ещё и оберег с серебряным солнцем, но его пришлось продать за бесценок в первую же неделю скитаний по улицам, когда меня выдворили с церковного двора.

– Знаешь, я думал, что всё должно быть идеально, как в старинных книжках, – сказал он и вздохнул, вновь начиная волноваться. – Но когда я встретил тебя и увидел твой белый огонь, то все эти сказки перестали иметь значение. На следующий день я пришёл в таверну, где мы были накануне, а тебя уже там не было… Я поднял на уши отряд, и мы долго обыскивали весь город и его окрестности, но нигде не нашлось даже твоих следов. Будто всё это приснилось мне, понимаешь?.. Если бы не мои друзья, то, наверное, я так бы и решил, что это был прекрасный сон.

Он надел кольцо мне на безымянный палец, и оно было, конечно же, точь-в-точь моего размера.

– Разве это не идеально и не как в романтических сказках? – спросила я, осторожно покрутив рукой, чтобы лучше рассмотреть подарок.

– Ну, почти, – согласился он и поцеловал мою руку. – Если не считать того, что сделать это было нужно вместе с предложением руки и сердца, а срывать с тебя платье и тащить в постель следовало после венчания.

– У меня тоже есть для тебя подарок, – прошептала я, выпутываясь из одеяла.

Этот оберег я закончила пару дней назад и мучительно сомневалась, получилось ли у меня заклинание. В тонкий шнурок-браслет я вплела маленькое золотое солнышко и, обложившись учебниками, наложила на него защиту. У меня не было наставника или учительницы, чтобы проверить, правильно ли я выполнила зачарование, но сама я почувствовала, как солнечный лучистый кружок словно втянул порцию моей магии и вспыхнул сияющими лучами.

– Ты сделала это сама? – удивлённо и немного смущённо спросил Эдвин, когда я закрепила шнурок на его руке и придирчиво рассматривала свою работу.

Я кивнула, и он чуть притронулся пальцем к безупречно блестевшему солнышку.

– Спасибо, – прошептал он, откинувшись на подушку и глядя на меня с какой-то странной серьёзностью. – У тебя такой сильный дар, такое чувство, что ты и сейчас держишь меня за руку. Теперь все демоны Предела прыгнут обратно в сумрак при одном моём появлении!

– Не будь таким самонадеянным! – засмеялась я.

– Сония… – Он всё ещё разглядывал мой подарок, а я украдкой любовалась кольцом и думала, что синий сверкающий камень так похож на взгляд моего стража. – Ты должна поступить в академию и выучиться. Нельзя оставлять магический дар без присмотра, тем более такой невероятный, как твой.

– Как ты это себе представляешь? – спросила я, подумав, что он позабыл о моём интересном положении.

– Когда малышка немного подрастёт, мы могли бы временно поселиться в городе, где есть Академия. Да, с появлением Ордена Инквизиции Солнечные стражи в основном служат на границе и в отдалённых районах, но к тому времени всё может перемениться. Не сомневаюсь, мы что-нибудь придумаем и ты не останешься без образования.

Всё это он говорил с такой уверенностью, что мои переживания сразу меркли под силой его слов, ко мне приходило знание, что так оно и будет. Только в одном я пока никак не могла победить свои страхи: я часто думала о том, какой родится моя дочь. Мне не давал покоя тот случай на лесной стоянке стражей, когда я раньше всех заметила потусторонних сущностей.

Что, если дар эльфа, его тёмная магия, уже поселились в маленьком и беззащитном тельце ребёнка? Что, если её кровь окажется той самой, проклятой, за которой охотятся инквизиторы и их вездесущие агенты-ищейки? Хватит ли моей магии, чтобы защитить и уберечь дитя? От Лейса я знала, что теневые маги иногда ухитряются обманывать своих преследователей при помощи особых амулетов. Кровь не может врать, утверждал генерал Гвинта, но сами тёмные волшебники были убеждены в том, что искусная магия может сбить с толку даже лучших искателей.

– Ты хмуришься, Сония, – прошептал мой Солнечный страж, обнимая меня и потихоньку убирая волосы с моих плеч назад. – Разве это не лучший вечер с тех пор, как мы встретились?

– Самый лучший, – согласилась я. Он с улыбкой поцеловал меня и провёл тёплой ладонью по моей спине.

– Расскажи, как ты будешь скучать по мне? – с искрами смеха в глазах попросил он.

– Я призову полную комнату маленьких демонят с рогами и хвостами, и твой долг велит тебе срочно скакать в форт и спасать меня от них, – сказала я, вытягиваясь на простыне и наблюдая, как он ласково разглядывает меня с ног до головы, как его взгляд задерживается на моей шее и ключицах, в мягкой впадине между грудей, а за ним следуют прикосновения чутких пальцев и огоньки поцелуев.

– Ты знаешь, как свести с ума. У тебя было много женщин, да? – тихо спросила я.

– Нет, – он мотнул головой и вернулся к поцелуям. – Это тоже побочный эффект обучения на лекаря.

– Что-что? – заинтересовалась я, отвечая на его ласки. – В Академии рассказывают про секретные точки на теле мужчин и женщин? Я уже хочу там учиться!

– Я люблю тебя, – сказал он и не дал мне ничего ответить, прикрыв мои губы пальцем. – В тебе нет ни одной капли притворства или фальши. Особенно сейчас, когда ты совсем моя…

– Нет никакого смысла в притворстве, – и я вновь раскрылась ему, обнимая руками, обхватывая ногами его бедра и прижимая к себе так, что становилось жарко не только в месте, где мы были ближе всего, но и внутри – в сердце, в самой середине груди, где был источник моего дара.

Ночной огонёк потух, когда мы заснули, прижавшись друг к другу и стараясь не думать о том, что далеко на востоке уже просыпается серовато-розовый рассвет. Солнце ещё не поднялось над крышами форта, когда мой Солнечный страж отправился на службу, и я сквозь сон нехотя отпустила его руку и пожелала возвращаться ко мне поскорее.

Глава 22

Форт Солнечных стражей стоял на небольшой возвышенности, а потому с верхних его этажей можно было наблюдать часть главной улицы до поворота, по которой туда и обратно сновали люди, тащились повозки и бегали собаки. Я увидела, как детвора заигрывает с лохматым щенком, и вспомнила Доннию и её Матса. Сейчас казалось, что всё это было давным-давно, что от зимы меня отделяют не несколько недель, а целая туманная вечность. Остатки снега стремительно таяли, ручьи с журчанием и плеском уносили их прочь.

На противоположной стороне холма возвышался графский замок, я видела его выложенные рыжеватой черепицей крыши и башенки, развевающиеся на длинных флагштоках знамёна