людей, прежде всего жителей больших городов, страдают от страшной пустоты и скуки существования, словно они ожидают чего-то, что не достижимо в принципе. Кино, телевидение, стадион и политика могут ненадолго развлечь их, но затем они вновь и вновь возвращаются, изнеможенные и разочарованные, в пустыню собственной жизни.

Единственно стоящие современного человека ощущения находятся во внутреннем царстве его психики. Смутно догадываясь об этом, многие сейчас обращаются к йоге и другим восточным практикам. Но все это не дает истинно новых переживаний, поскольку человек черпает в них лишь давно известные индусам или китайцам ощущения, не вступая в непосредственный контакт со своим внутренним жизненным центром. И хотя верно, что восточные методы помогают сконцентрировать мышление и направить его внутрь себя (что в определенном смысле сходно с интроверсией аналитической процедуры), но имеется и существенное различие. Юнг разработал метод самостоятельного проникновения к внутреннему центру человека и установления контакта с живой тайной бессознательного без помощи извне. А это коренным образом отличается от движения по хорошо проторенной дороге.

Стремление ежедневно уделять внимание живой реальности самости подобно старанию одновременно жить на двух уровнях или в двух различных мирах. При этом человек, как и раньше, отдает должное внешним обязанностям, но в то же время хранит чуткость к намекам и знакам, подаваемым сновидениями и внешними событиями, которыми обычно пользуется самость для символического обозначения своих намерений, – то есть к направлению, в котором идет жизненный поток.

В старинных китайских текстах, касающихся такого рода опыта, часто используется сравнение с кошкой, наблюдающей за мышиной норой. В одном из них говорится, что человек не должен допускать никаких посторонних мыслей и вместе с тем его внимание не должно быть ни слишком острым, ни слишком притупившимся. Существует вполне определенный требуемый уровень восприятия. «Если тренироваться таким образом… со временем будет получен результат. Когда же необходимая готовность созреет, как спелый плод, падающий на землю, и этой внутренней готовности коснется что-либо, она внезапно вызовет высшее пробуждение индивида. В этот момент практикующий подобен человеку, испившему воды и узнавшему, холодна она или тепла. Он освобождается от всех сомнений относительно себя и переживает величайшее счастье, сравнимое с тем, что испытываешь, встретив своего отца на перекрестке дорог».

Так в потоке обыденной внешней жизни человек неожиданно попадает в захватывающее внутреннее приключение; поскольку оно уникально для каждого индивида, его невозможно скопировать или украсть.

Существуют две причины, почему человек теряет контакт с регулирующим центром своей души. Одна из них заключается в том, что какой-то один инстинктивный порыв или эмоциональный образ может вывести из равновесия и привести к однобокости восприятия окружающего. Это случается и с животными. Например, сексуально возбужденный олень-самец может совершенно забыть о голоде и опасности. Такой однонаправленности и связанной с ней утраты равновесия очень боялись первобытные люди, считая это «потерей души». Другая угроза внутреннему равновесию возникает из-за чрезмерной мечтательности, которая обычно вращается тайком вокруг определенных комплексов. В действительности мечтания возникают только потому, что они соединяют человека с его комплексами; в то же время они угрожают концентрации и непрерывности его сознания.

Второе препятствие полярно противоположно первому, и его причиной является чрезмерная концентрация самосознания. Хотя дисциплина сознания необходима для осуществления цивилизованной деятельности (известно, что может случиться, если замечтается стрелочник), она имеет серьезный недостаток, заключающийся в ее склонности блокировать восприятие импульсов и посланий, идущих из жизненного центра. Вот почему так много снов современных людей касаются восстановления восприимчивости к ним путем корректировки отношения сознания к подсознательному центру, или самости.

Во многих мифологических изображениях самости обозначаются стороны света. Видимо, поэтому Великий человек часто помещается в центре круга, разделенного на четыре части. Юнг использовал индийское слово «мандала» (магический круг) для обозначения структуры, отражающей ядро человеческой души, сущность которой нам неизвестна. В этой связи интересно отметить, что индейский охотник наскапи рисовал Великого человека не в образе человеческого существа, а в виде мандалы.

Индейцы племени наскапи воспринимают внутренний центр непосредственно и наивно, без помощи религиозных обрядов или учений, тогда как в других племенах рисуют магический круг, дабы восстановить утерянное внутреннее равновесие. Например, индейцы навахо используют рисунки на песке, имеющие форму мандалы, чтобы вернуть больного к состоянию гармонии с собой и с космосом и тем самым поправить его здоровье.

В восточных цивилизациях подобные рисунки используются для обретения внутренней целостности или для погружения в состояние глубокой медитации. Считается, что созерцание мандалы приносит внутреннее умиротворение, ощущение осмысленности и упорядоченности жизни. Это же чувство вызывает спонтанное появление мандалы в сновидениях современных людей, вовсе не приверженных подобным религиозным традициям и не имеющих о них представления. Может быть, в таких случаях положительный эффект даже сильнее, потому что знания и традиции иногда смазывают или даже блокируют спонтанный опыт.

Пример спонтанно возникшей мандалы присутствует в нижеследующем сновидении шестидесятидвухлетней женщины. Оно явилось ей как прелюдия к новой, весьма активной в творческом отношении фазе жизни.

«Я вижу сумеречный пейзаж. На заднем плане тянется ввысь, а затем выравнивается гребень холма. Вдоль отрога движется четырехугольный диск, сверкающий, словно он золотой. На переднем плане темная земля, на которой только появились первые ростки. Внезапно передо мной появляется круглый стол, его верхняя часть – это серая каменная плита, в тот же момент квадратный диск внезапно оказывается на столе. Он покинул холм – неизвестно, как и почему».

Пейзажи в сновидениях (так же как и в произведениях искусства) часто символизируют непередаваемое настроение. В данном сновидении сумеречный свет пейзажа показывает, что ясность дневного сознания померкла. «Внутренняя природа» может теперь стать видимой – и действительно, на горизонте появляется квадратный диск. До сих пор символ самости, диск, главным образом был интуитивной идеей на духовном горизонте сновидицы, но теперь в этом сне он меняет свое положение и становится центром пейзажа ее души. Давно посеянное зерно начинает прорастать: в течение длительного времени сновидица уделяла большое внимание своим снам, и сейчас эта работа начала приносить плоды. (Вспомним о связи символа Великого человека с миром растений, о чем упоминалось выше.) Затем золотой диск движется вправо – туда, где вещи становятся осознанными. В психологической терминологии слово «правый» часто обозначает сферу сознания, адаптации, состояния «правоты», тогда как слово «левый» – сферу неадаптированных подсознательных реакций, иногда даже что-то «зловещее». Наконец, золотой диск прекращает движение и обретает покой на круглом – внимание! – каменном столе. Он нашел постоянную опору.

Как отмечает ниже в этой книге Аниэла Яффе, круг (мотив мандалы) обычно символизирует природную цельность, тогда как четырехугольные формы представляют ее понимание сознанием. В рассматриваемом сновидении встречаются квадратный диск и круглый