проблем не будет. Да и если вы собираетесь задержаться в Союзе, советую зайти в отделение банка и оформить себе пластиковую карту. Так удобнее, чем с наличкой.

— Карту?

— Ну да, банковскую, — пояснил провожатый, они меж тем прошли по закрытой парковке к стоящему немного отдельно автомобилю вполне современного вида и погрузились внутрь. — А то кое-какие крупные покупки за наличные могут и не продать. У нас активно внедряются банковские карты, партия поставила цель перевести 80% платежей в карточную форму к началу следующего тысячелетия. С коррупцией боремся и прочим воровством. И да, вот что еще.

Русский потянулся к бардачку и достал оттуда телефон. Мобильный.

— Что это?

— Телефон, разве у вас таких нет?

— Есть, конечно, но… — Американец взял в руки трубку, внимательно рассмотрел. В целом от того, что предлагал американский производитель, советская трубка практически не отличалась. Индикаторное поле для набора номера, кнопки, динамик, антенна. Разве что пластик был как будто похуже на ощупь, ну и кириллица надписей немного сбивала с толку. Подкинул телефон на ладони. Грамм четыреста он весил, немало. Пожалуй, что последние Мотороллы будут покомпактнее. — Не думал, что в СССР у вас такое есть.

— У нас по статистике мобильных телефонов хоть и меньше, чем в США, но ненамного. Больше двух миллионов абонентов уже, в основном, конечно, всякие службы оборудуются, милиционерам выдают, ответственным товарищам опять же, но и в свободном обороте немало имеется. Дорого, надо признать, шесть сотен рублей за трубку, но правда можно в рассрочку. А абонентская плата и вовсе доступная почти каждому — восемь рублей в месяц. Так что да, мобильных телефонов в Союзе много. Это вам, связь оплачена, телефон там сзади под крышкой написан, если что можете звонить и давать другим, чтобы вам звонили без проблем.

— Хорошо, спасибо, еще такой вопрос… — Автомобиль меж тем завелся и начал выруливать с парковки, вливаясь в поток машин на улице. Разнообразие автомобилей очень небольшое, автоматически отметил американец — буквально с десяток основных моделей в разных вариациях кузовов. И вообще по сравнению с Америкой на улицах машин было очень мало. Как для такого мегаполиса, как Москва, в котором под 20 миллионов человек живет, прям совсем неприлично даже. С другой стороны — в пробках стоять опять же не пришлось, что приятно, — если я захочу выйти погулять по городу самостоятельно, проблем не будет?

— Каких проблем?

— Ну… С КГБ?

— Чего⁈ — Белый аж на тормоз нажал от такого заявления, отчего едущий сзади водитель был вынужден резко затормозить и выскочить на встречную полосу, благо там оказалось пусто и к ДТП это не привело. — Какое КГБ? Зачем бы им устраивать тебе проблемы?

— Ну я не знаю. Я иностранец из Америки, оплота капитализма. Я думал, что у вас нельзя просто так ходить без присмотра приезжим. И вообще… — Марк сделал неопределенное движение рукой в воздухе, которое трактовать однозначно было тяжело.

Впрочем, главная мысль все равно была понятна — наслушавшийся пропаганды интурист всерьез думал, что тут в Москве все строем ходят под конвоем автоматчиков. Шаг вправо, шаг влево — попытка к бегству, прыжок на месте — провокация.

— В Советский Союз ежегодно приезжает до четырех миллионов туристов из капиталистических стран. Из братских социалистических стран еще больше. Ты же не думаешь, что за каждым следит КГБ. Там на такое просто сотрудников не хватит. Так что гуляй спокойно, ни о чем не переживай, Москва — очень безопасный город, особенно если по всяким окраинам не шляться.

Всю дорогу до гостиницы американец не стесняясь рассматривал город. Москва была… Другой. Не похожей на те города, где он был раньше. И одновременно похожа. Люди на первый взгляд такие же, дома, магазины, зелени много. Улицы широкие, как будто о цене городской земли тут никто не думал, бульвары, тротуары, по которым туда-сюда сновали толпы людей. Конец рабочего дня, предприятия как раз исторгли из себя работников, и те торопились домой или куда-то по своим делам.

Интерлюдия 4−2

Прогулка по Москве

4 сентября 1992 года; Москва, СССР

МЕЖДУНАРОДНОЕ ОБОЗРЕНИЕ: Плевок в лицо Международному капиталу

В последние дни из ряда государств, идущих по пути социалистической ориентации, поступили сенсационные сообщения. Венгрия, Югославия, Румыния, Вьетнам, Народная Демократическая Республика Йемен и Республика Никарагуа приняли суверенное решение — в одностороннем порядке выйти из Международного валютного фонда. Этим шагом они кладут конец многолетней унизительной зависимости от диктата международного капитала, замаскированного под «финансовую помощь».

В разные годы правительства этих стран, столкнувшись с временными экономическими трудностями, пошли на поводу у западных «советчиков» и вступили в МВФ. Однако, как теперь признают сами лидеры этих государств, обещанная «помощь» обернулась настоящей кабалой. Кредиты МВФ выдавались под грабительские проценты, а каждое заимствование сопровождалось жёсткими политическими и экономическими требованиями — так называемыми «условиями». По сути, Вашингтон и его союзники использовали Фонд для установления прямого финансового контроля над странами-должниками.

То, что не удалось сделать колонизаторам с помощью пушек и военных кораблей в XIX веке, сегодня делается при помощи кредитных линий МВФ. Цель проста и на удивление цинична: превратить независимое государство в квази-колонию, поставив под внешнее управление его бюджет, эмиссионную политику и даже кадровые назначения.

Осознав пагубность нахождения в МВФ, руководство братских стран сделало правильный вывод. Но мало порвать с ростовщиками — нужно предложить реальную альтернативу. И она есть.

В эти дни стало известно о ключевом решении, принятом в Берлине на встрече министров финансов стран — участниц Совета экономической взаимопомощи (СЭВ). Отныне Международный инвестиционный банк СЭВ получает принципиально новый статус.

Во-первых, в банк теперь могут вступать новые страны-участницы, даже не входящие в сам СЭВ. Во-вторых, кредитование будет вестись в сырьевых рублях — устойчивой валюте, не зависящей от воли Федеральной резервной системы США и спекулянтов с Уолл-стрит. В-третьих, сама суть кредитования лишена мотивов эксплуатации. Банк создан не для выкачивания прибыли, а для развития производительных сил и подъёма благосостояния народов.

Данное решение знаменует собой важнейший поворот в международной политике партии и правительства СССР. Долгие годы Советский Союз пытался побороть империалистическую финансовую систему исключительно на идеологическом поле, разоблачая хищническую сущность МВФ и Мирового банка.

Теперь же избран новый, гораздо более действенный курс — доказать делом. Социалистические финансовые институты, избавленные от гнёта частнособственнических интересов и мотивов извлечения сверхприбыли, выходят на открытую экономическую арену. В условиях честной, свободной конкуренции структуры СЭВ призваны на практике продемонстрировать преимущества планового, справедливого хозяйствования.

Это не революционный скачок через баррикады, а эволюционный шаг на пути победы социализма. Пути, где братские страны самостоятельно, без диктата извне, выбирают себе партнёров. И