Я поднялась, снова поклонилась, уже не так глубоко, и устроилась где приказано, выжидающе уставившись на отца.

Он оглядел мою демонстративно-подчиненную позу и поморщился.

— И давно ты овладела нашими семейными техниками? — осведомился он, деликатно подцепляя палочками сочное кроличье мясо и окуная его в подливу.

Я сглотнула, прежде чем ответить:

— В восьмую осень. Случайно.

— Понятно, что не специально, — вздохнул родитель. — Удачно, что я именно тебя выдал за нагов. Убивать не придется.

Я вздрогнула, но виду не подала.

Правильно, получается, остерегалась открывать свой секрет. Открой я его раньше — не факт, что меня так просто выпустили бы из дворца. И вообще позволили дожить до совершеннолетия.

Драконами становятся только мужчины.

Это общепризнанный факт.

Но вторая ипостась — дело вторичное, а то и третичное.

В первую очередь важна сила дара и его направленность. Например, третий принц, Гуангмин — чистый разрушитель, полноценный дракон. Одного вздоха его достаточно, чтобы обратить в пепел армию. Но навыком «зеркалить» противника он не обладает.

Или умело это скрывает.

Отца я в бою никогда не видела, разве что изредка на тренировках. Император не пренебрегал физическими упражнениями, но предпочитал делать их в одиночестве либо на полигоне вместе с избранными генералами. И в поединки не вступал — несолидно это. Любое сражение — это победитель и проигравший. Проигрывать император не любил, а победить того, кто заведомо поддается, — невелика заслуга.

Так, рядом размялись, и хватит.

— Наги любят силу. Даже в женщинах, — продолжал тем временем сообщать бесценные сведения его величество.

Я навострила уши. Где еще услышишь про обычаи иных земель? Уж отец-то наверняка за долгое время правления общался со змеелюдами и в курсе их традиций хоть немного.

— Я не просто так поставил в договоре именно твое имя. — Если бы я не знала отца чуть лучше, подумала бы, что он сожалеет о своем решении. Это вряд ли. При помощи грядущего брака он избавится от лишнего дракона во дворце. Много сильных наследников — это всегда угроза смуты. Даже если один из них — девочка.

Вдруг кто-то из министров надумал бы на мне жениться! Он бы не просто укрепил свой род, он бы стал реальным претендентом на трон. При условии, что наши дети унаследовали бы мои способности, конечно.

А так отец убивает сразу двух рыб разом.

Даже трех.

Избавляется от меня, укрепляет отношения с соседним государством и обрубает мою линию наследования.

У нагов всегда рождаются наги. Как и у фейри — только фейри.

Полукровки не имеют права на престол Империи. Ни при каких обстоятельствах. Его может занимать только полноценный дракон с ипостасью.

Таков закон.

Чувства по этому поводу я испытывала смешанные.

С одной стороны, благодарность императору за сохраненную жизнь.

С другой — легкое отвращение при мысли, что меня, как скотину на развод, передали в руки другому мужчине, скрестили, как кобылу с ослом, чтобы потомство наверняка пошло не в мать.

Это меня жизнь в захолустной школе разнежила. Во дворце такими материями не интересуются. Нравится, не нравится — приказ есть приказ, хоть ты военный, хоть принцесса.

Селянкам куда проще, у них есть небольшой шанс выйти замуж по любви. Или по симпатии на худой конец. Или хоть познакомиться до дня свадьбы толком…

— Риуджин хотела бы этого брака, — осторожно заметила я.

Глупо заботиться о кузине после того, как она почти меня уничтожила, но попытаться стоило. Не ради нее, конечно, а ради себя.

— Она не выживет в Шийлингджи, глупышка, — снисходительно хмыкнул император. — Твоя сестра только и умеет, что наряды менять и драгоценности покупать. Ее первая же соперница размажет. А супруга нагараджа должна уметь постоять за себя.

— Соперница? — нахмурилась я. — Там бывают споры в гаремах?

— Там нет привычных нам гаремов. Но отношения в семье… своеобразные.

Император криво ухмыльнулся, но рассказывать подробно не стал. Вместо этого перевел беседу в нейтральное русло, предложив мне поесть.

— Завтра тебе понадобятся силы.

— Мне… можно участвовать в турнире? — осторожно уточнила я, утаскивая с ближайшего блюда полоску мяса. Кажется. Из-за переживаний не разобрала толком ни вкуса, ни текстуры, проглотила почти не жуя. — Вы больше не против?

— Я и не был против, — повел бровью отец. — Мне не нравилась мысль, что представительница моей семьи потерпит поражение от какого-то простолюдина. Но сейчас я вижу, что зря думал об этом. Ты вполне можешь пройти в третий тур. Побеждать не обязательно, все-таки наги — наши союзники и твои будущие родичи. Прояви уважение.

— Я постараюсь, — потупившись, выдавила я, про себя твердо решив вылезти из шкуры, но уложить Иньшена на лопатки.

Раз прямо не запретили, сделаю все возможное и невозможное.

— И еще… — император помолчал, позволяя мне прожевать кусок. — Свадьба состоится сразу после награждения школ.

— Как? Ведь наследник не приехал? — изумилась я.

Обычно невест увозили церемониальным караваном, со служанками, охраной и приданым. С другой стороны, я уже почти принадлежу семейству Янджин, значит, придется подчиняться их правилам и традициям.

— Выйдешь за его брата, временно. У них так заведено. Примут в род, пометят, так сказать, а потом передадут мужу, — дернул плечом отец.

— Что значит — пометят?

Хорошо, что я не успела положить в рот следующую порцию риса. Точно бы подавилась.

— Кто их знает. Запахом, наверное. Они же дикари, подчиняются инстинктам, близки к природе. Проведете ночь во дворце, как полагается, и с утра отправитесь в Шийлингджи. Большого приданого за тобой не дам, и не проси, но тканями не обижу. Драгоценности у них там свои есть, а с шелком не очень. Все-таки ты моя дочь, должна выглядеть достойно.

Все, что после слова «ночь» я пропустила мимо ушей, поглощенная панической мыслью.

Это что, мне придется сначала возлечь с Иньшеном? Потом с его братом?

И как на это отреагирует наследный принц?

Не скажет ли, что не желает видеть порченый товар?

Возможно, потому наг и предложил мне затворничество? Из лучших побуждений, представляя реакцию принца на оскверненную невесту?

В Империи репутации будущей жены уделяется очень много внимания. Дева должна быть не только непорочной физически, но и ограждаться от всевозможных соблазнов в течение жизни. В идеале — вообще не лицезреть мужчин кроме супруга, тем более обнаженных.

В этом плане я уже скомпрометирована. Во время тренировок и торсы, и руки, а иногда и ноги по самые бедра видны. Про купальни вообще молчу — парни не особо стеснялись, разгуливая по коридору в одной небрежно повязанной вокруг пояса простыне.

Но одно дело предполагать, а совсем другое — провести ночь с «заменой