— Мы приглашены на праздничный банкет по случаю семидесятилетнего юбилея мэра Миконоса.

— Ты знаком с мэром?

— Наши семьи дружат много лет.

— Не думаю, что мне стоит ехать с тобой.

— Стоит, bella. Ты моя жена, и должна сопровождать меня на всех светских мероприятиях.

— Я ненавижу все эти пафосные сборища, — кривится, открыто выражая свое негодование.

— Я знаю, но мы должны там быть. Я обещаю, что мы не будем задерживаться надолго.

— Как знаешь, Адриан. Отказаться ты мне все равно не позволишь и потащишь силой, как это сделал, привезя сюда, — снова отворачивается от меня.

— А тебе здесь так не нравится, bella? — возвращаю ее лицом к себе за подбородок.

Она не сразу отвечает, задумчиво блуждая взглядом по моему лицу.

— Нравится. Но это всего лишь первое впечатление.

— Уверен, твое впечатление не изменится, — провожу подушечкой большого пальца по родинке рядом с губой.

Постоянно касаться ее стало какой-то особой потребностью.

— Хм… посмотрим, — нарочито дерзко заявляет, вызывая у меня смех.

— Ты очень забавная, Рини.

— Забавно — смешная или забавно-придурковатая? — сводит светлые брови на переносице, и я уже откровенно хохочу.

— Не уверен. Пожалуй, и то и другое, дорогая, — целую ее в лоб.

* * *

Через пятнадцать минут нас привозят к месту назначения, и когда мы выходим из машины, Эверин сразу направляет взгляд на бескрайнюю бирюзовую водную гладь с деревянным пирсом, тянущимся от песчаного берега на метров тридцать. Охранник обходит кузов и, открыв багажник, передает мне нашу экипировку.

— Зачем мы сюда приехали, Адриан? — жена кидает на меня вопросительный взгляд, прикрываясь рукой словно козырьком от яркого солнца.

— Сначала надень это, — протягиваю ей гидрокостюм ее любимого оранжевого цвета и черные коралловые тапочки.

Она опускает взгляд на экипировку, и на доли секунды замирает, а в глазах отражается замешательство.

— Мы будем серфить?

— Нет, — смеюсь. — Если ты не заметила, здесь нет больших волн.

— Кататься на сапборде?

— Хватит гадать, bella. Переодевайся, — взглядом даю знак охраннику отвернуться, чтобы моя жена смогла спокойно переодеться.

Больше ничего не спрашивая, Эверин переодевается, и я делаю тоже самое, оставив наши вещи на заднем сиденье внедорожника.

— Пойдем, — протягиваю ей руку, и она берется за нее, следуя за мной к пирсу, на котором нас уже ждут.

— Что это за место? Здесь совсем нет людей.

— Это один из немногих диких пляжей на острове. Я нашел его шесть лет назад.

— Если он дикий, то откуда здесь пирс?

— Я договорился о его постройке с местных муниципалитетом.

Мы ступаем на пирс и идем, держась за руки. Грудь переполняет приятное трепетное чувство оттого, что я показал это место Эверин, ведь больше никто из моих близких о нем не знает. Раньше я всегда приезжал сюда один. Можно сказать, это мое место силы.

— Здесь очень живописно и умиротворенно. Отличное место для перезагрузки, — констатирует жена.

— Я рад, что тебе нравится.

— Это то, о чем я думаю? — Эверин замечает впереди то, что я для нас приготовил, и красивое лицо озаряет широкая улыбка.

— Да, bella. Мы будем кататься на гидроциклах.

— Ух ты! — нетерпеливо потирает ладони.

— Ты когда-нибудь каталась?

— Никогда, — мотает головой.

— Значит, очередное «впервые» со мной? — смотрю сверху вниз на весь спектр эмоций, который отражается в сияющих изумрудных глазах.

— Кхм… очередное, — ее голос звучит иначе, и я замечаю, как она густо краснеет, нервно заправив прядь волос за ухо.

Интересно, что на этот раз ее смутило?

Но выяснять уже нет времени, мы как раз подходим к краю пирса, где нас встречает мой человек, передавая ключи от скутеров и спасательный жилет для Эверин.

— Надень это, — протягиваю жилет жене.

— Не нужно, он будет только сковывать меня.

— Я сказал, надевай, Эверин.

— А ты сам почему без жилета?

— Потому что я делал это уже сотню раз.

— Я отлично вожу скутеры и байки, не вижу большой разницы с водным мотоциклом.

— Как знаешь, — впервые решаю не настаивать, не желая накалять обстановку. Взрывной характер моей жены может проявиться в самый неподходящий момент.

Помогаю ей сесть, показывая управление, которое на самом деле совсем несложное.

— Все поняла? — уточняю.

— Все элементарно.

— Далеко от меня не отъезжай и будь всегда в поле зрения, — меняю тон на более серьезный.

— Поехали уже, — заводит движок.

— Нетерпеливая, — качаю головой и сажусь на свой гидроцикл.

— Ну что, посмотрим кто быстрей? — с алчной улыбкой произносит строптивица и газует, уезжая вперед.

— Потише, шустрая! — смеюсь, газуя за ней, но мои слова вряд ли слышны.

Догоняю жену, и она поворачивается ко мне, вся светясь от счастья.

— Это мега круто, Адриан! — кричит, объезжая меня по кругу и едва не сталкиваясь со мной.

Когда дело касается адреналина, моя жена становится абсолютно неуправляемой.

— Лучше, чем на твоем стареньком скутере? — ездим по плавной зигзагообразной траектории.

— Эй, не обзывай моего верного коня. Он служил мне верой и правдой не один год.

— К твоему сведению, твой верный конь мог убить тебя в любой момент на дороге. Мои люди проверили его и там нужно менять чуть ли не половину деталей.

— Ни хрена подобного!

— Ты снова за свое? — виляю задом гидроцикла, обливая жену за ее грязные ругательства.

— Ах так? — делает резкий рывок, обливая меня в ответ, и уезжает вперед, выдавливая газ на максимум.

Жена стремительно отдаляется от меня и закатив глаза, еду за ней. Обращаю внимание, что чем дальше от берега мы уезжаем, тем выше становятся волны, хотя их не было видно с большого расстояния. Гидроцикл начинает буквально подпрыгивать на волнах, но я как опытный водитель смогу справиться, в чем я не уверен насчет своей бесстрашной жены. И как только я думаю об этом, замечаю, как гидроцикл Эверин кидает на волну и тот летит боком, ударяясь о другую волну, сбрасывая жену с сиденья.

— Эверин! — кричу и пытаюсь выдавить из движка все, что только можно.

Сердце бешено колотится в груди, и чувство страха холодным змеем бежит по позвоночнику. Когда подъезжаю к дрейфующему пустому гидроциклу, начинаю судорожно искать жену глазами. В метрах пяти замечаю брызги и то, как светлая макушка уходит под воду.

Без раздумий ныряю и с такой силой перебираю ногами и руками, что доплываю до жены меньше чем за минуту. Она барахтается под водой с видом полного ужаса на лице, и я подхватываю ее за талию, стремительно выталкивая на поверхность. Эверин делает глоток воздуха и заходится сильным кашлем, успев наглотаться воды. Цепляется за меня, как за спасательный круг, царапая шею ногтями. Ее лицо красное, а в округлившихся глазах все еще плещется