— Конечно, заметила! Я тебя давно знаю, дорогой, и знаю, что ты иногда это делаешь.

— Прости, но когда я вижу что тебе плохо, я начинаю переживать. Ты не сердишься?

— Нет, Эмиль, мне даже нравится. Мне всегда спокойно и хорошо с тобой, я чувствую, что под надёжной защитой.

— Спасибо. Я очень сильно люблю тебя, — прижал Эмиль мою голову к себе.

— Я жить без тебя не могу, Эмиль, — ответила взаимностью.

Мы подъезжали к дому, и ещё издали я услышала вальс Мендельсона, нас встречали с помпой! Внезапно всё загрохотало вокруг, когда мы вышли из машины, и я, испугавшись, бросилась к Эмилю, закрыв уши руками.

— Детка, не пугайся, это салют в нашу честь, — засмеялся он. В воздух взмывали разноцветные ракеты, образуя шары и разнообразные фигуры. Я подняла голову вверх.

— Как красиво!

С каждым новым фейерверком, гости начинали кричать и улюлюкать. А мы, с Эмилем, обнявшись, смотрели в небо, ведь такого больше никогда не повторится. Весь двор был уставлен вазами с цветами, а гости всё несли и несли красивые букеты, и нам пришлось задействовать все ёмкости, которые мы нашли в доме. Мы принимали поздравления, все хотели сказать нам что-то особенное, неповторимое и тёплое, отчего, другой раз, у меня наворачивались слёзы. Первый тост говорил председатель, за ним вышли мои родители, потом Вильем с Авророй, а дальше многочисленные гости, все желали нам счастья и долгой семейной жизни, о чём я и мечтала.

Свадебный вечер был в разгаре, и мои лучшие друзья, Костя с Володькой, украли меня, когда Эмиль ненадолго отвлёкся. Ребята привели меня в беседку, и довольные собой плюхнулись на качели.

— Пусть теперь поищет! Мы тебя просто так не отдадим Эмилю! Ой, как дорого встанет ему выкуп! — радовался Костя, выглядывая наружу и наблюдая за тем, что происходит за свадебным столом.

Я хихикнула, представив, какой спектакль устроит Эмиль для гостей и моих друзей, нарочно спрашивая у всех, не видал ли кто где я, и кто меня украл, прекрасно зная, что я в беседке с друзьями. Небесные, видели и слышали всё намного лучше, чем люди, но мои друзья об этом не знали.

— Кто видел, где моя невеста? — Эмиль громко произносил слова, чтобы Костя с Володей его слышали.

Володя довольно потёр руки.

— Ищет! Ну-ну, пусть пока поищет. Мы так просто не сдадимся.

Я сидела на качелях и смеялась.

— И долго вы собираетесь держать меня в заточение?

— Пока он не найдёт тебя, а там мы ещё поторгуемся с женихом, — в очередной раз Костя выглянул из беседки.

Эмиль предлагал хорошее вознаграждение тому, кто скажет, где я, но гости только смеялись и предлагали ему самому поискать меня. Потешив народ, Эмиль направился в нашу сторону.

— Вот здесь я ещё не искал. Посмотрим, может Наташа здесь? — продолжал он разыгрывать спектакль.

— Наташа, мы будем за тебя биться и просто так не отдадим! — ребятам явно нравилась эта игра.

Эмиль уже хотел войти в беседку, как на его пути встали парни.

— Что предложишь за невесту? — с серьёзным видом спросил Володя.

Эмиль засмеялся.

— Я так и знал! Но не знаю, может деньги? Сколько хотите?

— Фу, деньги, не пойдёт, — Костя поморщил нос.

— Ну, я не знаю, что нужно Наташиным друзьям, предлагайте вы, — развёл Эмиль руками.

Костя с Володей о чём-то пошептались, и хлопнули друг друга по рукам.

— Пойдёт, нормально, — сказал Володя Косте, и повернулся к Эмилю. — Мы решили, что Наташиного поцелуя, каждому из нас, будет достаточно для выкупа.

— Слишком дорого! — артистично схватился за голову Эмиль.

— Поцелуй в щёку, — добавил Володя.

— А, ну тогда пойдёт, — согласился Эмиль и добавил: — Если конечно невеста согласна. Детка, ты согласна? — крикнул мне Эмиль.

— Согласна. Что с этими обормотами делать, иначе они меня не выпустят, — я обняла парней и поцеловала.

— Да, детка, с твоими друзьями глаз да глаз нужен, не то уведут, — подмигнул он парням и пожал им руки.

— Мы такие, так что береги её, Эмиль, она одна такая, — взаимно пожав руку Эмилю, сказал Костя.

Четыре раза, на бис, мы с Эмилем танцевали вальс, а затем со мной по очереди танцевали: Пётр Петрович, отец и Костя с Володей. Уже ближе к полуночи, мои ноги начали гудеть, а губы слегка припухли, от бесконечного: «Горько!». Незаметно для всех, я скинула под столом туфли и блаженно вытянула ноги.

— Любимая, ты устала? — заботливо спросил Эмиль.

Я, вымученно, улыбнулась.

— Немного. Но это приятная усталость, ведь такого не повторится никогда.

— Давай сбежим ото всех, — вдруг предложил Эмиль. Мы заговорщически переглянулись, и незаметно для всех покинули наши места за столом. Забежав за дом и спрятавшись за ближайшим деревом, мы рассмеялись.

— Эмиль, мы ведём себя как дети, — хихикнула я.

— Ну и пусть, зато мы остались одни, — он обнял меня и, приподняв, попятился в гущу леса. Сумрак окутал нас, голоса гостей стали еле слышны.

— Милая моя, девочка, я так счастлив, ты даже не представляешь! — целовал мою шею и плечи Эмиль. В его объятиях я просто таяла, а голова начала кружиться. Кто-то громко кашлянул, и я от неожиданности громко взвизгнула, а Эмиль чуть не выронил меня из своих объятий, резко повернувшись назад.

— Эрик! Чтоб тебя…! Ты напугал нас! Что ты тут делаешь?!

— Прошу прощения, не заметил вас сразу. Кое-что проверял, — он перевёл взгляд далеко в лес.

— Всё в порядке? — напрягся Эмиль.

— Да, — кивнул Эрик, — вы можете ехать, вам ничто не угрожает. Извините, что помешал, я пойду, — виновато улыбнулся он.

Послышались крики гостей, Эмиль вздохнул.

— Нам тоже пора идти, нас уже искать начали. Потерпи, детка, нам осталось сорок минут до отъезда, гости видать хотят попрощаться с нами.

После того, как Эмиль пообещал отвезти меня в такое место, которое мне очень понравится, я не переставала думать: «Что это за место, где оно находится, и далеко ли ехать до него?» Но ничего в голову не приходило. В нашей деревне, да и в округе в целом, не было такого места, где мы бы могли провести медовый месяц, и я с нетерпением ожидала от Эмиля сюрприза.

Когда мы вернулись к дому, гости тут же потребовали от нас прощальный танец. Пришлось смириться, и пока мы танцевали, нам прошлось ещё и целоваться, так как все приглашённые хором кричали «Горько!» Подошло время отъезда, и один за другим к нам стали подходить люди, чтобы ещё раз поздравить и поблагодарить за прекрасный вечер. Подошла мама и, обняв меня, заплакала.

— Мама, не