учебы, только сшитые по последней столичной моде. Наряд для бала закажем позже, когда Пэтти Пэт вернется из Тронхилла и привезет эскиз платья для королевы. Мы сошьем похожее!

— О, ма! Ты лучшая! — повеселела Сьюзен.

Они обнялись, потом Патриция взяла дочь под руку и повела в свою комнату, где служанки должны были приготовить для них легкий ужин.

Барсик мог бы и не отворачиваться. Во-первых, Даймон не смущался, во-вторых, он не собирался целовать Линду. Не сейчас. Он гладил ее по спине и говорил. Рассказывал, какая она замечательная, сильная, умная, трудолюбивая, упорная и ответственная.

— Мне досталась лучшая напарница, о которой только можно было мечтать, — сказал он. — На тебя посмотришь, и руки сами тянутся открыть учебник и учиться, учиться и учиться.

Линда фыркнула и обняла его еще крепче: Даймон повторил ее любимую присказку, которой ее научила мама.

— Успокоилась?

Линда кивнула и начала медленно отстраняться от него, но не дал. Ему не хотелось ее отпускать. Ее и очень важную мысль, которая пришла ему в голову, когда Линда доверчиво прижалась к нему и обняла. Поэтому он продолжал тихонько похлопывать напарницу по спине и обдумывал план действий. И чем больше обдумывал, тем больше он ему нравился. Так нравился, что Даймон улыбнулся и подмигнул Барсику, который оглянулся посмотреть на притихшую парочку.

— Линда… — тихо позвал Даймон. Он взял ее за плечи и заглянул в ее затуманенные глаза. — С сегодняшнего дня помогаешь мне с Компасом Тьмы. С учебой потом разберемся. Поняла?

Темно-медовые глаза тут же стали ясными.

— Как потом? Я же не успею!

— Мы, — Даймон выделил “мы” голосом, — все успеем. Идем работать, напарник.

Он обнял Линду за плечи и повел обратно в книгохранилище под пристальным взглядом Барсика, который семенил за ними.

Понедельник в академии Золотого Феникса начался с нововведения: теперь все студенты были обязаны носить единую форму. После занятий Лилия Адамс с помощницами занялись магической подгонкой готовой формы и проработали до самого ужина, чтобы во вторник все студенты появились на занятиях в новой, скромной и удобной одежде. Сьюзен Олди не было в академии, поэтому ей жакет, юбку и блузку подогнали на глаз, по описанию ее подружек.

Сьюзен Олди вернулась в академию к ужину, но в столовую не пошла. Ей не терпелось еще раз перемерить новые платья. В моду вошли корсеты, красиво приподнимающие грудь, и Сьюзен крутилась перед зеркалом, подбирая выгодные позы и жесты, и предвкушала свое появление в столовой на завтраке. Налюбовавшись собой, она убрала все пять новых нарядов в шкаф. Как раз успела до возвращения своей соседки и подруги Милли Тайрон.

— О, Сьюзи, ты вернулась? Держи, это тебе.

Миллисента протянула Сьюзен сверток с формой.

— Что это? — спросила Сью, разворачивая одежду. — Фу, какое убожество. Зачем мне эти куски мешковины?

Милли состроила милую рожицу.

— Дорогая, это студенческая форма. В ней мы будем ходить на занятия. Все. Без исключений. Каждый. День.

Барсик, лежавший на подоконнике книгохранилища, поднял голову и навострил уши.

— Что это? — спросила Линда у Даймона, который тоже прислушивался, ожидая повторения жуткого крика, который донесся со стороны студенческого общежития.

— Кажется, у кого-то из студенток случилось нечто непоправимое, — вынес вердикт дракон, и они вернулись к биографии Людовика Счастливого, которую читали, сидя рядышком, бок о бок.

Глава 63. Даймон и Линда находят зацепку и собираются в музей

После случившегося Линда соображала откровенно плохо. Какие короли, какие компасы, ее трясло от переизбытка чувств! Ей хотелось окунуться в Даймона с головой, как в море, хотелось снова почувствовать его тело под своими ладонями, согреться его теплом, успокоиться стуком его сердца. Замечтавшись, сама не заметила, как рвано вдохнула.

Даймон оторвался от чтения и внимательно посмотрел на нее.

— Прости, я не подумал. У тебя был такой тяжелый день. Иди отдыхать.

— Нет, все в порядке. Работа отвлекает. Давай продолжим.

— Тебя трясет…

— Все нормально!

— Врешь, — уверенно сказал дракон.

— Вру, — согласилась Линда, пряча от него глаза.

Даймон придвинулся ближе, и она замерла, не зная, что делать. Но Его Светлость всего лишь взял учебник военной истории, который лежал на столе со стороны Линды.

— Линда, я не очень хорошо разбираюсь в человеческих отношениях, поэтому нужно твое мнение. Смотри, вот раздел о военном искусстве времен Людовика Счастливого. Здесь уже нет упоминания Компаса Тьмы. Зато есть цитата генерала-дракона Соломона Флая. Он называет Людовика Счастливого Людовиком Беспечным за то, что тот сильно переоценивал победу над Аргумом, и утверждал, что Тьма больше не грозит Хоумлэнду. Людовик был сыном короля Георга, которому служил мой предок Эдвард Рэй. Может быть так, что Эдвард и Георг в чем-то повздорили, поэтому Людовик стер память об изобретении Эдварда, чтобы таким образом отомстить за своего отца Георга?

— Конечно. Но что могло пойти не так между королем и генералом, который принес ему великую победу?

— Не знаю. Но тут точно есть какая-то загадка. Поэтому в Стоунгемских хрониках тех лет написано о смерти генерала Рэя, но мы же знаем, что он остался жив, женился, основал академию, — сказал Даймон.

— Людовик Беспечный… При нем воспевали победу короля Георга, а Хоумлэнд стали считать самым безопасным местом… — задумчиво протянула Линда.

— Да. А если опасности нет, значит, оружие не нужно… И тогда Компасы Тьмы могли выбросить или даже уничтожить!

Даймон оживился, Линда тоже.

— Даймон, в моем мире старинное оружие хранят в музеях. Конечно, не все подряд, только отдельные экземпляры. Вдруг с Компасом поступили так же? В Стоунгеме есть хранилище старинных вещей?

— Да, есть. Целых два. Завтра осмотрим их, вдруг повезет и Компас Тьмы действительно сохранили!

— Даймон, чем больше думаю, тем больше уверена, что ты прав! Если связать все, что мы прочли...

— Соломон Флай не стал бы называть Людовика Беспечным зря. Драконы слов на ветер не бросают, — уверенно сказал Даймон. — Люди считали короля Счастливым, потому что при нем их жизнь была беззаботной, но военные знают цену мирному времени и коварство врагов, поэтому он не мог простить королю беспечного отношения к охране страны.

— Ох, скорее бы завтра, — в нетерпение сказала Линда.

— Поедем сразу после занятий. Я все забываю спросить, ты умеешь ездить верхом? — поинтересовался Его Светлость.

— Вообще не умею, — призналась Линда.

— Я научу, — сказал Даймон. — Не делай такие глаза, не поверю, что боишься. После того, как ты хватала незнакомого дракона за лапы, не поверю!

Вечно невозмутимый Даймон улыбнулся уголком рта, и Линда закрыла лицо руками. Ее сердце билось как бешеное. Ей было и смешно, и хорошо до безумия,