– Везу Тору-сама на встречу. По поводу вчерашнего расчета за услугу.

Я обогнул капот, рванул вторую дверцу на себя и забрался внутрь. На меня посмотрели удивленно, но ни в коем случае не протестующе.

– Желаешь присоединиться?

– Поехали!

Когда мы проезжали мимо, Морган уже выглядел вполне пришедшим в себя, а с его руки свисал шнурок с металлической то ли бляхой, то ли медальоном. Правда, лицо моего напарника по-прежнему мало что выражало.

Ехать пришлось совсем недолго: лимузин остановился у крыльца какого-то ресторана с очень скромным, но дорогим дизайном вывески. Я опередил Катсу и распахнул дверь перед дедулей сам, а заодно получил свою порцию злорадного удовольствия, встретив немного растерянный взгляд.

– Внук?

– Дед?

– Признаться, не хотел отвлекать приглашением… В сущности, это просто деловые вопросы, наверное, слишком скучные для тебя. Но раз уж ты к нам присоединился…

Он степенно прошествовал внутрь: по небольшому тихому залу, где не видно было ни одного посетителя, в отдельный кабинет. А вот там народа находилось уже предостаточно.

Главное, там была она. Королева Элисабет собственной персоной, кажущаяся еще более хрупкой в недрах огромного кресла. За ее спиной обретался привычно мрачный телохранитель, а рядом, уже на собственном предмете мебели, располагался давешний инвалид, тепло поприветствовавший Тору-сама.

Катсу искать место для сидения даже не попытался, поэтому я смело занял последнее свободное кресло и во все глаза уставился на девушку. Понимаю, это было не самое пристойное и достойное поведение, но глянцевые снимки не передавали и сотой доли очарования, которым обладала юная наследница клана Арагона, а упускать хотя бы минуту зря мне виделось беспечным и донельзя глупым.

– Поскольку я нахожусь здесь в качестве посредника и заверителя сделки, попрошу вас, господин Ишикава, высказать свои пожелания на сей счет.

А как же напитки-закуски? Ну хоть чашечку кофе, что ли, предложили бы… Нет, кофе лучше не надо. С кофе вон сегодня чуть пятая мировая война не началась.

– Я не буду умалять значения своего поступка, Элисабет-сан. И думаю, вы прекрасно понимаете, что без моей поддержки ваше положение оказалось бы весьма шатким. Не говоря уже о равенстве голосов, неизбежно тянущем за собой внутрисемейные распри.

– Я согласна, что должна заплатить высокую цену, сеньор Тору. Это мое слово, и я от него не откажусь.

– Рад слышать. А насколько цена будет высокой… Я не собираюсь требовать невозможного, как уже говорил. Более того, мое предложение позволит еще больше укрепить ваше… наше совместное положение.

– О чем вы говорите?

– Риск того, что кто-то из ваших противников вступит в новый виток борьбы, сейчас минимален, но есть способ полностью его исключить. Это было бы вам интересно?

– Это было бы интересно всему клану, – тихо признала девушка.

– Я предлагаю нашим семьям заключить союз между собой. Он избавит многие дурные головы от опасных намерений.

– Союз? Какого рода?

– Какой союз могут заключить семьи? Разумеется, брачный!

Элисабет побледнела, став белее скатерти стола переговоров.

– Учитывая ваш нежный возраст, окончательное подписание соглашений может быть перенесено на более поздний срок, однако… Ведь возможно провести предварительное бракосочетание? – обратился дед к старику на коляске.

– Помолвку, – кивнул тот. – Вполне возможно. Единственная трудность состоит в том, что, будучи еще несовершеннолетней, глава клана Арагона не вправе распоряжаться своей судьбой лично. Но от ее имени может выступать опекун, которого она сама изберет: это полностью согласуется с правилами.

– Замечательно! Итак, вы слышали мое условие, Элисабет-сан. А что услышу в ответ я?

На меня она не посмотрела ни разу за время всего разговора. Вообще ни на кого не посмотрела, кроме моего деда. И сейчас, не отрывая взгляда от лица Тору-сама, девушка произнесла всего одно слово:

– Да.

Поднялась, уважительно поклонилась и направилась к выходу.

– Место и время церемонии обговорим позже, – предложил инвалид, отправляя свое средство передвижения вслед за Элисабет.

– Как будет угодно заинтересованным сторонам, – согласился дед.

– И что ты задумал? – спросил я, проводив взглядом несколько озадаченных «бизнес-партнеров».

– Ты слышал.

– Хочешь заставить ее выйти замуж?!

– Она протестовала?

– Нет! Но вовсе не потому, что ее радует такая перспектива! Разве ты не видишь: девушка испугана до смерти и готова пойти на любой ду… неразумный поступок, чтобы сохранить равновесие сил.

– Каждый человек занимается этим на протяжении всей своей жизни.

– Но не каждого вынуждают связать себя…

– Узами брака? Это не самая дорогая цена, какая могла бы быть назначена, – усмехнулся дед.

– Для тебя? Наверняка. Но для нее…

– Я не изменю ни слова в своем предложении. Даже ради тебя.

– Я и не жду!

– Тогда к чему весь этот разговор? – насмешливо поинтересовался он.

А действительно, к чему? Семья Ишикава способна удержать два престола сразу. А что могу я? Не предлагать же мафиозному клану покровительство полиции, право слово! Это нужно было делать раньше, когда была возможность и необходимость защищать одну только Элисабет, но теперь она приняла на себя заботу и обязанности по отношению к очень многим людям, которые…

– Ты сам женишься на ней?

– Я? – Тору-сама хохотнул. – Нет, я слишком стар для такой красавицы. Есть кандидат намного моложе.

– Кто?

Вместо ответа дед повернул голову к тому, кто стоял за его креслом.

Значит, Катсу. Наверняка лучший выбор из всего, что было. Красивый, сильный, опытный, умелый. Он будет уважительно относиться к своей супруге, возможно, даже любить, неброско, несколько бесчувственно, исполняя прежде всего прочего долг, а не…

Но разве я могу ее отпустить?!

– И других претендентов нет?

Тору Ишикава внимательно посмотрел на меня, смежил веки, словно собирался вздремнуть, и небрежно сообщил:

– Прием заявок пока открыт.

Морган Кейн

Вопреки вполне обоснованным опасениям, больше аварий и прочих катастрофических случайностей не произошло. Понадобилась лишь пара часов, чтобы разгрести завалы, появившиеся на свет благодаря чрезвычайно уместным и своевременным шуткам моего напарника – как раз до конца смены, на которую меня отрядила Барбара. Что она тешила на сей раз свое тщеславие, сомнительное чувство юмора или нечто иное, я не знал и знать не хотел, пока мою ладонь обжигал…

Этого не должно было произойти. То есть оно, конечно, когда-нибудь случилось бы, но не так же сразу! И какого черта у меня в кармане теперь делает медальон, с которым я совсем недавно собирался расстаться навсегда?

Обещанием платы по счетам – вот чем круглая металлическая штука являлась сейчас. Вернее, обещанием расплаты. Что инфанта могла подумать, узрев своего бывшего помощника в полицейской форме? И главное, что она подумала? Разозлилась? Решила отомстить, потому и бросила на мостовую свидетельство, как мне думалось, благополучно завершившихся отношений? Скорее всего. Могла ведь просто