Он точно это понимал. Ведь об этом говорили регулярные отчеты его службы безопасности, которой он дал приказ наблюдать за девушкой. А на фотографиях, которые он получал после таких наблюдений, Лена была с разными мужчинами. И он понимал ее стремление устроить личную жизнь и быть по-женски счастливой. Все это будет у нее однажды. Вот только не с ним.

Он укрыл Лену одеялом, аккуратно поправив его вокруг ее тела, и резкими шагам вышел из ее комнаты. Быстро, чтобы не передумать. Он должен был бежать, чтобы не уступить своей слабости. И пока Лена сама не попросила его остаться. Потому, что, если она попросит, он уже не сможет ее оставить никогда.

Прошел несколько шагов по коридору и скрылся за дверью своей спальни. Подперев спиной дверь, медленно сполз вниз. Устроился на полу, опираясь локтями на согнутые колени.

Шли минуты, а ему все не удавалось унять бешеный стук сердца в груди. И неизвестно, сколько еще времени тянулась бы эта внутренняя битва, если бы тишину не нарушила трель мобильного телефона у него в кармане.

Максим вздрогнул и просунул руку в карман, вытащил телефон и ответил на вызов.

— Князь, ты был прав, — сообщил ему Колян в трубку, — Архип собирает своих людей. И, похоже, Торонину в этот раз легко не отделаться. Что скажешь?

Его друг детства, Колька, вырос и стал его помощником и начальником службы безопасности. Парень в веснушках из смешного мальчугана превратился в крепкого телосложения мужчину. Но теперь его канапушки не смешили, а вселяли ужас в их общих врагов. Колька всегда был сильнее и умнее Максима. Но не любил светиться и пачкать руки. А тем более, не хотел быть в ответе за чью-то смерть из-за неверного решения. Поэтому, оставаясь в тени, он аккуратно и не привлекая внимания, добывал для Максима все нужные сведения. А Максим уважал его как старшего брата и прислушивался к его редким советам.

— Будем ждать, — сказал Максим коротко. Он понимал, что сейчас, пока эти двое делят имущество и влияние, вмешиваться не стоит. Нужно было дождаться, пока они в битве друг против друга ослабнут. И только тогда можно будет нанести удар, добив давнего противника. На Архипа у него давно был зуб. Вот только подобраться к нему, при его ресурсах и возможностях, было непросто.

— Понял, — послышался краткий ответ в трубке.

— Что с Димитровым? — спросил Максим, помня о том, что у Павла осталось всего два дня на выплату долга.

— Бухает и не пытается уже искать деньги.

— Я хочу, чтобы он переписал свою долю бизнеса, — озвучил свое требование Князь. — Подготовьте бумаги.

— На кого будем переписывать? На тебя? — уточнил Колька.

— Нет. На Молотову Елену Алексеевну. — Максим с самого начала знал, что поступит именно так. Еще в тот день, когда он увидел проигравшегося Павла в казино, он знал, как нужно поступить.

— Как скажешь. — Равнодушно сказал голос в трубке. — Макс, будь осторожен с этой девушкой. — Предупредил Колька.

— Я смогу ее защитить. — Возразил Максим.

— Не сомневаюсь, — сказал безопасник. — Она встречалась с Торониным. Кто знает, насколько они были близки. — От столько прозрачного намека Максима передернуло, и ревность полоснула по сердцу раскаленным железом. Он сжал телефон с такой силой, что пластик чуть слышно скрипнул.

— Не стоит беспокоиться, друг. — Сказал Максим ледяным голосом.

— Я знаю, что ты не позволишь себя одурачить. — Все продолжал развивать тему Колян. И хоть предполагать самый худший вариант было его работой, Максим сжал челюсти до зубовного скрежета. Друг отключил вызов, и Максим швырнул телефон на журнальный столик.

Оставшись один на один со своими мыслями, он вспомнил все фото, где Лена дарила свою улыбку другим мужчинам. И в каком-то сумасшедшем угаре он все прокручивал в голове тот прием, на котором он со стороны видел, как Лена с Торониным уходят в сторону дальней беседки. В груди больно сжалось, не давая вдохнуть. А от злости он все сжимал кулаки. И не понимал, как прекратить это безумие, которое заволакивало разум и не давало покоя.

За окном мелькнула молния, а потом негромко прозвучал раскат грома. Где-то вдалеке была гроза и, судя по тому, что второй раскат грома прозвучал ближе, скоро гроза будет здесь. Тут же вспомнил, как Лена боится грозы. Как тогда она кричала от ужаса, пока он не прижал ее к себе, окутывая своей силой и теплом.

Мысли о глупой ревности тут же вылетели из головы. Сейчас он мог думать только о том, что не хочет, чтобы она боялась. Не важно, чего. Хоть грозы, хоть выстрелов. Не раздумывая ни минуты, повернулся к двери и отправился в спальню Лены.

6.1

Когда Максим ушел, я еще долго лежала, прислушиваясь к каждому шороху за дверью. Но там было тихо, и я поняла, что он не вернется. Потому что я сама его прогнала? Или потому, что у него есть другая женщина, которую я видела сегодня?

От воспоминаний о той встрече в кабинете меня снова передергивает. Конечно, он быстро нашел мне замену. Интересно, ей он тоже предложил контракт? Тогда почему она была без повязки на глазах, когда мне не разрешалось его видеть? Я знаю почему. Потому что ей он доверяет, а со мной был просто секс за деньги — вот почему! От обиды слезы текут по щекам, и мне не хочется останавливать их. Хочется выплакаться.

Я вспомнила, как не спала ночами и рыдала в подушку два года назад, когда считала его погибшим. А сейчас ощущала себя полной дурой. Ну конечно, он никогда не любил меня. А я, как последняя идиотка, все себе придумала. Я была нужна ему только для развлечения, в качестве домашней игрушки. И, конечно, такой человек, как Максим Князев не мог умереть, даже от взрыва. Я должна была сама понять это.

"Ты всё", — пронеслось в голове его хриплым голосом. Ага, как бы не так?!

Теперь я не верила в его чувства, во все слова, которые столько раз вспоминала, пока считала его погибшим. Это была игра, все это была игра. Ему было забавно развлекаться со мной. Но больше я ему этого не позволю! Никогда он ко мне не притронется! С меня хватит! У него есть женщина. Вот пусть к ней и идет.

За окном мелькнула молния, а следом послышался раскат грома. Я вздрогнула, понимая, что это гроза и что совсем скоро стихия доберется до дома. Страх сковал тело, словно тисками. Я ожидала следующей вспышки, замирая от ужаса.