«Статус задолженности: активен».

Активен. Не «погашен», не «пересматривается», не «оспаривается». Активен. Текущий, непогашенный долг.

Кому? По чему? На какую сумму? За какой период?

Все эти данные — отсутствуют.

В России есть понятие — «уведомление о наличии задолженности». ФНС присылает: «У вас задолженность». Без деталей. Чтобы получить детали — нужно зайти в личный кабинет, или прийти в инспекцию, или позвонить.

Здесь — то же. «Задолженность активна». Деталей — нет. Где их получить — указано неявно: «обратиться к уполномоченному лицу».

«Обратиться к уполномоченному лицу».

К какому лицу? Где? Как найти?

Я не знал. Сорок дней — никаких указаний. Никаких подсказок Системы. Никаких встреч с «уполномоченными лицами». Ни одного.

Возможно — уполномоченное лицо выглядит как обычный человек. Не отмечено никаким знаком. Не появляется само. Нужно искать.

Возможно — уполномоченное лицо — это другой Мытарь. Класс редкий, раз в поколение. Может быть, в столице есть. Может быть — нет.

Возможно — уполномоченное лицо — это сама Система. И «обратиться» означает — выполнить какое-то действие, активирующее канал связи. Активировать скрытый скилл. Зарегистрировать что-то. Дойти до определённого уровня.

Слишком много «возможно». Слишком мало данных.

Записал. Лист передо мной заполнялся: четыре столбца. Слово. Толкование. Гипотеза. Следующий шаг.

«Объект» — Эрдан как субъект учёта в Системе. Гипотеза: над миром есть структура, которая считает мир должником. Следующий шаг: выяснить структуру.

«Эрдан» — мир целиком, не часть. Гипотеза: задолженность — на уровне мира, не региона. Следующий шаг: понять, кто долг создал и кто его держит.

«Активен» — текущий, непогашенный. Гипотеза: должно быть начисление, может быть пеня. Следующий шаг: попробовать получить расшифровку.

«Уполномоченное лицо» — кто-то с правом информировать о задолженности. Гипотеза: либо другой Мытарь высокого уровня, либо системный механизм, активируемый скиллом. Следующий шаг: искать.

Четыре строки. Четыре «следующих шага». Все — расплывчатые. Все — без конкретного плана.

Это раздражало. Налоговый инспектор не любит «следующий шаг — выяснить». Любит — «следующий шаг: запросить документы у такой-то организации до такой-то даты».

Здесь — невозможно. Объект слишком большой. Контрагент — неизвестен. Документы — не существуют, по крайней мере в форме, доступной мне.

Но один шаг — конкретный — был. Тот самый, который Система рекомендовала. «Обратиться к уполномоченному лицу». Если я не знаю, кто это лицо — нужно искать. И первое место, где можно искать, — там, где есть концентрация людей со связями. Не Тальс. Гормвер — мало. Столица.

Столица Королевства Валмар — Верлим. Я видел название на карте, которую купил в Гормвере. Большой город. Королевский двор. Возможно — другие Мытари. Точно — больше образованных людей, чем в провинции. Кто-то может знать.

Записал отдельно: «Долгосрочный план: визит в Верлим. Цель: поиск информации о Системе и примечании. Срок: после стабилизации Конторы».

После стабилизации. Не сейчас. Сейчас — Тальс, рассрочка, потенциально — другие баронства провинции. Шесть месяцев минимум, прежде чем Контора сможет позволить себе отвлечься на Верлим.

Полгода — на ожидание ответа на вопрос, который висит сорок один день.

Не быстро. Но — план.

Утром Ворн пришёл рано. Я ждал — приготовил кружки, поставил воду на огонь.

— Доброе утро.

— Доброе. Что случилось?

— Почему «случилось»?

— Вы приготовили чай. Раньше не готовили.

Точное наблюдение. Я не готовил — обычно Ворн приходил, и мы сразу садились за работу. Сегодня — другое.

— Сядьте, — сказал я. — Хочу обсудить кое-что. Не по текущим делам.

Ворн сел. Достал блокнот. Перо. Привычные движения.

— Записывать?

— Записывайте.

Я объяснил. Примечание Системы. Сорок один день в памяти. Анализ, который я сделал вечером. Гипотезы. Долгосрочный план — Верлим, через полгода.

Ворн слушал. Не перебивал. Записывал — но я видел, что записывает не дословно, а структуру. Заголовки, подпункты, выводы. Учился — у меня же — конспектировать не текст, а смысл.

Когда я закончил — он молчал. Долго. Потом:

— Это значит, что Эрдан кому-то должен?

— По данным Системы — да.

— Кому?

— Неизвестно.

— Сколько?

— Неизвестно.

— Сколько лет?

— Неизвестно.

Ворн положил перо. Он редко так делал — обычно перо оставалось в руке, готовое продолжить запись. Сейчас — положил.

— Это плохо.

— Это неизвестно. Это не то же самое, что «плохо».

Ворн посмотрел на меня.

— Когда мне в архиве встречалось «неизвестно» — это всегда оказывалось плохим. Неизвестная сумма — большая. Неизвестная дата — давняя. Неизвестный получатель — Дрен. Неизвестное — это всегда плохо. Просто — мы пока не знаем, насколько.

Я подумал. Ворн прав — в его опыте. В моём — тоже. В ФНС «неизвестная задолженность» означала: либо бухгалтер не нашёл документы, либо документы уничтожены, либо схема настолько запутана, что разобраться невозможно. В любом случае — большая сумма. Маленькие неизвестными не бывают. Маленькие — забывают.

Большие — хранят. И они находят способ напомнить.

— Я бы хотел знать, — сказал Ворн.

— Я тоже. Но не сейчас.

— Когда?

— Когда будет возможность выяснить. Полгода минимум.

Ворн смотрел на свой блокнот. Потом — открыл его на новой странице. Чистой. Написал вверху, аккуратно, без помарок:

«Реестр вопросов к выяснению».

Под заголовком — первая запись:

«Вопрос 1. Объект Эрдан. Задолженность активна. Кому, сколько, за что, как давно. Источник: примечание Системы при регистрации класса Мытарь. Срок выяснения: после стабилизации Конторы. Приоритет: фоновый, но постоянный».

Подчеркнул «постоянный».

— Реестр вопросов? — спросил я.

— Теперь — да. Каждый раз, когда вопрос возникает — мы его записываем. С приоритетом. С планом. Чтобы не забыть. Чтобы — вернуться. Это правильно.

— Правильно, — согласился я.

Ворн закрыл блокнот. Положил рядом с папкой «Внутренние документы». Подписал на корешке: «Реестр вопросов. Том 1».

«Том 1». Опять — он ждал второго.

После завтрака мы сели за обычную работу. Ворн — за свой стол, я — за свой. Он начал копировать документы дела барона в новые папки, по обновлённой системе индексации. Я — продолжил читать сборник законов провинции Горм.

Час прошёл в тишине. Только скрип пера Ворна, шорох страниц, треск дров в печи.

Потом — я почувствовал.

Лёгкое покалывание. Знакомое — как при активации Аудита. Но мягче. И — не от моего действия. Не я что-то сделал. Кто-то — или что-то — сделало мне.

Я закрыл книгу. Мысленно проверил список скиллов.

«Налоговая тайна» — статус изменился. Был «готов к активации». Стал — «активна».

Без моего запроса. Без моего действия. Сама. Активировалась.