class="p1">В конце концов, карлик Сонг и Жужу тоже сели медитировать. Ведь завтра с утра турнир продолжится.

То, что участников стало меньше, лорд демонов и карлик Сонг никому не говорили. Зачем раскрывать, что они были на месте гибели чёрной черепахи губительницы и видели высокоуровневых марионеток, а также некроманта из клана Ван, который их изготовил. Но карлик Сонг сказал Жужу, чтобы она была готова к тому, что завтра ситуация может развернуться неожиданным образом.

Жужу на минутку задумалась, а потом произнесла:

– Это связано с вашим ночным походом.

Она не спрашивала, а утверждала, и карлик Сонг кивнул в ответ.

– Жалко, Мейфен не знает об этом, – вздохнула Жужу.

В свою комнату она ушла уже поздно вечером. Посидела бы ещё, но перед завтрашними поединками следовало хорошенько выспаться.

Карлик Сонг усилил защитные заклинания на дверях её комнаты. Ведь девушка осталась одна – Мейфен так и не пришла.

Когда Жужу ушла, карлик Сонг всё же спросил:

– Повелитель, что произошло? Я могу чем-то помочь?

Лорд демонов вздохнул и помахал рукой, мол, всё в порядке.

Так-то ничего в порядке не было, но лорд демонов не знал, как рассказать Сонгу о том, свидетелем чего он стал. И стоит ли рассказывать об этом даже преданному слуге и другу. Слишком уж к опасной тайне он прикоснулся.

По большому счёту он и сам до конца не понимал, что произошло на самом деле. Даже если допустить, что Мейфен и кот мысленно общаются, всё равно слаженность действий была запредельной. Такого одним только мыслечтением не добиться.

Но даже если предположить, что у кота есть способы незаметного и быстрого общения, всё равно это не объясняло того, как сильно изменилась Мейфен.

Лорд демонов снова и снова возвращался мыслями к тому бою, в сотый раз пытался проанализировать ситуацию, чтобы не упустить даже самой малости. И вот эти малости тревожили. Не может же кот быть божественной сущностью?

Да даже если бы и был, это всё равно не объяснило бы произошедших с Мейфен перемен. Девушку словно подменили. Словно в неё вселился чужой дух…

Или, наоборот, кто-то снял печать, запиравшую раньше могущественный дух в теле Мейфен. Ведь может же быть такое? Или нет?

Мейфен шагала по улице не замечая, как люди шарахались от неё, уступая ей дорогу.

Лайфу бежал рядом, как обычно стараясь не прерывать контакт с девушкой. И как можно быстрее прижаться к ней, когда этот контакт всё-таки нарушался.

Внезапно сильный порыв ветра принёс целый ворох лепестков персиковых цветов.

Мейфен резко остановилась. И вовсе не потому, что испугалась порыва ветра, нет. Просто персики в это время года не цветут. Откуда столько лепестков?

Моментально вспомнились слова Цзиньлуна об опасности, но вспомнились они как бы на отдалении. Сама же Мейфен с интересом смотрела, как персиковые цветы закружились в нежно-розовое торнадо, из которого вышагнул прекрасный юноша в белом ханьфу.

– Кого я вижу! – приветственно раскинул он руки. – Моя дорогая сестрёнка…

Мейфен напряглась. У неё не было ни братьев, ни сестёр. Отец Жужу приютил её, сироту, чтобы она стала личной служанкой его дочери. Мейфен была тогда совсем маленькой. И она прекрасно помнила, как голодала на улице, как мёрзла и боялась, потому что некому было защитить её, некому было позаботиться о ней. Так что это ложь – братьев у неё не было, ни младших, ни старших. Тем более таких, кто может перемещаться с помощью ветра и персикового цвета.

Поэтому сейчас Мейфен просто стояла и смотрела на незнакомца.

Что касается Лайфу, он выгнул спину, вздыбил шерсть и зашипел.

– Твой кот всё так же невоспитан! – сделал замечание юноша.

Мейфен снова промолчала. Лишь начала активнее насыщать духовной силой свои ножи.

– Вот наш учитель обрадуется-то, когда сообщу ему, что нашёл свою дорогую сестрёнку…

Проговорив эти слова, юноша уставился на Мейфен, словно ожидая реакции.

Однако, реакции не последовало, потому как Мейфен просто не знала, как реагировать. Прямой угрозы она не чувствовала, но было что-то, что заставляло её напрячься.

Мейфен объясняла это тем, что незнакомец явно был не простым человеком. А значит, был опасен. И то, что он не нападал, ещё ни о чём не говорило.

Выждав немного, юноша обиженно надул губы:

– Ну, так не интересно! Где та сестрёнка, которая после упоминания учителя умоляла меня не говорить ему ничего?

Мейфен вздохнула и покачала головой. Отвечать она по-прежнему не собиралась. К тому же ей надоело слушать незнакомца, и она развернулась, чтобы уйти.

И юноша сразу же перестал дурачиться.

– Ладно, ладно! – произнёс он. – Не злись, пожалуйста! Давай я угощу тебя своим лучшим чаем и османтусовыми пирожными. Ты же любишь османтусовые пирожные…

Он не спрашивал, он утверждал, как будто точно знал, что именно любит Мейфен.

А ведь она на самом деле любила пирожные, и именно османтусовые!

Минутное замешательство, и вот уже незнакомец приблизился к Мейфен и взял её за руку, чтобы увести за собой.

Мейфен тут же отскочила в сторону и наставила на юношу один из своих ножей, а остальные ножи закружились вокруг неё.

Что касается Лайфу, тот едва ли не кидался на незнакомца. И если бы не стремился в каждый момент времени сохранить соприкосновение с Мейфен, то точно расцарапал бы такое красивое лицо.

Юноша абсолютно не удивился реакции Мейфен и Лайфу. Он демонстративно зевнул, прикрыв рот ладошкой и проговорил:

– Как же скучно! Хоть раз можешь просто поговорить с братом! Мы ведь так долго не виделись!

– Зачем я тебе? – спросила наконец-то Мейфен.

– Да есть одно дельце, – снова расплылся в улыбке юноша. – Ну что, пойдём пить чай с пирожными? Или ты хочешь прямо тут разговаривать?

Мейфен огляделась. Непосредственно рядом с ними людей не было. Но чуть поодаль скопился народ. Стояли и смотрели издалека. Словно какое зрелище интересное увидали.

Цзиньлуна среди них не было. Значит, он не пошёл её искать.

Мейфен горько усмехнулась и ответила:

– Ладно, пойдём пить твой чай.

Юноша спрятал довольную улыбку и сделал приглашающий жест.

Не успела Мейфен шагнуть, как вокруг них взметнулись вверх и закружились розовые лепестки цветов персика. Когда они опали, Мейфен с Лайфу и юношей стояли не на улице столицы, а в горах у ворот поместья. Надпись над верхней перекладиной гласила: «Академия утреннего тумана».

Двери академии были открыты. Но Мейфен не тронулась с места. Мало того, ножи снова угрожающе закружились вокруг неё.

Юноша удивлённо посмотрел на девушку и возмущённо махнул рукой.

– Ай! Ну что ты опять? Поговорим, и я отправлю тебя обратно! В