Единственное, что я могла сделать сейчас – это выпустить ее.

Собрав всю энергию, которую я успела вытянуть, я бросила ее в пространство вверх, как маяк, как крик о помощи.

Я не знала, сработает ли это. Не знала, почувствует ли кто-то, что я здесь. Но это был мой единственный шанс.

Адам рывком вырвал свою руку, и я отлетела назад, ударившись о стену. Боль пронзила мое тело, но я не могла позволить себе остановиться.

Он стоял передо мной, его лицо было искажено гневом.

– Ты осмелилась... – начал он, хватая меня за лицо и с силой сдавливая щеки. Но вдруг замолчал, его взгляд устремился куда-то в сторону, как будто он что-то почувствовал. Да, в воздухе ярились отголоски моей силы.

Глава 24.1

Адам замер и отпустил меня, его взгляд вдруг изменился. Он осмотрелся, словно мог видеть эманации магии.

На мгновение он словно что-то почувствовал, его глаза чуть сузились, но это продлилось недолго. Что бы он ни уловил, он не придал этому большого значения. Вместо страха или беспокойства его лицо исказилось раздражением, которое сменилось холодной злостью.

– Что ты сделала? – его голос был низким, угрожающим, и от этого по спине пробежал холод, а волосы на затылке встали дыбом.

Я промолчала. Слова застряли в горле, а сердце гулко билось, грозясь сломать ребра изнутри. Он что-то почувствовал. Мой импульс, моя магия, отправленная в пространство… Но не понимал, похоже, что это было большее, на что я способна.

Лишь бы это сработало. Пожалуйста, Вэйл. Ты должен меня услышать.

– Думаешь, сможешь меня остановить? – продолжил Адам, его голос звучал тихо, но в нем слышалась угроза. – Думаешь, твои мелкие трюки что-то изменят? На меня веками охотились умелые маги, но даже им не удалось меня вычислить.

Я старалась держать себя в руках, не показывать страха, но внутри все клокотало. Он подался ближе ко мне, и я почувствовала, как его присутствие заполняет все пространство вокруг.

– Ты настолько упряма, Марьяна. Это почти восхитительно, – он усмехнулся, и его улыбка была пугающей. – Но я сломаю тебя.

Прежде чем я успела что-то сказать, он сделал еще один шаг и внезапно оказался слишком близко. Мне некуда было деться, он буквально вжал меня в стену.

Его рука резко скользнула к моему лицу, хватая меня за подбородок. Я дернулась, но он держал слишком крепко.

– Ты ведь знаешь, что противиться бессмысленно, – прошептал он. Его голос стал ниже, почти до интимного. – Ты можешь продолжать играть в эту игру, можешь пытаться сопротивляться... это только сделает все интереснее.

Его лицо приблизилось к моему, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Густой, горячий воздух, пропитанный его магией, которую он даже не пытался скрыть. Это было похоже на удушающий кокон, от которого некуда было деться.

– Я мог бы просто забрать тебя силой... но мне нравится, когда ты борешься. Нравится позволять тебе бороться.

Прежде чем я поняла, что происходит, он наклонился и прижал свои губы к моим.

Это был не просто поцелуй. Это была демонстрация власти, силы, жадной алчности. Его губы были горячими, требовательными, они настойчиво двигались против моих, словно хотели вытянуть из меня последнее дыхание. Это не было нежно. Это было грубо и пугающе интимно. Его ладонь сжала мою челюсть сильнее, не давая мне ни шанса отвернуться. Я пыталась отодрать от себя его руку, но он перехватил мои запястья и пригвоздил у меня над головой одним резким движением.

Я попыталась вырваться, но он только углубил поцелуй, силой раздвигая мои губы. Его язык проник внутрь, требовательно, жадно, и это вызвало волну отвращения, смешанного с ужасом. Мне казалось, что он хочет не просто поцеловать меня – он действительно хотел сломать меня, заставить почувствовать себя его собственностью.

– Ты... моя, – прошептал он в перерыве между поцелуями, его губы скользнули по моей щеке, к уху, а затем он снова вернулся к моим губам. Его голос дрожал, но не не от волнения, а от жадности и похоти. – Ты всегда была моей. Просто еще этого не поняла.

Я сжала зубы, пытаясь оттолкнуть его, но он был слишком силен. Я чувствовала, как его пальцы скользнули вниз, на шею, оставляя на коже холодный след. Он был везде, его магия, его запах, его сила – все это давило на меня, как страшный кошмар, от которого невозможно проснуться.

Я почти задохнулась от собственного бессилия, когда он вдруг прекратил.

– Вкусная, – он хищно улыбнулся. Его глаза горели каким-то безумным огнем. – Теперь ты понимаешь? Ты принадлежишь мне, Марьяна. И я сделаю так, чтобы ты это запомнила.

Я ничего не ответила. Мне было противно, я чувствовала, как мои губы горят от его прикосновений, как внутри все сжимается от отвращения. Хотелось позорно разрыдаться от унижения и собственного бессилия.

Но я не могла показать ему свою слабость. Я не могла позволить ему увидеть, что он меня напугал. Хотя бы это пока было при мне.

– Ты никогда не сломаешь меня, – прошептала я, стараясь вложить в эти слова всю свою ненависть.

Его усмешка стала шире, и он поднял бровь, словно мои слова его только позабавили.

– Посмотрим, – сказал он, и прежде чем я успела осознать, что происходит, он дернул меня за запястье и резко потащил к алтарю.

Мое тело сопротивлялось, я пыталась вырваться, но его хватка была словно железная. Он рывком толкнул меня вперед, и я упала на холодный камень. Прежде чем я смогла подняться, он прижал мою ногу к металлическому кольцу в полу и защелкнул окову.

– Ты чувствуешь? – спросил он, его голос снова стал спокойным, как будто ничего не произошло. – Это называется бессилие.

Я дернула ногой, но металл не поддавался.

– Ты чудовище, – прошипела я, глядя на него снизу вверх и шаря пальцами по холодному металлу.

– Возможно, – ответил он, равнодушно пожав плечами. – Но это не имеет значения.

Он повернулся к алтарю, где лежала Эрика. Ее лицо было бледным, но она дышала.

Я проклинала себя.

Лишь сейчас поняла, что оказалась слишком беспомощной, чтобы что-то изменить.

– Ее энергия станет первым шагом, – сказал он, не глядя на меня. – А потом я займусь тобой.

Он поднял руки,