- Если я что-то понимаю, нам предлагают как раз подраться, - Дени показал разложенную карту. – Королевства и княжества северной части Латинского полуострова находятся под властью Священной Империи, и генерал Бонапарт видит нашу миссию в том, чтобы освободить народы полуострова и дать им что-то вроде здешней Конституции.

- Это о том, что люди рождаются свободными и равными в правах? – хмыкнул Анри. – Только при том вдруг оказалось, что у кузнецов и разнорабочих прав больше, чем у некромантов, особенно если они уродились ещё и дворянами?

- Последняя версия их Конституции уже говорит о чём-то ином, если я не ошибаюсь, - пожал плечами Дени. – И сдаётся мне, тем, кто сейчас у власти, хочется не уничтожать тех, кто родился не в том сословии, но укреплять собственные кресла, чтобы не упасть в случае очередной бури. А люди в тех креслах меняются как-то очень уж быстро.

- И что же, нам предлагают присягнуть этому их правительству? – наморщил нос Луи.

- Я не собираюсь этого делать. Именно потому, что правительства и политические симпатии тех, кто рядом, меняются слишком быстро. Для магов – непростительно быстро. Я готов пообещать участвовать в определённой военной кампании, и только. Я готов служить Франкии, но никак не тем, кто сейчас пытается ею так неуклюже управлять, - сказал Дени и посмотрел на обоих.

- Вот я об этом только думал, а ты взял и сказал, и сказал то, что надо, - Анри хлопнул его по плечу.

- Так и я думал. Вроде бы и нужно выбираться из наших запечных углов, потому что вокруг жизнь, и нужно её жить. И жить здесь, раз уж мы остались и не подались ни в какие более спокойные края. И если те, кто пытается управлять, вспомнили о магах и о том, что от них тоже есть некий толк – ну, поглядим. У всех наших противников есть магические войска, а у Франкийской республики – нет. И генерал Бонапарт оказался первым, кто об этом задумался.

- Потому что ни один приличный маг не был готов служить этой самой республике после того, как казнили короля, - фыркнул Луи.

- С тех пор сменилось не одно поколение людей на самом верху, - ухмыльнулся Анри. – Что-то они там долго не задерживаются.

- А страна остаётся, и люди тоже, и, думаешь, почему господин маркиз наладил целую систему извещений о нежити? Потому что просто сожрут всех и не поморщатся, неживому нет разницы, кто у власти, кто во что верит и кто принадлежит к какой партии, оно просто хочет жрать живое, - заметил Луи.

Дени понял, что совершенно не задумывался о том, какие причины держат маркиза в Зелёном замке. Вообще у де Риньи с незапамятных времён владения на Устике, это к югу от Латинского полуострова, на берегу моря. Он бы мог легко удалиться туда и избежать всех опасностей нынешней жизни. Но он остался во Франкии. Впрочем, у Саважей тоже есть дом в Фаро, только сейчас там никто не живёт. Там жила Жанетта с мужем и девочками…

- Маркиз не хочет покидать Франкию, потому что без некромантов ей не бывать? - прямо спросил он у Анри.

- Да, он так и сказал. Что в любой момент можно убраться отсюда, но возвращаться окажется некуда. И не к кому. И во что превратится эта самая Франкия – соседи-то не сразу поймут. И не факт, что смогут справиться. Поэтому он придумал, как получать известия о нежити из любой провинции. Он знает, что земли Саважей под защитой – ты справишься. И вот ещё вокруг Руанвилля госпожа Изабель заботилась, и между Руанвиллем и Лимом. Для того и мальчишек в обучение набрал – чтобы было, кому продолжить, если с ним вдруг что. И он сказал, что если мы желаем в армию, то он не станет нас держать. Но кому-то всё равно придётся остаться.

В итоге Дени удалось найти десятка два сочувствующих магов – стихийников, преимущественно боевиков – и троих некромантов. Анри и Антуан де Риньи и Луи Тьерселен. Но всё равно не полноценные магические войска это не тянуло никак, даже отряд графа де Февра поначалу был больше. И из этих магов хорошо, если десять застали столичную Академию и успели хоть как-то там поучиться. Поэтому… такой себе отряд, если честно.

Дени подозревал, что если кликнуть клич громко, что нужны маги вот для такого дела, ущемлять не будут, будут кормить-поить и уважать, то найдутся ещё. Потому что уехали главным образом высокопоставленные образованные обладавшие приметным имуществом маги. А те, кто принадлежал к третьему сословию, просто затаились и маскируются под простецов.

Если даже маркиз потихоньку ищет одарённую молодёжь и занимается обучением – наверное, это к каким-то переменам в мире. Анри де Риньи рассказал, что у него в обучении сейчас парень из Потсдама, парень с запада, из-под Антуансвиля, и недавно прибыли двое деревенских парней с северного побережья. И даже парень из Массилии, сын какого-то депутата, из которого вдруг в тринадцать лет полезла сила, и отец прямо в ноги маркизу бухнулся – чтобы тот подсказал, что делать-то с таким дивом.

В общем, какие-то маги ещё есть. Скорее всего – необученные. Ну да Дени сейчас не в том положении, чтобы копаться и выбирать.

Ему было непросто, но он решился поговорить с его высочеством Анри – просто магической связью. Честно рассказал, что происходит, о чём он думает и что, возможно, будет делать. Принц задумался.

- Ожидаемо, - кивнул он. – Маятник должен был качнуться в обратную сторону. Что ж, если тебе удастся – это будет хорошо. Если маги из преследуемых преступников снова окажутся уважаемыми членами общества, это пойдёт тому обществу только на пользу.

- Мне тоже так кажется. Правда, пока общество до предела странно, но я говорил с некоторыми из главных в этом обществе. Они тоже странны, как мне кажется, но вдруг с ними что-нибудь случится, на их место придёт кто-то поразумнее и сможет устроить жизнь во Франкии так, чтобы в ней нашлось место для всех?

- Тебе сейчас виднее, ты ближе ко всему происходящему.

- Мне кажется, для этого кто-то должен сделать первый шаг, отчего не я? Но я, кажется, совсем не подготовлен.

- Я думаю, ты знаешь и можешь больше, чем думаешь. Пришлю Максимилиана, обсудите.

Максимилиан де Роган появился в Саваже на следующий день.