— Нет, — флегматично ответил ему Олег Васильевич.

В договоре были прописаны если не все ключевые моменты, то почти все. Во-первых, я обязался обеспечить достойное проживание для каждой из супруг. Что подразумевало отдельное крыло в поместье у каждой. Интересно, в особняке Разумовичей хватит места или придётся новый дом строить-покупать? Во-вторых, я обязался обеспечить достойное содержание. Как Солейне, так и нашим детям. В том числе на случай своей смерти. В документе так и было прописано. Достойное в понимании Милгардов — это капитал объёмом в один миллиард рублей. Могли сразу триллион писать. Чего мелочиться? В-третьих, довольно подробно было прописано кому и какая власть отходит. Сорке — статус главной жены. Нашим детям — статус главных наследников. Довеском с меня — обеспечение им наилучшего образования. Милгардам — право принимать участие в обучении на всех этапах.

То, о чём Смородинский говорил. Через обучение они приличный кусок контроля получат.

— По поводу денег, — сказал отец Сорки. — Чтобы не усложнять тебе жизнь, парень, мы также выдвинем свои условия Смородинскому. В которых будет включён пункт о награде для тебя. Ты, главное, эту партию достойно разыграй. Не жести, но и не прогибайся сразу. Со вторым у тебя проблем обычно нет, а вот с первым… — покачал он головой. — Какие-то вопросы у тебя есть?

— Пока — нет, — ответил я.

— Тогда идите, пообщайтесь. А мы тут с твоим отцом переговорим.

Что ж. У каждого своя битва намечается. У меня — с первой невестой. У отца — сразу против своры Милгардов. Даже не знаю, что и хуже.

А нет, знаю. Хуже — разом жениться на трёх женщинах.

Глава 5. Неожиданное решение, или Когда подкатил

Когда мы с Соркой вышли в коридор, повисла неловкая пауза. Которую я разрушил претензией.

— Значит, я там Смородинскому чуть ли войну не объявляю, от сомнительных предложений отбиваясь, а ты раз, и соглашаешься.

Сорка покосилась на меня, заглянула в глаза.

— Что-то я не поняла, — вскинула она брови. — Я тут соглашаюсь на столь вопиющее предложение, а ты ещё и недоволен?

— А есть причины для радости? — удивился и я. — Не ожидал от тебя такого.

— Ну ты… — вспыхнула Сорка и закончила с каким-то восхищением: — Наглец!

— Если без шуток, то чего это ты? — спросил я как ни в чём не бывало.

— Не в коридоре же это обсуждать. Идём на качели.

— Качели?

— Представь себе, в этом огромном доме даже качели есть.

— Вам прямо ничто человеческое не чуждо, — хмыкнул я.

— Какой ты ершистый сегодня, — тихо рассмеялась Солейна. — Между прочим, радовался бы.

— Чему именно?

Мы спустились по лестнице, прошли по коридору во двор. Двор Милгардов надо воспринимать как парк городского типа, с соответствующей площадью. Сколько к ним захаживаю, к качелям меня отвели впервые. На детскую площадку, между прочим. Хотя сами качели не были детскими. В стороне от дома росло высокое, раскидистое дерево, к ветке которого качели и прицепили. Сорка к ним подбежала, уселась и на меня выжидательно уставилась.

— Чего ждёшь? Качай.

— Почему это прозвучало как «отрабатывай»?

— У тебя есть чуткость. Полезное качество, когда жены сразу три.

— Ладно… — вздохнул я, начав раскачивать девушку. — Что происходит?

— Что тебе непонятно?

— Почему ты согласилась. Не знаю, что там тебе наговорили, но лично я Смородинского послал с его предложениями.

— И к чему бы это привело? — фыркнула Сорка недовольно.

— Это не ответ.

— Причин несколько, — отвела она взгляд. — Одна из них… Эм… Я исчерпала в последние дни своё политическое влияние внутри семьи, так сказать.

— Чего-чего? — не понял я, о чём речь.

— Нагнула Волковых, чуть не начав войну магов. Засветила свои истинные возможности. Прибежала ко дворцу, чтобы жахнуть по властелину.

Последнее она сказала совсем без раскаяния, скорее, с восторгом.

— У нас в семье есть правило, — поделилась Сорка. — Если косячишь, отрабатывай.

— Всё равно это не повод соглашаться.

— Ты меня отговариваешь?

— Скорее, хочу донести, что не верю в большую и счастливую семью по принуждению. Хочу, чтобы дома была мирная обстановка, а не бесконечная борьба за власть, влияние и тем более за детей.

— Разумно. Но жизнь сложнее, чем кажется.

— Так и всё же? Есть и другие причины?

— Да их полно, — удивилась Сорка.

Прозвучало как: «Их-х-х… — когда она понеслась вперёд на качелях. — По-о-о-лно», — когда унеслась обратно.

— Например?

— Из нас двоих ты наиболее рациональный. Так чего спрашиваешь очевидное? — спросила она, переводя дыхание между качанием туда-сюда. — Тебе поставили задачу создать новую генетическую линию, что способна изменить жизнь всех одарённых, а значит, и то, в каком направлении будет двигаться государство. Возмущаться в таких случаях? — Сорка улетела вперёд, выставив ноги, и полетела обратно, подогнув их. — Можно и нужно. Не перегибая палку, конечно же. Если всерьёз схлестнуться с императором, что от государства останется? Ничего. Рассыплемся на герцогства, а дальше эльдары сделают с нами, что захотят.

— Чтобы Милгарды и уступили кому-то?

— Ты говоришь глупости, — недовольно сказала Сорка. — Если бы мы никогда и никому ничего не уступали, против нас бы все ополчились.

— Хм, — только и ответил я.

Девушка лихо спрыгнула с качелей на ходу, пошатнулась, и я её поддержал.

— Идём к пруду, — увлекла она меня, взяв под локоть. — Следующие пять минут, так и быть, я побуду образцовой старшей женой. Во-первых, это не ты должен идти здесь с растерянным видом и удивляться всему, а я. И не я должна тебя убеждать, а ты меня.

Здесь бы я поспорил. Если бы я пытался убедить в таком предложении Солейну, ничего бы хорошего не вышло. Если уж говорить совсем цинично, то у меня есть подозрение, что она в принципе согласилась только потому, что я был категорически против и даже выступил против императора. Что-то из серии — он даже против государя ради меня пошёл, вон как любит, ладно, так и быть, пусть жён наберёт себе, тем более не сам так захотел, а заставили.

О чём я вслух, разумеется, говорить никогда не буду. Да, я такого не планировал, но, если уж само выходит, надо использовать.

— В конце концов, это ты будущий глава рода. Соответствуй, — добавила она немного мстительно, зайдя с козырей.

Неужели меня только что попытались подбить на что-то, используя мощнейший аргумент — ты не мужик, что ли?

— Если ты хочешь, чтобы я соответствовал, это не проблема, — ответил я спокойно. — Но тогда я должен совсем иначе отнестись к ситуации. Как ты и сказала, отказаться от растерянности да взяться за дело.

— И как же ты собираешься за