— Ты оцаст, пан Толик. Был рецка. Я хоросцо видеть! — возмутилась Юдита, чуть не плача и повышая голос.

— Тише ты, а то разбудишь пана Глеба.

— А я и не сплю, — отозвался Шубин. — Вы чем это там занимаетесь с утра пораньше и где Ренат? — спросил он, не видя в комнате Астафьева.

— Лейтенант ушел умываться и бриться, — ответил Зубов, вставая с подоконника. — А мы с Юдитой в орлянку перекидываемся, — рассмеялся он и дернул девочку за челку.

— Пан Глеб, кацжи ему, чтобы не зжулил. Когда я выигрык, он билон преворчиват.

— Ничего я не переворачиваю! — рассмеялся Зубов, но потом все-таки сознался под укоризненными взглядами Юдиты и Глеба. — Ладно, признаю, — поднял он руки вверх, — немного жульничаю.

— Мой злотый. — Юдита схватила лежащую на подоконнике монетку.

— Да мне он и не нужен, — махнул рукой Зубов. — Я ведь с тобой просто так играл. Только чтобы тебя развлечь. А так-то он мне без надобности. Я все равно бы тебе его назад отдал.

Юдита с подозрением посмотрела на Зубова, но промолчала. Ей было удивительно слышать такие слова от взрослого человека, который утверждал, что ему не нужны целых пять злотых, да к тому же еще и серебряные пять злотых, а не какие-то там железные, которые стали в ходу во время оккупации.

* * *

Ровно в половине девятого к дому подъехал автомобиль Першина. Рядом с майором сидел начальник штаба бригады подполковник Зицер.

— Шубин, рад тебя видеть, — пожал он руку Глебу и кивнул Зубову, когда те садились в автомобиль. — Молодцы, ребята. Отличились. Вот везу на вас командующему представление к медалям… А ты, капитан, почему такой небритый? — поинтересовался подполковник у Шубина.

— Это я ему, Семен Ильич, велел небритым оставаться, — ответил вместо Глеба Першин.

— Что так? — удивленно посмотрел на смершевца подполковник.

— Не моя прихоть. Приказ сверху, — коротко ответил майор и тихо ругнулся, пытаясь завести двигатель: — Опять барахлит. Но, надеюсь, доберемся вовремя.

До штаба армии ехали молча. Никто Шубину и Зубову больше вопросов не задавал, и Глеб, воспользовавшись моментом и тряской дорогой, задремал. Может быть, поэтому дорога длиною более часа и показалась ему короткой. Вроде бы только что прикрыл глаза, а уже добрались до места и надо выходить из машины, оставляя нагретое место в салоне.

— Выспался? — серьезным тоном спросил у Шубина Першин, когда они вышли из машины и Зицер первым ушел по своим штабным делам.

— Вроде как… — неопределенно ответил Глеб и поправил на голове съехавшую набок фуражку.

— Ну, тогда пойдем. — Першин развернулся и решительно зашагал в сторону здания, в котором располагался штаб армии.

В приемной у командующего армией сидели несколько человек офицеров, но едва дежурный увидел входящих Першина, Шубина и Зубова, он кивнул им, давая знать, чтобы они ожидали, и ушел с докладом в кабинет к Рыбалко. И практически сразу же вышел.

— Входите, — обратился он к Першину. — Товарищ гвардии генерал-полковник примет вас незамедлительно.

Зубов с Шубиным удивленно переглянулись, а майор, наоборот, спокойно и уверенно, словно так оно и должно было быть, направился к дверям кабинета.

— Проходите, проходите, — пригласил Павел Семенович вставших на пороге офицеров. — Андрей Михайлович, — обратился он к Першину, — представьте капитану Шубину и лейтенанту Зубову всех присутствующих.

— Младшему лейтенанту, — наклонившись к Першину, прошептал Зубов.

Но Рыбалко услышал его шепот и ответил:

— Я не ошибся. Именно лейтенанту. Вчера я подписал приказ о присвоении вам нового звания, товарищ Зубов. Андрей Михайлович… — посмотрел он на Першина.

В кабинете у командующего армией, кроме него самого, находились еще двое: начальник разведки 3-й танковой армии, гвардии полковник Кашин и гвардии старший лейтенант Щербинин — начальник разведки одной из дивизий 3-й танковой армии.

— Как вы уже поняли, товарищи, речь пойдет о задании, связанном с разведкой. — Рыбалко сразу же после представления заговорил о деле. — Сроки наступления на направлении нашего фронта смещаются на январь. Сейчас у нас только ноябрь, но подготовка к наступлению проходит уже сейчас. И проходит она весьма интенсивно. Погодные условия не всегда дают нам возможность проводить разведывательные масштабные действия с воздуха и эффективно выявлять все слабые и сильные места в немецкой обороне. Поэтому сбор данных проводится больше силами наземной разведки… Я правильно говорю, товарищ гвардии полковник? — посмотрел он на Кашина.

— Так точно, товарищ гвардии генерал-полковник, — ответил тот, вставая с места.

— Хорошо. Я думаю, что вы, как главный командир разведки нашей армии, лучше меня объясните этим молодым офицерам задачу, которую им предстоит выполнить, — ответил Рыбалко и сел на свое место, скрестив пальцы замочком и выжидательно глядя на Кашина.

Тот, в свою очередь, посмотрел на Щербинина, и под его взглядом Щербинин тоже встал.

— Разрешите мне сначала разъяснить ситуацию? — обратился он к Рыбалко.

Командующий кивком дал добро, и Щербинин, подойдя к карте, которая висела на стене, стал разъяснять, обращаясь к Шубину и Зубову:

— Разведчиками моего дивизиона была проведена разведка в районе города Кельце. И в самом городе тоже, — добавил он после небольшой паузы. — Нами выяснено, что и в самом городе, и в районе Свентокшинских гор, что находятся неподалеку, действовали несколько групп польских партизанских соединений. Все они относятся к так называемым вооруженным формированиям польского крестьянского движения. Сами поляки и немцы называют их партизанами из Батальонов хлопских…

— Надо добавить, — прервал старшего лейтенанта Кашин, — что они действуют не от имени польского правительства и никаким образом не связаны с Армией Крайова или Национальными вооруженными силами Польши. Это совершенно отдельная организация со своим руководством, уставом и требованиями. По нашим данным, по многочисленности это вторая организация после Армии Крайовы. Город Кельце входит в один из десяти округов, в которых действуют отряды Батальонов хлопских. Продолжайте, старший лейтенант, — кивнул он Щербинину.

— Эта организация, по нашим сведениям, довольно активно проводила различные акции, направленные на борьбу с фашистскими оккупантами. Выпускала свою газету. — Щербинин посмотрел на Кашина и тот, кивнув, передал Шубину и Зубову несколько листков, отпечатанных на польском языке. — Именно из этих газет мы и узнали, что в городе действует большая группа подпольщиков, связанных с партизанами из организации Крестьянских батальонов, если перевести с польского название «хлопских». Но я так понимаю, что и капитан Шубин, и лейтенант Зубов прекрасно знают польский язык. — Щербинин перевел взгляд на Глеба и Анатолия.

— Иначе они бы сейчас тут не сидели, — заметил майор Першин.

— Да, Андрей Михайлович, мы в курсе, что это именно вы порекомендовали этих офицеров для проведения операции, которую мы наметили в штабе армии, — ответил полковник Кашин. — А товарищ гвардии