— Я… Я понимаю, что мы и так теперь вместе. Но ты значишь для меня намного больше, чем просто коллега. И я не хочу думать, что однажды ты можешь уйти к кому-либо еще, — с ревностными нотками в голосе произнес Авенар. — Хочу, чтобы ты знала: я всегда буду любить тебя. Иначе быть не может. Наши пути пересеклись не просто так…

Он выдержал паузу, будто набирался смелости.

— Ты станешь моей законной женой?

— Авенар… — Я совсем засмущалась. Не то, чтобы вышло неожиданно. Но то, с каким растерянным лицом он это сказал, вызвало некоторую неловкость. — Я согласна.

— Люблю тебя, моя звездочка, — поцеловал меня Даргил.

— Я тоже очень тебя люблю.

— Только давай не будем откладывать церемонию надолго.

— Боишься, что я могу передумать? — хмыкнула я, чувствуя себя на седьмом небе от счастья. Впрочем, отчасти так оно и было.

— Дело не в этом.

— А в чем?

— Просто я хочу тебя присвоить окончательно.

— Ты такой собственник?

— Нет. Но чувствую, что сейчас самое время заявить на тебя свои права, — пошутил он, — А еще я хочу от тебя ребенка. Дочку, сына — неважно.

— Думаешь, у меня получится снова забеременеть? — удивилась я.

Я очень хотела детей от Авенара, но точно не знала, как функционирует организм уроженки Земли после омоложения. К тому же Авенар не совсем землянин, да еще и с монстром внутри. Поэтому я старалась об этом и не думать.

— Скоро и проверим. — Он улыбнулся и снова обнял меня.

И мы вместе замерли, переживая особенный для нас момент.

Я чувствовала настоящее удовлетворение и любовь, которая заполняла все мое тело и разум. И мне хотелось провести с Авенаром весь остаток жизни.

И я приму любые испытания, которые приготовит нам судьба, с честью.

Все равно мы вместе со всем справимся.

Иначе и быть не может.

ЭПИЛОГ

— Мама, мама! — звучал детский голос, пока я соображала, что надеть на встречу с Виктором. — Мамочка, мы случайно разобрали Эно. Ты же не будешь ругаться?

Лица малышей выглядели виновато-улыбающимися. Еще бы, они набедокурили, а мне теперь опять все разгребай. Уж слишком они гиперактивные детки.

Джейни — симпатичная синеглазая шалунья, вся в отца — упрямая и своенравная.

Лантер — рыжеволосый крепыш, который больше взял от меня.

При этом они — разнояйцевые близнецы и появились на свет в один день.

Мальчик и девочка. Мы с Авенаром даже и не рассчитывали на подобное чудо.

А когда я узнала, что детей будет двое — в осадок выпала.

У нас получилось не сразу. И я даже проходила обследование в клинике на Тиль-Триасе, где врачи лишь разводили руками, не давая никаких прогнозов.

Мы с Авенаром все же — носители генов разных рас. И хотя галактические медики считали нас вполне совместимыми, но гарантий никто не давал. Прогнозы были не категорично-негативные, но крайне сдержанные.

Немаловажную роль играло и мое внезапное омоложение. Помолодеть-то я помолодела, но цикл восстановился не сразу, и на созревание новых яйцеклеток требовалось время. Потому нам и говорили, что может получится, а может и нет, однако же вероятность оставалась.

И вот в один прекрасный день я почувствовала знакомые симптомы.

Легкую тошноту и головокружение, которые списала на слабость после боевой операции с погоней и перестрелкой. Думала, просто устала, возможно, перенесла на ногах какой-то очередной вирус…

А вскоре поняла, что это вовсе и не усталость, и не болезнь, скорее наоборот…

Нашему удивлению и счастью не было предела.

К радости врачей, мой организм быстро адаптировался. И всю беременность я чувствовала себя прекрасно, даже слишком активничала. Большую часть срока так и вовсе продолжала работу в ВОМГ, пока Олисс не заставил уйти в декретный отпуск. Почти что добровольно-принудительно отправил.

Авенар также все чаще оставался со мной. Мы много путешествовали по разным планетам и набрались новых впечатлений.

Например, посетили удивительные желейные горы на одной из планет раггеров. Днем они были твердыми и выглядели, словно куски хрусталя, а ночью вдруг становились похожими на жевательный мармелад по консистенции и приобретали янтарный оттенок.

Увидели «облачные сады» на планете стрекоттов.

Эти растения, реально, росли в облаках и питались от них влагой, а остальные вещества брали из атмосферы. Оставались на весу благодаря особой структуре листьев — каждый из них и стволы также представляли собой словно бы кусок дирижабля, наполненный водородом.

Еще на одной планете с колониями почти всех рас мы купались в контрастных водопадах — там каждая струя воды имела свой цвет: от синего до красного и свою температуру. При этом, стекая с тела, пестрых следов струи не оставляли, потому что светились в них какие-то водоросли.

Дома я провела лишь последние недели четыре, и чтобы не сидеть без дела, заранее обустроила детские спальни.

Затем муж отвез меня в клинику, где доктора и приняли у меня роды. Со здешней медициной и технологиями это оказалось совершенно безболезненным процессом, пусть и не сказать, что самым приятным. Поволноваться все-таки пришлось.

Зато как здорово было наблюдать на мониторах своих малышей, слышать их сердцебиение, следить за выражениями личиков еще до появления на свет!

И вот мы счастливые родители двоих сорванцов, которые так и норовят куда-нибудь влезть.

В последнее время, когда мы с Авенаром отправлялись на очередную миссию, к нам прилетала няня — очень ответственная, но при этом добрая и отзывчивая хэльфийка, которая к тому же готовила и возила Лантера с Джейни по развлекательным центрам. Они в ней души не чаяли. Порой мне даже казалось, что они слушаются няню намного лучше, чем маму и папу. А при нас сразу начинают своевольничать. Знают, что мы в них души не чаем, вот и пользуются любыми возможностями.

Самые простые задания Авенар выполнял лично, а иногда, когда организации требовались именно мои способности, сам оставался дома, чтобы я могла спокойно отправиться на работу.

Единственное, чего мы пока не поняли — передались ли детям какие-либо из новых способностей отца. Все-таки его тело также прошло перестройку.