более даже на Земле тропический лес являлся опасным местом. А у нас, конечно же, тропический остров.

К счастью, листья у деревьев здесь широкие, а дождь был непродолжительным. В общем, под деревьями оказалось почти сухо! Вот под ними мы и шли, избегая чёрных участков.

Тут были необычные колючие кусты, встречались странные подозрительные грибы и голубые ягоды. Но я приказал ничего не трогать. И тем более ничего не есть! Потом всё соберём и отнесём на корабль для изучения. Мало ли? Вдруг тут найдётся грибной мицелий, который лечит все болезни?..

Но я отвлёкся. Мы хрустели сухими листьями и ветками, продвигаясь по лесу. Также старались не трогать высокую траву, что напоминала лопух. Лист-чаша этого растения был полон чёрной воды, и, если тронешь, получишь чёрный душ.

Я так Громову спас, которая зазевалась и плечом задела высокое растение. Просто дёрнул девушку на себя с помощью Силы. А чёрная вода в количестве пары литров обрушилась на землю и что-то вроде мха. Он активно растёт под этой травой. И был он бледный, а теперь чёрный… Умрёт, наверное.

Вскоре мы вышли к берегу и невольно выстроились в линию.

— Даже так это очень красиво, — сказала Юля, выражая общее мнение.

Перед нами бушевали волны, обрушиваясь на пляж и унося с собой чёрный пепел. Мощь природы поражала…

Чуть вдали виднелись чёрные молнии, а небо всё ещё было чёрным от туч. Но… это всё равно было красивым…

— Смотрите, что я нашёл! Похоже на кокос! — из леса вышел довольный собой Шалтай, но его форма была слегка испачкана чёрной жижей.

Мы все собрались перед Шалтаем, и в его руках было чуть сероватое и большое нечто. Оно и правда напоминало кокос, но размером с хорошую дыню. Если потрясти, можно услышать бульканье.

— Осталось открыть его, — заявил тот, и я задумался, но подошёл Сергей и ножом отсёк кончик кокоса. Но… Из него потекла серая жижа с… желтком? Точнее голубком… Оно голубое.

Мы посмотрели на то, что вытекло из кокоса, и переглянулись. А потом уставились на Шалтая.

— Ты где это взял?.. — поинтересовался я у лысеющего промолчу кого. Не буду материться…

— Да там… — он указал на лес. — И лишь сейчас я, кажется, понял, что это было гнездо…

Мы вновь посмотрели на «яйцо», а потом на Шалтая и выпучили глаза, глядя за его спину. Миг, и я Силой подтянул его к себе, а клюв здоровенной птицы ударился о землю, минуя мягкую плоть.

— Кра-а-а-а! — взревела тварь, напоминающая страуса, но с более крепкими ногами, мощной шеей и вдвое больше габаритами… И это явно не жук!

Зверь рванул на меня, но тут подскочила Юля, ставшая двухметровой воительницей. Она в прыжке нанесла мощный удар коленом по голове птицы с мощным таким клювом.

Тварь рухнула, а я вскинул руку и, подбежав, опустил подлетевший камень, на голову монстра. Вот только он клюнул меня в камень, разбивая его!

Я попятился, а Юлю отбросило взмахом мощного, но короткого крыла. Чудовище вскочило на лапы и попыталось клюнуть девушку, но я плечом протаранил птицу, отталкивая. Монстр попытался меня клюнуть, но его клюв покрылся льдом, и пасть не раскрылась.

Пользуясь моментом, я ударил кулаком в глаз громадины. Тут же подскочила Юля, нанеся серию ударов по птичьей голове.

Зверюга рухнула на задницу, и в этот момент подоспела Тори. Осьминожка по голове огрела птицу электрическим щупальцем. Да так, что монстр рухнул. Замертво…

— А ведь это могла быть заповедная, редкая птица, — вдруг задумался я, и что Юля, что Тори выпучили глаза. — Но она нас спасёт от голода. Надеюсь…

— Вот сейчас и узнаем. Несите чистые листья! — приказал Сергей и люди засуетились. Вскоре на земле перед лесом лежали листья, формой напоминающие ёлочку. Они широкие и длинные. Аж полметра.

Мы попытались ощипать птицу, но проще, наверное, зуб выдернуть, чем перо этого здоровяка. Вот только… эти перья были такие мягкие и нежные, что мы не удержались и начали жадно драть перья. Ну и учитывая, что нас тут толпа, а ещё есть Терминатор со своей киберрукой…

В общем, нет ничего страшнее толпы желающих получить сувенир… Огромную птицу ощипали вмиг! Даже ошпаривать не пришлось, как предлагал Сергей.

Потом он отрубил голову монстру и начал потрошить чудовище, а я с Алой сходил в лабораторию и отнёс туда образцы. Включая голову птицы. Мы её запечатали и утопили в банке, в которых тут плавают внутренние органы жуков. И не только…

— Как ваше с Тори исследование? — спросил у девушки, шедшей рядом, а над головой у нас были широкие листья деревьев.

Ала покачивала телом и хвостом, из-за чего её необычные волосы извивались. Одета же она была в строгие штаны и блузку, поверх которой накинут медицинский халат.

— Благодаря Алисе мы продвигаемся очень быстро. Но ограничены в материалах. Будь у нас больше гравров, — Ала грустно вздохнула. — Вот бы вы получили кровь матери той самки. Ну или другие биоматериалы.

— Боюсь, мне бы не дали даже прикоснуться к ней. Но! — я приподнял палец. — Уверен, когда она изучит документы, с радостью предоставит материалы. Ну…

— Что ну?.. — удивилась девушка с фиолетовыми губами и изящным телом. Ала шла плавно и изгибалась словно змея. Ну или ящерица…

— Если старшего посла не устранят как хранителя страшной тайны. А с нами или попробуют договориться, или тоже попробуют устранить.

— Я бы всё равно хотела завершить исследования, даже если не выйдет договориться.

— У гравров много кланов. С каким-нибудь, да договоримся, — сказал ей и повёл дальше через лес, благо, дорожка уже была протоптана. А когда подходили к берегу, учуяли запах дыма.

Шалтай с Терминатором разжигали костёр, а Сергей потрошил тушу птицы. Остальные помогали, как могли. Несли хворост, листья или любовались морем. Я тоже сел на лист, расстеленный на берегу, чтобы смотреть на море.

Волны бились о берег и почти доходили до моих ног. А кто-то вытянул ноги и волны щекотали пятки. Море… Настоящее море на настоящей планете… Несколько женщин сидели в сторонке и тихо плакали от счастья. Один из мужиков Сергея приобнимал медсестру, и они молча любовались морем.

Недалеко от меня сидела Юля, но особого восторга не ощущала. Всё же мы — дети космоса, а Юля даже младше меня. Как внучка Императора, она, скорее всего, редко когда была на природе и на море. Привыкла к жизни в четырёх стенах, вот и не имеет такой же любви к природе, как остальные.

Я тоже не фанат природы, всё же тоже ребёнок