людей, которые ходили по гавани, следуя по пятам за тремя путешественниками. За их действиями он наблюдал неотрывно и выглядел даже еще более смущенным, чем чувствовала себя Левен.

– Так как же нам поступить…

Рядом заорали, и в ту же секунду на троих путников упала тень. Левен как раз взглянула вверх и увидела, что сверху на них летит рыболовная сеть с запутавшимися в ней пучками морской травы. Сеть пригнула Киллиана к земле и с такой силой обрушилась на Левен, что та чуть не упала. Кто бы мог подумать, что эта невесомая на вид штуковина окажется такой тяжелой! Эпона, которая была ниже и тоньше Левен, потеряла равновесие и теперь лежала на земле. Сильно запахло морской солью и рыбой.

– Стой, незваная гостья!

Левен не могла понять, откуда донесся голос. Она выпрямилась и ухватилась за сеть, чтобы сбросить ее, но та тянула ее сразу во все стороны.

– Магоговы яйца, – ворчала где-то внизу Эпона.

– Выпустите нас! – Левен снова дернула сеть, но безрезультатно. Холодная соленая вода текла по ее волосам и пропитывала рубашку. Скользкая морская трава противно шлепала по уху. – Немедленно!

– Оружие империи, а ну тихо! Чужеземный друин! Дочь фальшивой королевы! Всем молчать!

– Во имя всех богов, – вздохнула Эпона.

Рядом с ней Киллиан пытался выпутать свои рога из сети. Почему-то это зрелище разозлило Левен еще больше. Сила титанов снова начала покалывать ей пальцы, чего с ней не случалось уже несколько дней. Рудные жилы в руках и на лице потрескивали.

– Я вас предупредила! – крикнула она.

Сквозь частые ячейки сети и свои растрепанные волосы Левен увидела женщину крепкого телосложения, которая направлялась к ним, но от злости даже не задумалась над тем, что это может означать. Она выпустила магию титанов на свободу, и в ее руке вспыхнул синий клинок из магического стекла. Одним аккуратным взмахом она рассекла сеть над Киллианом, так что тот оказался полностью свободным, только на рогах повис сетчатый капюшон, и выпустила крылья…

– Нет! Не надо! – закричала Эпона, барахтаясь в сети. – Только не здесь! Успокойся.

Но Левен ее не слушала. Расправив крылья, она взмыла вверх, увлекая за собой сеть и отрывая ее от земли. Внизу завопили люди, державшие сеть за края, – они почувствовали, что их тянет наверх. Двое сообразили отпустить сеть почти сразу, поэтому упали на доски причала невредимыми, а еще двое держались до самого конца. Сеть уже подняла их на высоту мачт, когда они посыпались вниз. Раздался вопль, потом всплеск, потом глухой удар и еще вопль. Левен услышала крик Эпоны и на мгновение засомневалась, не перестаралась ли она, но тут гнев охватил ее с новой силой: в конце концов, она – солдат империи, герольд, а ее тут вздумали ловить сетью, как рыбу или мышь! Пролетая над причалом, она кромсала сеть своим волшебным клинком, осыпая обрезками тех, кто стоял внизу. Люди испуганно кричали. Левен взглянула вниз и увидела, что Эпона уже встала и, раскинув руки, что-то объясняет грузной женщине на причале, а та, задрав голову, с яростью смотрит на синекрылую летунью. На палубе корабля с черно-красными парусами лежал мужчина, его нога была неестественно вывернута. Матросы окружили его, помогая подняться.

– Герольд! Освящающая Илевен! – раздраженно закричала Эпона в сложенные рупором ладони. – Спускайся! Ты здесь представляешь мою мать, помнишь?

Левен сжала кулаки, и синий клинок исчез.

– Меня здесь не слишком радушно принимают! – крикнула она сверху.

Толстячка, кажется, нахмурилась, услышав это, но Эпона замотала головой:

– Это недоразумение, герольд. Ты ведь знаешь, что это такое?

Левен еще немного повисела в пространстве, ощущая магический ток внутри своего тела. Очень хотелось показать этим рыбоедам, кто такие герольды на самом деле: разнести бы сейчас вдребезги их дурацкий порт да потопить все корабли. А все потому, что когда она увидела падающую на нее сеть, то испытала такой ужас, как будто… в общем, напугалась как никогда. Хотя нет, неправда – в том-то и дело, что, увидев сеть, она как будто вернулась туда, в заснеженный лес, к воспоминаниям, которые она потеряла давным-давно. «Похоже, однажды меня уже ловили сетью, – подумала она. – И держали там, где я не хотела находиться». Не понимая, откуда пришло к ней это знание, однако чувствуя, что оно правдиво, Левен вздрогнула.

Постепенно она осознала, что на земле все смотрят на нее с ужасом; мужчина со сломанной ногой рыдает на палубе; и, хуже всего, Киллиан глядит на нее так, словно она только что подтвердила все его самые темные подозрения насчет империи. В животе у нее странно защекотало, и она, сложив крылья, аккуратно опустилась на причал.

Откинув мокрые волосы с лица, Эпона изящно поклонилась толстухе, которая хмуро глядела на них, скрестив на груди руки.

– Герольд империи Левен, с величайшим удовольствием представляю тебя королеве Верле, правительнице Корнвуллиса.

Левен сняла со своей рубашки прядь морской травы и бросила ее на доски. Женщина, не сводящая с нее пристального взгляда, обладала сливочно-белой кожей, высокими скулами и короткими светло-русыми волосами. Левен почему-то подумала, что ей лет пятьдесят, хотя на ее лице почти не было морщин, только в уголках глаз залегли «гусиные лапки». Губы у местной королевы были узкие и розовые, на щеках – румянец. А еще у нее была такая прямая спина и уверенная осанка, что Левен усомнилась, смогла бы она при всей своей титанической силе оттолкнуть эту бабу в толпе где-нибудь на переполненном рынке.

Левен кашлянула.

– Очень приятно.

– Интересно. – Королева Верла склонила голову набок, как чайка, высматривающая еду. – Красивые у тебя крылья, девочка. Впечатляют, должна признать. Вот только переигрывать не надо.

– Вы всех гостей Корнвуллиса встречаете большой вонючей сетью?

Рядом с ней тяжело вздохнула Эпона.

– Нет, только тех, кого мы подозреваем в желании отрубить нам всем головы. – Королева повернулась к матросам, которые обступили ее полукругом. – Хватит волнений для одного дня. Несите рыбу на рынок, а сами отправляйтесь по тавернам. И этого дуралея отведите к лекарю, – кивнула королева на человека со сломанной ногой, которого осторожно вели по трапу четверо матросов.

Королева Верла потрепала его по плечу, когда он проходил мимо, и Левен снова почувствовала, как ее внутренности словно сжала холодная рука. Чувство вины.

– С ним все будет в порядке?

– Нам не привыкать к травмам, девочка. Его подлатают.

Матросы ушли, а за спиной королевы встала небольшая группа вооруженных людей. На них были кожаные доспехи, задубевшие от морской соли, туники из грубой ткани, а в бороды вплетены морские ракушки и тесемки. На поясах у них висели короткие мечи, при виде которых Левен