Обычно наблюдатели обсуждали происшествия по горячим следам, но тут у них даже предположений не было.

– Скажи все, что мы видели, – предложила Кава.

– Чтобы меня выгнали из наблюдателей? – поинтересовался Лойд. – У меня есть только мои слова. Потому что бой видели только мы. На таком расстоянии наши артефакты не могут фиксировать такие небольшие объекты.

– Старейшина Смок должен тебе поверить, – неуверенно заметила Кава.

– Не мне, а нам! Мы все к нему пойдем. Один я такие новости сообщать не собираюсь…

Глава 24: Слухи ​

Граница Пузыря. Планета Глирд. Дворец великой школы Желтокрылый Феникс. Опора Гоен.

В огромном зале собралась толпа адептов. От знаков великих школ рябило в глазах. Причем тут находились не простые дипломаты, не торговцы и даже не функционеры средней руки, которых часто отправляли в другие школы для переговоров, а руководство или их самые доверенные лица. Одних Опор в зале насчитывалось под сотню – редкое зрелище для Первого Радиуса, где Опоры обычно безвылазно сидели в своих секторах.

Гости ходили между столами, пили дорогое вино либо просто разговаривали. Казалось, что это не строгое официальное мероприятие, а неформальная встреча. Еще более удивительным было то, что адепты собрались не под эгидой Совета, а по приглашению господина Гоена, причем в его недавно отстроенном дворце. Который, между прочим, находился не в секторе Желтокрылого Феникса, а на Глирде.

Впрочем, Глирд с недавнего времени стал очень популярным местом и не только для охотников, но и для руководства филиалов школ. Потому что тут происходило много чего интересного: от производства Крови в промышленных масштабах до разработки технологии Тел Потенциала.

Собственно, прием как раз и был устроен Фениксами для презентации первых успехов. Правда, речь шла не об успехах школы, а об альянсе Феникс, в который входило уже пятнадцать великих школ и несколько десятков средних. Не забыли и о гильдиях энергетических хирургов и не только о них – альянс стал довольно популярным объединением. Можно сказать, элитным, куда стремились попасть многие. Или хотя бы стать их будущими клиентами.

Вот почему господина Гоена сильно раздражали слухи о создании великой гильдии Табера. Эта новость недавно разошлась как чума. Гоен даже считал, что Табера «украла» его славу. В любом случае новость повлияла на дела альянса.

По правде говоря, это был сложный вопрос с множеством неочевидных нюансов. Главная проблема – за объявлением о новой великой гильдии стояли двое опальных старейшин школы Корвус: Фогот и Смок. Правда, один из них пропал, зато второй внезапно объявил, что его школа сотрудничает с великой гильдией Табера. Более того – эта самая гильдия получает права партнера, а также может разрабатывать ресурсы сектора.

Это были не просто слова. Заявление, например, подразумевало, что все желающие поохотиться или создать производство на территории сектора должны были получить разрешение не только у школы, но и у Таберы.

При этом гильдия даже не была официально зарегистрирована в реестре гильдий Первого Радиуса! Ну не считать же регистрацией слова Смока…

В реестре только упоминались несколько мелких организаций, в чьи названия входило похожее сочетание букв, но все они клятвенно заверили, что не имеют совершенно никакого отношения к сектору Корвус и что у них даже мыслей не было создавать великую гильдию. А кто утверждает обратное – тот лжец и провокатор.

Испуганным боссам поверили, потому что объявлять о создании великой гильдии – это все равно, что бросить вызов Совету, великим школам и другим гильдиям. То есть можно было легко поссориться со многими значимыми игроками Первого и Второго Радиусов.

В общем, Таберу в Первом Радиусе не нашли. Поговаривали, что Смок получил сообщение от Фогота. А тот находился на территории сектора. Возможно, гильдия располагалась там…

В любом случае одного громкого заявления было мало – в мире адептов за каждым серьезным заявлением должна была стоять конкретная сила. Например, великая школа. А если школа теряла ранг или репутацию, заявление уже никого не волновало. Пример – сама школа Корвус, которая почти потеряла сектор. Так что даже слова из уст старейшины Второго Радиуса ничего не значили. Тем более, подтверждать их пока никто не торопился.

Тем не менее поступок Смока сильно удивил. Ведь школа Корвус до этого сама договорилась с Советом о передаче сектора альянсу Феникс…

В любом случае больше всего от этих слухов пострадал Гоен. Что еще обиднее – он не мог никого за это наказать, так как гильдии Табера официально не существовало! И куда ему отправлять свою армию? По какому адресу? Разве что внутрь сектора через всю серую зону, но это было невозможно.

Некоторые шутники даже утверждали, что это запертые жители сектора сами сделали заявление. Мол, так к ним быстрее прилетят. Ведь раньше адепты снаружи даже не знали, остались ли внутри живые. Оказывается, остались.

Что с этим всем делать, Гоен пока не знал. Оставалось только улыбаться и отмахиваться. Хотя слухи подрывали его личную репутацию! Ведь он уже успел пригласить в альянс не одну школу, обещая, что обо всем договорился с Советом. А тут такое…

– Табера? Не знаю, кто это такие. Видимо, очередные выскочки, – с улыбкой произнес он очередной группе гостей. – Или чья-то дурная шутка.

– Видимо, так, уважаемый Гоен, – важно кивнул один из гостей. – Полагаю, вы скоро с этим разберетесь.

– Разумеется, – снова улыбнулся Гоен.

За улыбкой скрывались ярость и раздражение, которые не на кого было выплеснуть… Естественно, Гоен не сильно верил в слухи о жителях сектора. Больше всего это напоминало козни конкурентов, сообразивших, что сектор – лучшее место для добычи Крови и производства Тел Потенциала, потому что серая зона сильно напоминала Квазар, где эти самые Тела Потенциала и производились изначально.

Поэтому кто контролирует несчастный сектор, тот получает власть над всем Первым Радиусом. В теории, конечно…

Об этом вообще догадались многие – это было заметно по огромному количеству школ Жизни и гильдий энергетических хирургов, прибывших на Глирд в последнее время. Раньше Гоен надеялся ограничить их деятельность, на правах хозяина сектора, но передача затормозилась.

«Это точно кто-то из них! Наверняка стоят и издеваются. Но кто именно это сделал?» – гадал он, внимательно осматривая гостей, которых сам же и пригласил.

Однако в зале собрались разумные, умеющие контролировать эмоции, и даже лучшие эмпаты не смогли бы выявить враждебные намерения. Точнее, смогли бы, но в такой среде враждебные намерения имели даже лучшие союзники и самые преданные друзья.

Гоен невольно поморщился, вспоминая Ноколоса. По правде говоря, ему не