Не засну же, пока не попробую. Всегда так, все идеи лезут в голову исключительно ночью, когда нормальные люди спят, а ненормальные лепят горшки при свете звёзд и луны.

Взял тонкую щепку и аккуратно процарапал бороздку по внешней стенке горшка, от накопителя к восстановителю. Неглубокую, едва заметную, просто царапину в сырой глине. Пустил по ней тоненькую нить Основы, самую малость, и ничего не произошло. Основа дошла до середины бороздки и рассеялась в воздухе, даже не попытавшись добраться до второго узла.

Видимо, простой царапины недостаточно, и нужно что-то другое, какой-то принцип, до которого мне ещё расти и расти. Может, дело в форме бороздки. Может, в глубине. Может, нужен вообще не канал, а что-то совершенно иное, какой-то дополнительный знак или элемент, которого у меня нет.

Ладно, не вышло и не вышло. По крайней мере горшок от этого не пострадал, царапина неглубокая, и на работу накопителя никак не влияет.

Посидел так, посмотрел на звезды… Голова по-прежнему не собиралась затыкаться. Источник, накопитель, восстановитель, соединения, бороздки, корзина. Мысли гнались друг за другом, как щенки за собственным хвостом, и каждая новая идея порождала три новых вопроса.

Ну вот допустим, поставлю я этот камешек куда-нибудь. Он будет генерировать Основу, и все вокруг будут охать и ахать, если вообще заметят. Только какой в этом смысл? Руны-то всё равно не соединены. Источник создаёт энергию, накопитель копит энергию, а между ними пустота, через которую ничего не течёт. Как ведро воды рядом с неполитой грядкой: вода есть, грядка есть, а связи нет.

Хотя тут есть один момент. Накопитель тянет Основу отовсюду, где она есть. А источник её генерирует. Если поставить их рядом, источник будет насыщать воздух вокруг себя, а накопитель будет из этого воздуха впитывать. Не напрямую, не по каналу, а просто через среду, как растение тянет воду из почвы. Неэффективно, с потерями, но хоть что-то.

А ведь скорее всего объёмы у источника больше, чем выдаёт простенький накопитель. Если источник способен генерировать в день столько, сколько накопитель набирает за неделю, то даже при потерях через среду разница будет ощутимой. Но это всё теория, и проверить её без нормального контура невозможно.

Ладно, хватит. Камешек полежит, никуда не денется. Разберусь, когда разберусь, а пока пусть лежит и генерирует свою Основу в карман, если умеет. Может, хоть штаны станут немного прочнее от такого соседства. И очень надеюсь, что это не радиоактивно, а то было бы обидно.

Вернулся на лежанку, улегся, подложил кулак под голову и уставился на звезду через дырку в крыше. Рект во сне пробормотал что-то про кривые углы и затих.

Закрыл глаза и на этот раз не стал сопротивляться. Мысли ещё ворочались, но всё медленнее, всё тише… А Эдвин ведь точно знает, как соединять руны.

— Да ***! — я подскочил с лежанки, схватил камешек, горшок и быстрым шагом направился в сторону Эдвинова дома.

Дорога до Эдвина заняла минут десять, хотя я практически бежал. Пару раз споткнулся в темноте о корни, торчащие из утоптанной тропинки, но горшок не выронил и даже не помял, хотя глина ещё сырая и податливая, и одно неудачное падение превратило бы моё произведение гончарного искусства в бесформенный ком. Камешек подпрыгивал в кармане при каждом шаге и бил по бедру, напоминая о себе мелкими тычками.

Дом Эдвина стоял тёмный и тихий, ни свечи в окне, ни дыма из трубы, ни знакомого старческого бормотания, которое обычно доносилось из-за двери в любое время суток. И что подозрительнее всего, ни единого звука храпа. Либо старик перестал храпеть, что маловероятно, либо его попросту нет в доме.

Замахнулся, чтобы начать колотить по двери, и в этот момент кусты слева от крыльца взорвались движением.

— Ага! Разбудить меня хотел, подлёныш⁈ — выкрикнул Эдвин, выскакивая из зарослей с каким-то корешком в руке и землёй на коленях.

Сердце ухнуло в пятки и тут же вернулось обратно, потому что пугаться Эдвина глупо, а вот получить корешком по лбу вполне реально.

— Обижаешь, Эдвин! — возмутился я, отступив на шаг. — Спешил поделиться новостью!

— Да ну? — старик прищурился и сунул корешок за пазуху. — И что за новость?

— Я горшок слепил, — поднял своё изделие повыше, чтобы лунный свет упал на глиняные бока.

Эдвин уставился на горшок и некоторое время молча его разглядывал, пытаясь, судя по всему, решить, стоит ли такая новость визита посреди ночи. Глаза у старика были совершенно ясные, незаспанные, и на щеке прилипла полоска мха, а значит, он действительно ползал по грядкам в темноте и занимался каким-то своим безумным садоводством.

— … горшок, — повторил Эдвин, и в его голосе отчётливо прозвучало «и ради этого ты пёрся через полдеревни?».

— Ладно, на самом деле просто уснуть не мог, потому что мучает один вопрос, — вздохнул я.

— Понимаю, — неожиданно покладисто согласился старик. — Сам пытался отключиться, но всё никак не мог понять, почему дерево это древесина, а трава не травнина.

— Во-во, сам никогда не понимал, — закивал я. — Но у меня немного другой вопрос. Как вообще соединять руны? Я вон попробовал нацарапать соединитель, а получилось откровенно так себе.

Указал на бороздку на стенке горшка, едва заметную в лунном свете.

— Так, что тут у нас… — Эдвин забрал горшок из рук и поднёс к лицу, поворачивая то одним боком, то другим. — Ага, вижу… Гм… Ну, примерно понял проблему.

Поставил горшок на землю, развернулся и пошёл к дому. Открыл дверь, зашёл внутрь, закрыл. Я остался стоять на крыльце с таким чувством, будто мне показали первую страницу очень интересной книги и тут же захлопнули обложку перед носом. Может, ищет что-то? Учебные пособия, древние свитки, схему рунных соединений нацарапанную на коре?

С Эдвина станется хранить что-нибудь подобное между банками с вареньем и сушёными жабами. Ладно, подожду, будет как минимум вежливо, всё-таки я пришёл за ответами на вопросы.

Минут десять из-за двери доносилась какая-то возня. Что-то скрипело, что-то шуршало, один раз глухо звякнуло, будто упала кружка. А потом наступила тишина. И следом раздался мерный раскатистый храп.

— Эдвин! — загрохотал я кулаком по двери, но ответом был только храп, — Эдвин!!!

Дверь открылась только спустя полминуты. Старик стоял на пороге, щурился и выглядел так, будто его разбудили посреди глубокого сна, хотя это было абсолютно невозможно физически, потому что тридцать секунд назад он точно не спал.

— Чего тебе?

— Почему соединитель не работает? — выпалил я.

— Какой ещё соединитель? — не понял он.

— Который ты только что смотрел! На горшке!

— Там нет никакого соединителя, —