держали фруктовых сад, вели размеренную жизнь и время от времени приезжали в Дубровск, чтобы продать товары. А почему ты спросил?

— Потому как очень может быть, что это не твои родные родители.

— А, ты об этом! — отозвалась девушка. — Мне ещё в детстве всё рассказали. Мать думала, что так я легче перенесу эту информацию. Но откуда ты это узнал?

— Потому что я нашёл твоего биологического отца. Точнее, это он попросил тебя найти.

Уже на следующий день я стал обладателем суммы в десять миллионов, а Рина получила оставленные ей отцом деньги. Так Виктор Павлович пытался откупиться за то, что не участвовал в жизни девочки. Там было достаточно, чтобы Рина никогда не работала администратором. Да что там Рина, даже её внуки могли позволить себе прожить безбедную жизнь. Конечно, если распоряжаться деньгами с умом.

— Теперь мы можем позволить себе пышную свадьбу, — обрадовалась девушка. — Ник, можно мы с Петром возьмём отпуск? Хочу провести медовый месяц на севере, побывать на далёких заснеженных островах, повидать китов и огромные корабли, перед которыми даже лёд расступается!

— Почему нет? За годы работы ты заслужила отдых, — ответил я с улыбкой.

А как мне распорядиться своими деньгами? У меня уже были мысли на этот счёт.

Эпилог

Я отдавал себе отчёт в том, что расследования никогда не прекратятся, а Беседин, или кто-нибудь другой на его месте, ни за что не оставят меня в покое. А это значит, что всегда придётся опасаться за свою жизнь и безопасность семьи.

Хочу ли я такой жизни для них? Нет. Единственный вариант — исчезнуть, раствориться и начать заново. Но как мне бросить всё и начать с нуля? Мои враги дали мне подсказку.

Ещё пару лет назад, когда Потехин сменил облик, желая стать похожим на градоначальника и управлять городом, я заинтересовался в его схеме. Операцию проводили целители, и при детальном изучении проблемы оказалось, что это не так сложно, как может показаться на первый взгляд. Я был уверен, что смогу провернуть всё так, как мне нужно, поэтому, как только Вельский вернулся, можно было приступать к реализации своего плана.

— Ты уверен? — поинтересовался Лёня, застав меня на кухне с чашкой в руке.

— Да, брат. Я всё решил, — ответил я голосом, который сам не узнал. От напряжения он был на тон ниже.

— Жаль, Сашка не увидит дядю.

Лёня уже узнал пол будущего ребёнка от целителя в Центре матери и ребёнка. Когда ему сказали, что будет мальчик, он захотел назвать его в честь отца.

— Поверь, я не исчезаю из вашей жизни навсегда. Если понадобится моя помощь, я обязательно вернусь. Пусть не буду делать это официально, но можешь рассчитывать, что твой старший брат всегда будет рядом. Как же я могу оставить без присмотра такого оболтуса как ты?

Лёня рассмеялся и крепко меня обнял, словно я действительно собирался умереть.

— Пора, — тихо шепнул я и одним глотком осушил содержимое чашки, призванное подарить мне путёвку в новую жизнь.

Конечно, можно было не посвящать Лёню в свои планы, чтобы тот случайно не испортил планы, но мне был необходим помощник. Слишком уж сложный вариант я выбрал. Хотя, вариант с катастрофой был ещё сложнее и создавал риски для окружающих, поэтому мой выбор казался оптимальным. Тем более, Потехин уже испытал его на себе.

Сердечный приступ, никого не было рядом, чтобы помочь. Нет пульса, дыхания и энергии в ядре. Не знаю что происходило потом, но Лёня забрал моё тело на третий день и использовал специальную сыворотку, чтобы привести в чувство. Так я использовал уловку Потехина в своих целях.

Но это было не всё. Я достаточно засветился, и меня легко узнают, поэтому я планировал изменить свою внешность. В идеале максимально приблизиться к тому внешнему виду, который у меня был в прошлой жизни, но всё зависит от моих успехов в пластической хирургии.

Я не посещал церемонию прощания со мной, на которую пришло на удивление много гостей: Вельский, Шеншин, Анненков, Бердников. Даже Шмелёв забыл об обидах и пришёл проститься с моей прошлой жизнью. Лёня минут пять перечислял всех, кто появился в этот день.

— Жил быстро и красиво, а умер молодым, — изрёк Арбузов, старательно изображавший печаль.

Но я в это время был совсем в другом месте.

Поезд высадил меня посреди поля. И только небольшая остановка с давно сгнившей надписью говорила о том, что здесь когда-то была станция. До затерянной на холмах деревеньки пришлось идти пешком не меньше часа, шагая по грунтовой дороге, но впервые в этой жизни я чувствовал себя свободным. Я мог дышать полной грудью и радоваться каждому мгновению. Сколько я работал без выходных? Теперь у меня есть отпуск. По крайней мере, пока я не найду чем заняться, а зная себя, без дела точно не останусь.

— Ник! — закричала Настя, увидев меня идущим по дороге, и бросилась навстречу. — Павлов, я уже с ума сошла, пока дождалась твоего возвращения!

— Простите, женщина, но вы ошиблись, — с улыбкой произнёс я, поцеловав жену, а затем выбрался из её объятий, скинул с плеча дорожную сумку и протянул её документы. — Николай Семёнович Кашин.

Я нарочно использовал свои родные данные, потому как за шестьдесят с хвостиком лет всё-таки привык к ним.

— Кашин? А ничего благозвучнее не было? — насупила носик девушка.

— Будешь возмущаться, сменю тебе фамилию на Бурулькину, — ответил я, заставив девушку рассмеяться. — Как Дамирка?

— Поел и спит, — ответила девушка, повернувшись к деревянному домику на краю деревни. — У него сейчас это самая ответственная задача.

— Я бы тоже не отказался от таких задач, — признался я.

— Правда? А я думала, ты по мне соскучился. Пока сын спит, у нас есть возможность побыть вдвоём.

— Это в первую очередь. Хотя, нет… Сначала приму душ.

Мы с Настей взялись за руки и направились к домику.

— Ник, а что дальше? — задала девушка, мучивший её вопрос.

— А дальше нас ждёт новая жизнь, полная счастливых и спокойных моментов. Где бы ты хотела жить? Чур, Дубровск не предлагать. Я туда больше не вернусь.

— Слышала, в Градовецкой губернии не хватает целителей, — задумчиво произнесла Настя. — Но там холодный климат. Дамирке будет неприятно.

— Может, тогда поближе к