огляделась и заметила неподалеку приземистое белое строение, по виду отличавшееся от остальных. Это явно был не жилой дом. Джейн подошла и увидела над дверью вывеску: «Храм Хэтти Батлер».

Джейн зашла внутрь. Там оказалось темно и прохладно, на полу из ламината стояли ряды складных стульев. Помещение совсем не напоминало храм. Впереди возвышалась небольшая приподнятая платформа, нечто вроде сцены или алтаря без всяких декоративных элементов. Там, в розовом кресле, сидела женщина примерно семидесяти лет с безупречной осанкой.

Джейн села на последний ряд. В зале было еще всего четыре человека, среди них ни одного мужчины.

– Садитесь ближе, я не кусаюсь, – сказала ведущая, обращаясь к ней.

Джейн виновато улыбнулась и пересела на несколько рядов вперед.

Женщина представилась, ее звали преподобная Кора. Поблагодарила присутствующих, что пришли, и начала лекцию.

Большинство людей, сказала она, считают первой публичной демонстрацией спиритического сеанса в Америке выступление сестер Фокс, девочек из бедной семьи, живших в Хайдсвилле, Нью-Йорк. Оно состоялось в 1849 году. По словам сестер, они слышали стук, источником которого был дух. Они называли его мистер Раздвоенная Нога. Дух якобы общался посредством этого стука, и сообщения могли расшифровать только сестры. Люди съезжались со всей страны, чтобы понаблюдать за «расшифровкой».

– С этого все началось, – сказала преподобная Кора. – С тех пор мир уже перестал быть прежним.

Перестал быть прежним? Серьезно? Джейн никогда даже не слышала о сестрах Фокс.

Кора продолжила рассказ. Попечительница Лагеря Мира Хэтти М. Батлер, богатая леди из Бикон-Хилл, подарила остров Спиритуалистической церкви в 1887 году для проведения летних мероприятий.

– Хэтти общалась с духами, – сказала Кора. – Она проводила сеансы в своей гостиной на Пинкни-стрит, называясь средним именем – Мира. Как и многие спиритуалисты того времени, она была суфражисткой и аболиционисткой. На первой конференции по правам женщин в Сенека-Фоллз выступали представительницы спиритуалистического движения. Сейчас мы не видим в этом ничего особенного, а тогда публичные выступления для женщины были чем-то из ряда вон выходящим, даже невозможным. Во времена Хэтти публичные спиритические сеансы были одними из самых популярных мероприятий в Америке. Медиумами всегда были женщины, и на каждом мероприятии высказывались идеи социальной справедливости и прав человека. В первые годы существования Лагеря Мира мы проводили ежегодный День женского избирательного права. К нам приезжали Элизабет Кейди Стэнтон и Сьюзан Браунелл Энтони[27].

Джейн открыла почту и написала сама себе письмо с заголовком «Связь медиумов/спиритуалистов и суфражисток/аболиционистов». Какая интересная тема для выставки в архиве! Она могла бы ее провести, если возьмут обратно на работу. А ведь Клементина говорила, мол, в Лагере Мира Джейн может найти много интересных материалов для исследования, а она тогда пропустила ее слова мимо ушей.

Кора долго рассказывала о Гражданской войне и о том, как та способствовала популярности медиумов.

– Горе охватило всю страну, – говорила она. – Всем хотелось связаться с погибшими близкими. Через десять лет после окончания войны более миллиона человек в США и Европе практиковали спиритуализм. В Америке он стал второй по популярности религией. Нас до сих пор официально признают как религию, хотя наша численность, конечно, существенно сократилась. Веками мужчины у власти пытались дискредитировать нашу деятельность. Мы были и остаемся единственной религией, где главенствующие позиции занимают женщины. Естественно, патриархальное общество боится нас как огня.

Все в зале засмеялись.

– В постколониальной Америке нет других примеров религий, возглавляемых женщинами, кроме Энн Ли и шейкеров[28], – продолжала Кора. – Мне долго было интересно почему. Но потом я поняла. Мы, женщины, находимся в гармонии с природой. Менструальный цикл управляется фазами луны и приливами. Как луна и океан, в течение одного месяца женщина меняется два десятка раз. Разве мужчины так умеют? Они не понимают сути жизни. Мы вынашиваем детей и дарим им жизнь, а мужчины на родах падают в обморок. Поэтому они так одержимы внешними признаками успеха. И войной! Мужчины забирают жизни, чтобы ощутить малую толику той власти, которой обладаем мы, дарующие жизнь. Надо отдать им должное: они сумели убедить нас, что наша сила – на самом деле слабость. Материнство – самый радикальный подвиг на Земле, а мы превратили его в сахарную вату. Мать – есть ли в нашей культуре более беззубое, более невидимое создание?

Джейн задумалась об идее матери как радикального творца и тайной силе рождения детей, которую ей никогда не суждено было познать.

Регрессия в прошлые жизни тоже проходила в храме. Джейн осталась сидеть на том же месте и смотрела, как зал постепенно наполняется людьми, которые заходили через открытые двери.

Вскоре в помещении стало не протолкнуться. Видимо, регрессия в прошлые жизни интересовала публику намного больше, чем история спиритуализма с феминистской точки зрения. Джейн заняла два места слева от себя: на один стул поставила сумочку, на другой положила телефон.

Вошли мужчина и женщина и приблизились к кафедре. Они стояли и с авторитетным видом переговаривались. Мужчина был в костюме и накрахмаленной бледно-голубой рубашке из плотного хлопка. Джейн его узнала: он был на пароме. Ехал сам по себе и читал газету. На острове, где заправляли женщины, это казалось невероятным. Джейн задумалась, какую роль он может играть. Бухгалтер ясновидящей?

Его спутнице на вид было чуть больше пятидесяти. Худая, волосы светлые и прямые, как у новой куклы Барби прямо из коробки. На ней была широкая летящая юбка и узкая черная майка, а все предплечья от запястья до локтя унизывали тонкие золотые браслеты.

Вошли Эллисон с Женевьевой. Джейн им помахала; они подошли и сели рядом. У Эллисон в руке была свернутая бумажка. Она развернула ее и показала карандашный набросок – старушка, пьющая чай.

– Смотри, Джейн, это мой дух-проводник Рита О’Ши, – сказала Эллисон.

– Привет, Рита, – поздоровалась Джейн, обращаясь к рисунку.

– Флоренсия просто волшебница, – продолжила Эллисон. – Она видит духов-проводников и может их нарисовать. Теперь, когда я ее увижу, точно буду знать, что это она.

– А ты знаешь Риту О’Ши? – спросила Джейн.

– Нет.

Джейн кивнула, еле удержавшись от смеха.

Мужчина и женщина присели на край платформы, свесив ноги. Они напоминали Джейн обаятельных преподавателей школьной театральной студии. Женщина сказала, что ее зовут Эванджелина, она живет на острове постоянно, обладает способностями медиума и проводит регрессию в прошлые жизни. Но прежде чем начнется сеанс, перед ними выступит специально приглашенный гость, доктор Джон Абрамс, глава Центра перцептивных исследований Виргинского университета.

Мужчина в костюме помахал. Зал зааплодировал.

Джейн совсем не рассчитывала встретить здесь ученого из университета. По словам Эванджелины, Центр перцептивных исследований работал при Виргинском университете с 1960-х годов. Его основатель, тогдашний глава факультета психиатрии, за свою карьеру записал устные свидетельства более трех тысяч маленьких детей,