последовали подробные инструкции, указания о правильном образе жизни, список предстоящих исследований, ещё более подробные промеры, которые понадобятся мастерам, чтобы изготовить новую железную руку…

В этот момент явился посыльный от Марты. Нам он принёс завтрак; тяжело груженая тележка поскрипывала колёсиками по камню, чуть не прогибаясь под обильным содержимым тарелок и плошек на пятерых. Сульфур ошалело уставился на это, скосив глаза (видно успел испробовать стряпни с уроненной поутру сковородки).

Господина доктора же Марта приглашала на завтрак к себе. Что было очень кстати: мне и так было ясно, что восстановление протеза — процесс долгий и дорогостоящий. Хорошо, что платить придётся не мне… если, конечно, удастся выжить в предстоящей заварухе.

Впрочем, в данный момент было дело куда поважнее, и только закрылась за доктором дверь, как я немедленно потребовал от спутников ответа.

По словам их словам, как только прибыл врач, Гелиос куда-то отправился. Естестенно, даже не подумав предупредить хоть кого-нибудь, куда.

Побродив по дому и осмотрев окрестности, я не заметил ничего необычного. Марта была у себя и не велела её тревожить, занимаясь какими-то собственными делами. Во дворе суетились — в город прибыл богатый караван, и предводитель ожидал возможности обратиться к Марте, вероятно с дарами и просьбой о разрешении на торговлю.

Пару раз осторожно спросив у пробегавших мимо подручных, я выяснил, что воин, остановившийся в гостях у госпожи, с час назад вышел за ворота, никого ни о чём не спрашивая. Нехорошее предчувствие, успевшее зародиться в душе, взвыло и превратилось почти что в панику. Хмель от вина, выпитого с Эмиром стремительно улетучился, да и выпил-то я от силы пару кружек.

Стараясь не привлекать нездорового внимания, я выскочил за ворота и быстро пошёл по узким каменным улочкам, оглядываясь по сторонам. Расспрашивать всех подряд, не видел ли кто паладина было бы, мягко говоря, неуместно. Так что оставалось рассчитывать только на себя и на удачу.

Однако, мне не повезло. Осмотрев ближайшие улицы и не обнаружив пропажи, к полудню я вернулся на рынок, чтобы найти Гелиоса. И, к своему ужасу, нашёл.

Глава 23

Паладин стоял посреди демонологического ряда и сжимал за горло тощего торговца. Вокруг валялись опрокинутые клетки, из которых разбегались мелкие бесы. Чёрные, мохнатые, размером с кошку, они визжали и метались между ногами покупателей.

Торговец хрипел, болтая ногами в воздухе. Гелиос легко удерживал его одной рукой, лицо паладина было белым от ярости.

— Ты торгуешь богомерзкими тварями, — цедил Гелиос, — запертыми в клетки, как безобидный скот.

— Это… просто бизнес… — сипел торговец.

К месту происшествия уже стягивалась охрана рынка. Четверо вооружённых мужиков: лица у них были злые, походка уверенная, а дубины в руках — увесистые.

Протиснувшись сквозь толпу зевак, я подбежал и схватил Гелиоса за плечо.

— Отпусти его! Отпусти немедленно! — рыкнул я, надеясь, что если паладин послушается прямо сейчас, досадный инцидент ещё можно будет как-то замять и списать на несчастный случай.

— Он торгует демонами как домашней скотиной, — в ответ прорычал паладин.

Я сменил тактику и спешно понизил голос до свистящего шепота:

— Если ты не заметил, мы не в империи, святоша! Здесь свои правила! Устроишь побоище — и нас вышвырнут из города. А может быть, и того хуже.

Гелиос скрипнул зубами, стальная хватка нехотя разжалась. Торговец рухнул на прилавок, сминая ценные свитки, хватаясь за горло и кашляя. Охранники подошли ближе, выразительно помахивая дубинками, и задали именно тот вопрос, на который я не вполне готов был отвечать.

— Что здесь происходит?

Я выставил ладони вперёд в умиротворяющем жесте. В деловом мире обычно ценятся люди, умеющие бесконфликтно выходить из пиковых ситуаций.

— Недоразумение, — объявил я максимально миролюбиво. — Мой друг немного перенервничал. Но мы сейчас же уходим.

— А с этими что? — ближайший амбал отмахнулся окованной железом дубиной от назойливого беса, норовившего ущипнуть его за штанину.

— Знать не знаю, уважаемый, — я мгновенно принял недоуменный вид. — По всей видимости, клетки почему-то открылись. Может, замки плохие?

Это предположение было неслучайным. Такая бесовская мелочь хороша была только для одного: кому-нибудь напакостить. Запущенный в дом бес переворачивал, ронял и бил всё, что можно было перевернуть, уронить и разбить; а после, как правило, скрывался в неизвестном направлении.

Открыть замок эти твари могли запросто, что охотно проделывали, из чисто спортивного интереса уничтожая, например, ценные бумаги в тайниках. Кроме того они обладали чем-то вроде коллективного разума. Так что стоило выпустить одного, как процесс приобрёл каскадный характер.

— Дед, — охранник устало водрузил дубину на прилавок рядом со стариком, только-только начавшим приходить в себя. — Ну сколько раз тебе повтороять? Не таскай ты с собой эту пакость. А таскаешь, так на замках не экономь. Говорил я тебе, что ещё раз такое будет, и…

Дальше я не слушал. Схватил паладина за локоть и, осторожно отступив сначала шаг, потом другой, потащил прочь. Гелиос пытался гневно выдернуть руку, но шёл. Мелкие бесы разбегались по рынку, вызывая визг и ругань в разных местах. Однако судя по всему, здесь и такое временами случалось.

— Я не могу на это смотреть, — процедил паладин, когда мы отошли на безопасное расстояние, таким тоном, будто это всё объясняло и заодно полностью оправдывало его действия.

— Тогда не ходи на рынок, — сердито отрезал я, всё ещё не до конца веря, что нам так легко удалось спастись из нарождающейся передряги. — Я серьёзно, Гелиос. Нельзя, чтобы нас вышвырнули отсюда до начала экспедиции. Да и после неё — не хотелось был. Так что сделай над собой усилие и потерпи для начала хотя бы двое суток.

Паладин буравил меня взглядом. Потом отвернулся и молча зашагал к дому Марты. Всё произошедшее действовало ему на нервы чем дальше, тем больше. Я видел это по сжатым кулакам и напряжённой спине. Рано или поздно этот нарыв прорвётся, и воин снова попытается объявить войну всем демонам Пустыни и тем, кто с ними управляется. Надеюсь только, что это произойдёт не в ближайшие двое суток.

Тем временем с другой стороны рынка донёсся шум. Знакомый, громкий и невыносимый.

— Подданные! Прошу вашего внимания! Великий Сульфур объявляет сбор податей!

«И когда только успел? — мельком подумал я, даже не надеясь, что мне мерещится, и это орёт какой-нибудь чужой идиот. — Я же оставил его с Рагнаром…»

Впрочем, по всей видимости, пока я искал Гелиоса, Сульфур успел не только позавтракать, но также заскучать и отправиться в люди в поисках новых ощущений.

В очередной раз пробившись сквозь разношерстную толпу, мы увидели картину маслом. Лучник стоял