давай ка мы подробно со всем разберемся. И еще — Леонид повернулся к Анатолию и тот как будто понявший его без слов, полез в карман брюк и вытащив оттуда какую-то брошь положил её на стол перед Алексеем.

— Знаешь, что это?

Вещица что лежала на столе была небольшой, сантиметров пять в диаметре и представляла собой кусок хрусталя в простой серебряной оправе без каких-либо орнаментов, узоров или надписей. Сам кусок минерала был слегка мутноват, но более-менее прозрачен.

— Не имею ни малейшего понятия — Белов пожал плечами.

— Это определитель лжи — постучал пальцем по броши Леонид Игоревич при этом смотрел только на Алексея, считывая его эмоции — Когда человек в радиусе его действия врет, или говорит то во что сам не верит, камень мутнеет и перестает быть прозрачным. Ты же не против?

— Да я только за — Белов на самом деле обрадовался такому исходу, это же какая экономия сил, не надо ничего самому доказывать — Все будет ясно и понятно. Я так понимаю, что этого хватит, чтобы подтвердить мои слова?

— Всё что будет сказано. Будет услышано. Обещаю.

— Хорошо.

— Только уточнение Алексей. Говорить надо не спеша. Чтобы реакция на слова была однозначна и без всякого двоемыслия.

— Ну не спеша так не спеша. — в отличии от представителей Белых он не нервничал, а теперь как стало понятно, что сказанное даже не надо будет подкреплять доказательствами у него как будто гор