легко угадывались гибкие, сильные мускулы хищника. Одетый с головы до ног в чёрные ткани разных благородных фактур, отбрасывающий резкие контрастные тени в причудливом свете двух огромных лун над головой, он выглядел одновременно грозно, внушительно и завораживающе прекрасно.

Когда он заговорил, обращаясь ко мне, его голос оказался точно таким же, как в моих недавних снах и кошмарах. Острый нож, бережно обёрнутый мягким бархатом — низкий, вкрадчивый тенор, столь же смертельно опасный и сумрачный, сколь и пронзительно, режущее острый.

— Здравствуй, моя дорогая, — его голос был бархатно-мягок, но за этой мягкостью сквозила мертвенная, гробовая холодность. От этих слов по коже побежали мурашки, будто к виску приложили лезвие, ещё не причинившее боли, но уже обещавшее неминуемый конец.

Самир.

Продолжение следует….

Конец первой книги!