Ему бы литра четыре не помешали ни разу. Для кожуха водяного охлаждения.

Увы, не нашлось.

«Ну, можно и так.» — решил клановец, вновь обернувшись к хмурому. До пятисот выстрелов эта машина должна и без охлаждения отрабатывать. По паспорту. У них же патронов куда меньше. А там уж как пойдет.

— Пусть так, — коротко прохрипел тот.

— Развяжу, — наконец решил Волконский. — Оружие получишь. Перед работой. Но сделаешь, как я скажу.

Мужчине это не понравилось. Спорить он не стал.

— В мясорубку пустишь? — спокойно спросил пленник.

— Да, — просто ответил Волконский.

Ему нужно будет отвлечь атакующих. И если «добровольцы» дадут ему несколько лишних секунд, это будет очень серьезным преимуществом.

— Согласен.

Особого выбора у хмурого не было. Он явно не желал дожидаться неизвестных спецов со связанными руками без всякой возможности отбиться. А вот с карабином в руках шанс был. Да, небольшой. Но был.

— Еще желающие есть? — повысил голос Павел.

Лысый жилистый мужик лет сорока пяти на вид поднял взгляд темных глаз и решительно кивнул. Молодой парнишка в синей олимпийке рядом с ним вскинул подбородок:

— Я, — коротко объявил он.

— Я, — раздался еще один голос с гортанным акцентом.

Кавказец дет тридцати в уже располосованной кровавыми росчерками некогда белой рубашки с закатанными по локоть рукавами. Четыре человека. Из двенадцати выживших без учета «груза» багажника.

Клановец кивнул. Гриня не спорил. В руках Суки-тян мелькнул нож.

Через секунду четыре человека уже возвышались над остальными пленниками, растирая запястья и руками разгоняя кровь в затекших частях тела.

— Туда! — указал пальцем молодой человек на небольшую надстройку, где можно было разлечься, возвысившись метров на пять над полом.

Трое парней Грини тут же сорвались с места. Двое подхватили «талисман». Оставшемуся достался единственный короб на двести пятьдесят патронов.

— Заляжете там, — указал рукой на нагромождение ящиков Волконский. — По команде отвлечете противника. Есть вопросы?

— Вопросов нет, — хмыкнул невесело хмурый.

Он-то прекрасно сопоставил место расположения пулемета и их позицию. Вздумают бузить, очередь прилетит им в спину.

— Тогда… Дрель!

Один из водителей тут же подскочил к Волконскому.

— Сними с машин амулеты и отдай им, — потребовал он.

Конечно, не индивидуальный комплект, как у людей клановца и бригадира, но и не с голым задом под танк. Глядишь, и на несколько секунд дольше проживут, когда все начнется.

— Поторопитесь, — раздался в наушнике Волконского голос Мыши. — Минута.

— Всем удачи, что ли, — только и бросил он своим, бегом отправляясь на позицию.

Как оказалось, «талисманом» пользоваться хотя бы «примерно» никто не умел. Кроме него. Пусть знания и были больше теоретическими. Практику молодой человек осваивал на куда более современных моделях.

Смотреть же порядок заряжания пришлось… в Сети.

* * *

Группа двигалась слаженно и неспешно.

Цель уже изолирована. Помощь прийти не успеет. Так к чему торопиться, увеличивая риск нарваться на случайную пулю.

Мышь хмыкнула и слегка сместила классическое перекрестие «мил-дот» чуть правее.

Западный камуфляж, тевтонские «трещотки» для стремительного и бесшумного боя, явно франкские амулетные системы.

— Похоже, ханьцы, — бросила стрелок в эфир для Павла.

Во время работы за Амуром, на ней тоже невозможно было найти и намека на имперское снаряжение или оружие.

А вот моторику и тактические ухватки подделать куда сложнее.

— Частники, — решила Настя. — Из «бывших». Вместе работают давно.

«И профессионально!» — добавила она про себя.

«Чужакам» давно погасили связь. Но они выходили на точки практически одновременно.

— Поторопитесь, — бросила в эфир Мышь. — Минута.

С этими словами она «перебросила» точку прицеливания на группу, что окрестила второй. Мир ее тут же «сузился» до семи человек, забравшихся на крышу цеха, чтобы «зайти» сверху. За остальными присмотрят технари и вовремя сообщат Павлу.

Но эти спецы — ее ответственность контура прикрытия. Благо еще пара снайперских команд уже сменили лежки так, чтобы лучше контролировать сосредоточенно готовились работать по штурмовикам.

«Пятьдесят секунд», — мысленно прикидывая дистанции.

— Командир, левый стрелок — основные цели, — негромко прозвучал спокойный голос корректировщика. — Резервная — боец справа от «воздушки».

— Командир, левый, мелкий, — обозначила «короткие имена» Анастасия, проверяя готовность мышц к работе.

Это человеку непосвященному может казаться, что стрельба с мягкого коврика из положения лежа не требует напряжения. На самом деле, от жесткости конструкции «человек-винтовка» и ее правильности точность огня зависит в первую очередь.

«Тридцать пять секунд».

— Все готовы, — вновь сообщил корректировщик.

Мышь не ответила. Хоть и услышала. Девушка отключилась от общего канала, сосредоточившись на голосе напарника и стрельбе.

Тем временем «чужой» спецназ уже заканчивал установку зарядов на световом окне цеха, явно стремясь обрушить конструкцию из стекла и металлических профилей на тех, кому не повезет оказаться внизу. С четырех сторон планируемого «входа» уже встали бойцы с разложенными веревками. Сразу после подрыва, они должны пойти следом, падая на головы врага, как ангелы возмездия, несущие пламя и смерть.

«Пятнадцать секунд», — оценила девушка, присмотревшись к дымку, поднимающемуся откуда-то из-за цеха. Он практически не отклонялся в сторону.

«Штиль.», — бесстрастно оценила девушка, совмещая перекрестие с головой командира.

Однако через секунду она перенесла точку прицеливания вверх и влево.

«Деривация и падение — учтены… Пять секунд.», — оценила Мышь и сместила палец на спусковой крючок, выбирая практически незаметный свободный ход.

Удары сердца отсчитывали мгновения до выстрела.

«Три… Два… Один.».

Выстрел плетью стегнул по ушам…

… А мышь уже переносила огонь на следующую цель.

В первом попадании она не сомневалась.

* * *

Бум!

Чуткое ухо Павла успело уловить едва слышный в цехе выстрел.

Он словно послужил командой на штурм.

Дружными хлопками рванули мины на дверях северного и южного входа.

Еще через мощный взрыв ударил по перепонкам, а металлическая конструкция из стекла и железного профиля грузно рухнула на землю.

Все это Волконский, засевший с закрытыми глазами в классической позе лотоса, воспринимал постольку-поскольку, погрузившись в свой внутренний мир. Ему казалось, что он буквально видит бойцов, ловко проскользнувших в цех команд.

— Фу-у-у-у-у-х! — мягко выдохнул молодой человек, позволяя Дару откликнуться на его зов.

* * *

Группе «Ди-ар цзу» не повезло сразу.

Едва хлопнул разрыв компактной мины на замке, штурмовик, рванувший первым, буквально напоролся на один из нескольких остро заточенный кольев. Во тьме тамбура после света импровизированные пики были практически незаметны.

Бронежилет спас бойца