— Я уже совсем-совсем хорошо себя чувствую! — отозвалась моя мышка. — А рядом с Викторией еще лучше!

— Вижу. Невероятно, но вы продолжаете обмениваться энергией даже сейчас. Наверное, все же придется оставить Шайлас в приграничье. Или ты передумала и полетишь с нами в Аравер?

— Не передумала, — упрямо мотнула головой.

— Значит, — затаила дыхание Шайлас, — я останусь с Викторией?

— Как только прилетит охрана, — хмуро ответил Рей, сверля меня недобрым взглядом.

— Ура! — закричала малышка, которая совсем уже не малышка. Подскочила, едва не свалившись в воду. Метнулись к ней одновременно с Реем, буквально сталкиваясь лбами.

— Прости, — выдохнул дракон, потирая ушибленную кость. — А ты поосторожнее, — обратился к Шайлас, поднимая ее за талию и перенося на берег.

Повернулся ко мне, собираясь, видимо, проделать ту же манипуляцию.

— Я сама! — подняла руки. — Сама, спасибо.

Перебралась на твердую землю, обулась неторопливо и только тут вспомнила, что Проклятый лес необратимо меняет сознание.

— Разве нам не стоит скорее убраться отсюда? Не опасно здесь находиться?

— Нам троим нет, — хмуро зыркнул на меня Рей. — Астралам воздействие на разум нестрашно.

— Астралам?

— Тем, кто способен управлять разумом. Дар редкий, удивительно, что он проявился у Шайлас.

— И у меня?

— И у тебя.

Помню, Тариша тоже говорила что-то такое, про то, что воздействие Проклятого леса неопасно менталистам. Тогда я не придала значения ее словам, занятая другими переживаниями. А вот старуха с самого начала видела больше других.

Лес резко погрузился в почти непроглядную тьму. Светило спряталось, уступая приближающейся ночи. Решили снова спуститься к воде и там попробовать обернуться. Речь, конечно, обо мне. Без сноровки это не так просто, как кажется, да и у Шайлас еще получается не каждый раз.

— Сначала ты, Виктория, — командовал Рей. — Если не выйдет, то Шайлас не будет оборачиваться, и я смогу донести вас обеих.

Невольно вспомнила тот момент, когда он бросил меня на границе поля. Но тогда Шайлас была в крылатой ипостаси, все было иначе, — напомнила я себе.

— Айсхи Овареш тоже астрал? — спросила, чтобы только не молчать. — Сможет меня обучить управлению этим даром?

— Он — нет, — отрезал Рей. — Я сам займусь твоим обучением.

Когда мы отошли от ручья и проходили мимо бывшей могилы, я не смогла смолчать. Любопытство терзало, мне нужно знать. Просто нужно.

— Ты узнал ее? — спросила, кивая на разрытую землю. — Узнал эту женщину?

Едва сумела сдержать дрожь в голосе, ответ был для меня крайне важен.

— Узнал, — глухо выдохнул Рей, ненадолго останавливаясь на краю оврага.

— Сайла Парван? — в нетерпении выдохнула я. — Это была она?

Глава 49

— Нет, Виктория, — с болью в голосе отозвался мужчина, не поднимая на меня глаз. — Это была не она.

— Нет? — выдохнула удивленно. — А кто? — Неосознанно с силой сжала ладонь Шайлас, в ожидании ответа.

Я понимаю, что со стороны мое любопытство и настойчивость переходят все грани приличия, но сдержаться оказалось выше моих сил.

— Анаэль, — глухо выдохнул Рей. — Это Анаэль — моя сестра.

— Анаэль? — глупо моргнула, чувствуя себя отвратительно. — Но… я не понимаю.

— Я и сам пока не понимаю. Но разберусь, непременно разберусь!

— Выходит, Анаэль похитила Шайлас? Но зачем ей это нужно было?

— Не знаю. Я думал, моя сестра в Дриане, родовом поместье рода Тархар, и ведь она действительно была там!

— Как-то она все же оказалась в Проклятом лесу вместе с Шайлас. Твоя сестра не была астралом?

— Это очень редкий дар. — Наконец поднял на меня глаза Рей. — Очень редкий. Анаэль не была астралом, Виктория. Если ты пришла с туманом, значит концентрация ядовитого газа была необычайно высока. Анаэль погибла, не выдержав воздействия этого проклятого места! — саданул по ближайшему дереву дракон.

— Рей, мне очень, очень жаль.

Шагнула ближе к дракону, намереваясь обнять. И мне это удалось. Правда, Рей на объятия не ответил, стоял статуей самому себе, с каменными мышцами и словно одеревеневшими конечностями.

— Она сказала, что спасет меня, — подала вдруг голос Шайлас. — Сказала, что у меня мало времени. Что он придет за мной.

— Ты что-то вспомнила? — Я резко обернулась к девочке, впиваясь в нее взглядом.

— Она пришла ночью, — говорила Шайлас, глядя в одну точку. — В странной одежде… лохмотьях. А еще с артефактом, блокирующим сияние, я не сразу поняла, что она айсхи. Она усыпила айсхи Ралей, на меня тоже натянула ветхие лохмотья. Вынесла на руках, завернув в покрывало. Стражи на воротах спали, нас никто не остановил. А потом мы ехали на дрязге. Всю ночь.

— Ты говоришь об айсхи Тархар, мышка? — присела возле девочки на колени.

— Раньше я ее почти не видела, — качнула головой Шайлас. — Только несколько раз. Айсхи Ралей никого ко мне не пускала. Я общалась только с ней и иногда с папой. Очень редко. Папа всегда приезжал не один, а с айсхи Тархар. Я ждала, что они навестят меня, мне было так холодно! — выпалила девочка так горько, что у меня от жалости сжалось сердце. — Но ко мне не приходили. Айсхи Тархар пыталась. Я видела, как папа ругается на нее, за то, что она подошла ко мне на прогулке.

— Кто такая айсхи Ралей?

— Она была со мной, присматривала, кормила, — пояснила Шайлас.

— Зачем вы пошли в Проклятый лес, Шайлас? — хриплым голосом спросил Рей.

— Айсхи Тархар кого-то ждала. Она пыталась меня согреть. Она много-много раз пыталась. Только мне не было тепло. И ей становилось все хуже и хуже. Мне тоже было плохо. Мне давно уже было плохо. Айсхи Ралей говорила, что я должна готовиться ко встрече с великим Айхашшис, что он уже ждет меня на той стороне тропы.

— Даже не думай! — прижала девочку к себе. — Рано тебе еще на ту сторону тропы! Ты будешь жить долго и счастливо, Шайлас. Все для этого сделаю!

Мне едва удавалось сдерживать слезы.

Рей выглядел потрясенным и очень расстроенным. Мы снова двинулись вниз по склону, двигаясь в сторону побережья. Шайлас крепко держала меня за руку и не спешила отпускать, в какой-то момент и Рей взял другую ее ладонь в свою. Так мы и шли, такой вот цепочкой. А потом стало происходить что-то совсем уж странное — по нашим сцепленным рукам вдруг стали пробегать золотистые всполохи, ярко заметные в густой тьме. Щекотные. Сначала я подумала, что мне показалось, но хихиканье Шайлас подсказало, что и она это чувствует.

Я все ярче чувствовала щекотку, искорками пробегающую по рукам, подкрадывающуюся к источнику. Остановилась, встречаясь глазами с Реем.

— Что это? — спросила, не размыкая рук, чувствуя, что