открытого, которого я знал как спокойного и уравновешенного даже в стрессовых ситуациях человека. Штефан был таким человеком, который одним своим видом убеждает любого, что с ним ты в безопасности. Командиром второй группы стал Майк, который был чистокровным итальянцем, вопреки своему имени. Он был мал ростом, худ и совершенно невыразителен на вид. И при этом стрелял как античный бог, и был подчеркнуто аккуратен, как в жизни, так и на работе. Во время налета банд Зета Майк спас несколько горожан, которых собирались увезти с собой бандиты, запер их в небольшом домике, и в одиночку удерживал дом сутки, уничтожив несколько нападавших на него бойцов.

Солдатам Грюнера я честно предложил выбрать командира самим, и двое из них сразу указали на своего третьего коллегу, Андреаса, который только кивнул головой в знак согласия. Мне не очень нравилась идея позволить бойцам самим назначить себе командира, но альтернативы я не видел — никого из них троих я лично не знал, и у меня просто не было времени их узнавать поближе. Мы с двумя ребятами Кнолля, которых звали Эдди и Марио, временно сформировали четвертую тройку. Грюнер был против того, чтобы я сам участвовал в конвоях, по крайней мере пока у меня не будет надежного заместителя в городе, но сейчас, в условиях нехватки персонала, я просто не видел возможности не включить себя в состав групп.

Все двенадцать человек пока получили одинаковые задания: работать над восстановлением здания, и практиковаться на стрельбище, обязательно в составе своих троек. Оружием и патронами нас снабдили на второй день после атаки, патронов пока хватало, а стрелять нужно было научиться не только так, чтобы убить врага, но и так, чтобы при этом не убить своего товарища. На стрельбище нам помогал человек Грюнера, военный, который нам кратко объяснял тактику ведения боя и передвижения маленькими группами, и давал упражнения. Для меня эта подготовка была отдушиной: стрелять я любил, и старался впитывать то, чему нас учили.

Все двенадцать человек временно расквартировались на втором этаже здания — его привели в порядок быстрее всего, тут хотя бы мины не рвались. Я взял себе достаточно большую комнату в самом начале коридора, у лестницы. Все остальные поселились по двое, по своим личным пристрастиям, тут я не настаивал не на каких четких разделениях.

Решив пока краткосрочные вопросы зачисления в состав, вооружения и расселения, я взялся за вопросы транспорта и экипировки. Раньше Жандармерии принадлежали четыре легковые машины, две из которых были в ходе налета приведены в состояние металлолома, и еще одна была хоть и на ходу, но совсем недалеко от статуса первых двух. Mеня и раньше смущал тот факт, что конвоям приходится передвигаться на обычных автомобилях, которые были никак не приспособлены ни для стрельбы, ни для увлекательных поездок по пересеченной местности. Да и хотелось бы людей в транспорте хоть как-то защитить, хотя бы от пистолетных пуль, а обычные автомобили бронируют железом только в фильме «Безумный Макс». В реальной жизни, увы, легковая машина после такого «бронирования» если и поедет, то только очень медленно и до первого серьезного ухаба или ямы на дороге. А это совсем не то, что нам было нужно. Я поговорил с Грюнером, и он мне передал для начала два обычных армейских джипа с открытым верхом. С транспортом даже в Центре была определенная проблема, которая резко усугубилась после налета банд. И эту проблему кстати надо было быстро решать. Два переданных нам джипа мы с благодарностью приняли, и так же приняли в довесок к ним два крупнокалиберных пулемета MG3, добротного немецкого производства, плюс несколько ящиков с патронными лентами к ним. Установить пулеметы на сварных конструкциях в кузовах джипов Хенрик поручил кому-то из своих, машины у нас забрали на двое суток, и вот недавно вернули уже вооруженными. В кузовах так же смонтировали стационарные ящики для запасной амуниции и отстрелянных гильз, что показалось мне весьма удобно.

Вопрос экипировки решался параллельно. Грюнер сразу сказал, что количество бронежилетов в Центре сильно ограничено, но все равно выдал нам всем по одному, пообещав решать вопрос, если жилеты вдруг начнут падать на нас с воздуха. А вот форму я задумал сделать на Маяке. Я не знаю, кто и откуда откопал ту форму, которую носили жандармы ранее, но она мне совсем не приглянулась. Под наши задачи лучше всего подходили камуфляжи, вроде вполне стандартного американского «leaf», или российского «тигр». Пару дней назад я смотался на «Маяк», соседнюю к нам базу, находившуюся примерно в двухста километрах, и располагавшуюся натуральным образом на маяке и на молу, ведущему к нему. База небольшая, но очень толковая. Мы с Антоном посетили ее до налета банд Зета, познакомились и практически подружились с местным начальником охраны Сиди Дольсанидисом, и с удивлением и пользой побывали на местном «базаре», на который приезжают закупаться и продавать свои товары люди с разных окрестных баз. Таким образом, «Маяк» превратился в небольшой, но важный торговый пункт. Что было ещё интереснее, на «Маяке» вовсю существовало и даже процветало свое швейное производство: тут шили и форму, и одежду, и даже носки с трусами. Вот на это производство я и положил глаз. Я изложил Сиди свое видение вопроса, он сразу ответил, что камуфляжные ткани у них есть в наличии, правда только итальянские, типа «Vegetata». Сиди даже проводил меня к своим швеям, которых стало уже четыре — производство пользовалось спросом и росло. Я посмотрел ткань, нашел ее вполне соответствующей моим пожеланием, и заказал сразу шестьдесят комплектов летней формы разных размеров. Про зимнюю будем потом беспокоиться. Вопрос расчетов с «Маяков» взял на себя Грюнер, так что тут тоже дело пошло. Сиди пообещал первую партию через несколько дней, и вот завтра мы должны были сами за ней съездить. Заодно и новые машины опробуем.

Вопросов и задач конечно пока было намного больше, чем ответов и решений. Например, худо-бедно стрелять из пулемета умели только бывшие бойцы Грюнера, и больше никто. В остальных тройках нужно обязательно назначить пулеметчика, и обучать его. Вопрос — когда всё это успевать, люди и так спят всего по пять-шесть часов в сутки. Да и патроны для пулемета на деревьях тоже не росли. Грюнер ничего конкретного не говорил, но пулеметными лентами призвал не разбрасываться. Также нужно было заканчивать ремонты в здании, сделать третий этаж вновь пригодным для жилья. Окей, это пока не срочно, мы все и на одном этаже не тесно уживаемся, но