установили деревянный помост с гильотиной. Впервые в жизни видела это орудие убийства. От закравшегося ужаса чуть тряхнуло. Но я быстро взяла себя в руки, и, загнав свои страхи куда подальше, хотела было шагнуть вперёд, чтобы встать в первый ряд, но не тут-то было: такой плотный поток людей и шанса не давал проскользнуть. На вопросительный взгляд Говарда, подвигала бровями и, спрятав руки в полах своего тонкого плаща, вызвала молнии на кончиках пальцев.

- Ай! Ой! - зашипели люди, чуть сдвигаясь в сторону и давая мне пройти.

- Джек! Ты ущипнул меня, наглец! - вскричала женщина, получившая маленький укус молнии, - гад такой! Я всё мужу расскажу! Давно за мной ухлёстываешь!

Тихо посмеиваясь, я в итоге всё же оказалась в первых рядах, Говард - умница, ни на шаг от меня не отставал.

Получив парочку удивлённых взглядов людей, стоявших по соседству, я сосредоточилась на том, что происходило практически перед моим носом.

На помост ступил дородный священник в чёрной до пят сутане, на его шее висела увесистая цепь с крестом, что "величественно возлежал" на широкой груди мужчины. Пройдя к краю так, чтобы его было хорошо видно, замер на мгновение, окидывая замолчавшую толпу строгим взором, после чего неспеша заговорил:

- Сегодня будет совершена казнь над нечестивицами, поправшими заповеди Всевышнего нашего, преступившие его законы. Травница Мэри и её дочь Ирен своим чёрным колдовством варили зелья любви... - народ ахнул, потрясённый, - и продавали всем, кто к ним приходил за помощью приворожить чужого мужа, отравить неугодного соседа или торгового партнёра, - священник наслаждался реакцией толпы, послышались крики, полные ненависти, кто-то даже попытался вцепиться в идущих мимо "ведьм" в волосы, но охрана была начеку и не допустила их до осуждённых. - Мерой наказания за столь мерзкие преступления: отсечение головы...

Он говорил, но я его уже не особо слушала, я смотрела на женщин, шедших по живому коридору, образованному людьми. Обе держались явно из последних сил, но, тем не менее, головы их были гордо приподняты, взгляды сосредоточенны и спокойны; они словно не слышали беснующуюся вокруг толпу.

В них плевали, кидали какие-то овощи и комья грязи, но они и бровью не повели. Но я заметила, с каким трудом им даётся это показное равнодушие.

Кто прав, кто виноват? Для меня ответ был очевиден. Я не могла позволить отрубить головы этим двум молодым, прекрасным женщинам. Одной из которых было всего лет тринадцать. Даже если они и варили все эти зелья, то уж точно не от сытой жизни.

- Говард, - шепнула я парню, поднимая платок выше, чтобы скрыть половину лица. Парень едва заметно кивнул, начиная готовиться.

Женщина и её дочь, почему-то я была уверена в их близком родстве, уж больно похожими они были, поднялись по приставной лестнице на помост. Около гильотины уже стоял внушительных размеров мужчина, на его голову был натянут кожаный колпак, в прорезях для глаз сверкали светло-голубые безразличные глаза.

- Травница Мэри, - обратился к ней с напускной лаской священник, - покайся перед людьми. Облегчи душу.

Я едва заметно поморщилась от подобного лицемерия, и сделала уверенный шаг вперёд. Но на мои манёвры никто не обратил ни малейшего внимания, ведь всё самое интересное происходило на возвышении.

- А не кажется ли вам, святой отец, - фыркнула я, подходя к помосту вплотную, - что чревоугодие - это грех? - мои слова прозвучали достаточно громко, несмотря на то что я даже не особо повысила голос.

- Что-о? - округлил глаза священнослужитель, рот его ошеломлённо распахнулся, маленькие, заплывшие жиром глазки, суетливо забегали.

- Сегодня не ваш день, чтобы умереть! - подмигнула я Мэри и Ирэн, на что получила удивлённый взгляд от первой и дрожащую, полную надежды улыбку, от второй.

- Говард, действуй! - рявкнула я одновременно с церковником:

- Охрана, взять её!

Но было уже поздно, а охрана для меня была совершенно не страшна.

Говард, раскинув руки, призвал свою магию земли.

Грязная, ещё влажная от дождя земля, сначала нехотя, с ленцой чуть вздыбилась (толпа опасливо отшагнула, дружный изумлённый вздох разнёсся по площади), а потом резко пошла трещинами и высоко поднялась вверх, отделяя помост и всех кто находился на нём от шокированных горожан.

- Прыгайте! - крикнула я девушкам и те, чуть замешкавшись, подчинились.

Но кроме них оставались священник, рухнувший на пол и сжавший голову обеими руками, палач и двое стражников. И если святой отец по понятным причинам струсил, то эти, нужно отдать им должное, ринулись в атаку.

- Может вам стоит поступить, как он, - громко сказала я, чтобы за шумом происходящей магии, они меня услышали.

Мои руки засверкали молниями, но мужчины не успевали затормозить и я, вскинув ладони направила ветвистые разряды в их сторону. Палач, получив одну из них точно в центр груди, несколько раз перевернулся в воздухе и изломанной куклой улетел куда-то за помост. Охранники с выражением ужаса на лицах, заорали, прося пощады и я просто отступила в сторону, давая им поцеловаться с землей.

Травницы замерли неподалёку от меня.

- Идите за мной, - крикнула я им, потому что за земляной стеной народ впал в панику и принялся знатно верещать. - Говард, лестницу на ту крышу. Быстро!

Молодой маг кивнул и за считанные секунды возвёл искусственную, кривую лесенку к указанному мной дому.

- Бегом! - воскликнула я и побежала.

Говард поднялся последним.

- Отпускай, - выдохнула я, - но так, чтобы вся площадь была в мелкой пыли.

- Сложно. Земля влажная, - покачал он головой.

- Понятно, - секунда размышлений. - Пусть так. Уходим. Им всё равно сейчас точно не до нас.

Дома стояли настолько близко друг к другу, что убежать от места событий, перепрыгивая с крыши на крышу, не составило особого труда.

- Пересидим здесь, - решила я, заглядывая в какой-то чердак. – Здание выглядит нежилым, здесь нас точно не найдут.

Глава 23

Лишь когда на город-порт опустилась ночь, я решила, что пора выдвигаться в сторону пристани.

- Спустимся через чердачную лестницу, - заговорила я, три пары глаз внимательно на меня посмотрели, и я пояснила, - выйдем, как приличные люди через парадный вход. Если здесь нет иного.

Спустившись на второй этаж, осмотрелись.

Лестница соединявшая "жилые" этажи была частично разрушена.

- Говард, вон те